Глава 38
Ксюша
Хожу взад-вперед по комнате, кусаю губы, заламываю руки. Страшно. На моё сердце тяжким грузом опускается суровая правда и от нее не спрятаться как ни крути. Придется ответить. Произошло самое ужасное, что только могло случиться. Вадим узнал про моих дочерей. Про наших девочек…
— Кристина, ну же! Возьми трубку! — произношу в воздух. Длинные гудки идут один за другим и на них нет ответа. Подруга молчит.
Завершаю вызов. Прохожу по комнате один круг и вновь начинаю звонить подруге.
— Алло, — хриплым ото сна голосом отзывается она. У меня от удивления на долю секунды пропадает дар речи, плохое предчувствие просыпается в груди. Оно криком кричит, сигнализирует об опасности. С Крис случилось неладное.
— Время почти обед! — произношу в шоке, поднимаю глаза наверх и смотрю на часы. Ну да. Я не ошиблась. Около часа дня. — Ты чего ещё спишь?
— Обед? — подруга переспрашивает. Чувствую, что она хмурится. Буквально вижу, как Кристина дезориентировано озирается по сторонам. Напрягаюсь.
Ловлю себя на том, что мне не нравится ни голос подруги, ни её реакция, ни слова. Они все слишком заторможенные. Не такие, как всегда.
Надеюсь, я ошиблась и просто себя накручиваю. Всякое может быть.
Я тоже вполне могу оказаться не права. В любом случае проверить стоит.
Прислушиваюсь. На том конце провода слышится возня. Шелест одеяла, звук открывающейся двери.
— Крис! Ты дома? — интересуюсь у подруги. Тревога разрастается с каждой секундой все быстрее и сильнее. Затмевает уверенность и здравый смысл.
— Угу, — произносит в трубку. Снова молчит.
— Кристина! — говорю уже громче. Волнение никак не получается унять. — Все в порядке?
Вслушиваюсь в интонацию и голос подруги, готовлюсь сорваться с места и немедленно поехать к ней. Не нравится мне, что с Кристиной происходит. Она никогда не пила успокоительных. Но судя по тому, что я слышу, сейчас выпила. И не слабые.
— Не переживай, — произносит спокойным безэмоциональным тоном. Робот. Бездушный и пустой. Только вот уверенности в голосе нет от слово совсем.
— Я приеду к тебе! — срываюсь с места, несусь к двери. Волнение захлестывает, голова кругом, в ушах шумит. Тревога лишь усугубляет мое состояние.
За волнением и беспокойством я уже совершенно забыла про причину своего звонка. Наличие фотографии с моими девочками у Вадима в руках напрочь вылетело из головы.
Заставляю себя остановиться. Сделать глубокий вдох. Подумать. Действовать на эмоциях нельзя ни в коем случае. Особенно мне и особенно сейчас.
За мной ведется слежка. Охота. Игнатов не дремлет. Он ни перед чем не остановится, чтобы добраться до меня и уничтожить. Любой необдуманный или опрометчивый шаг может стать для меня последним. Я должна успокоиться.
Завершаю вызов, тут же принимаюсь за новый. Как бы ни хотелось в очередной раз найти оправдание мужским изменам, но у меня уже банально закончились доводы. Я знаю почему Кристине плохо. Пожалуй, пора уже это прекратить.
Подношу телефон к уху, слушаю длинные гудки. Савельев трубку поднимает лишь на седьмом.
— Ксюх! Дай поспать! — бурчит недовольно.
— Где ты? — начинаю наезжать на него с первой секунды разговора. Нутром чую, проблемы у Крис из-за своего нерадивого мужа.
В прошлом году мы уже через подобное проходили. Марк загулял, спалился мне, получил по первому разряду. Потом долго и упорно каялся, обещал больше не ходить на лево. И вот все повторяется снова.
Марк, козлина! Если Крис пострадала по твоей вине, то не знаю что с тобой сделаю!
Хотя… Нет. Знаю! Для начала я тебе оторву кое-что! Посмотрим, как запоешь после этого. Фальцетом.
— Опять всю ночь гулял вместо того, чтобы быть с женой? — не скрываю своего настроения.
Для меня до сих пор остаётся загадкой как Крис терпит его выходки и до сих пор не послала! В том, что это такая любовь я дико сомневаюсь. Есть что-то ещё. Что-то такое, о чем подруга молчит. О чем не признается даже под страхом смертной казни.
— Хотя бы ты отстань, а! — Савельев продолжает еле ворочать языком. Хмурюсь. Странно. На пьяного не похож. — Благодаря Богданову я в больнице. И пробуду здесь ещё с пару недель.
— В смысле? — не понимаю. Мозг клинит. — При чем здесь Вадим?
— Он отмутузил меня вчера, — признается недовольно. Видно, что говорить ему сложно. И неприятно. Но я уверена, в том, что случилось виноват именно Марк. Вадим не просто так применил силу. Савельев заслужил!
— За дело, надеюсь? — ухмыляюсь. Но тут же хмурюсь. Каким образом с Савельевым связан Вадим? Если он друг Марка, как мне представился, то почему он его избил? Как же дурацкая мужская солидарность? Или пресловутая мужская дружба? Поступок Вадима и его отношение к Марку не похоже ни на то, ни на другое. Странно все это.
— Ксюх! Не лезь не в свое дело! — Марк раздражается ещё сильнее. — Получил за дело, — все же признается. — Ты лучше скажи, как там Крис? — спрашивает с тревогой в голосе.
— А что с ней? — интересуюсь совершенно невинным тоном.
Делаю вид, словно я подруге не звонила. Пусть Марк все расскажет сам. Узнаю о проблемах хотя бы с одной стороны.
— Кристина вчера едва не рассталась с жизнью, — говорит сокрушенно. Я хмурюсь. Услышанное не укладывается в голове.
— Повтори! — требую от Марка правды. Слушаю мужскую сбивчивую речь и с каждым новым словом мне хочется все сильнее отмутузить своего друга.
— Марк, — шепчу. В горле пересохло. Я в полнейшем ужасе от того, что едва не произошло. — Как ты вообще допустил, чтобы твоя любовница узнала твой домашний адрес? — сажусь на кровать. Ноги не держат. — Бедная Крис, — хватаюсь руками за голову. — Она же так страдает, что не может родить ребенка. А тут… — вздыхаю. — Ну ты и козел!
— Ксюша! Выражения подбирай! — начинает выделываться. А мне противно до жути! Видеть больше его не могу.
— Знаешь что, — принимаю решение. Мне будет сложно, но плевать! Я не пропаду! — Дело Богданова доведу до конца. Своих остальных клиентов не брошу. Новых мне не давай. Как завершу последнее дело из тех, что имеются, то ухожу. С таким отношением, какое у тебя в последнее время к жене и к
