не хватит у меня иначе всё повернуть. Без жертвы.
— Отдам всё, что нужно! — колокольчиком прозвенел её голос.
— Что ж… Коль выйдет всё, как ты захочешь, взамен должна будешь отдать этому храму частичку своей любви, ради которой и отправилась в путь. Согласна?
— Да.
И Иззи протянула ей пузырёк с лекарством. За входом же в пещеру разгулялась такая буря, что вой её был оглушителен, а снега ударяли об скалы с грохотом таким, будто бил кто-то в барабаны.
Беда открыла глаза и всё стихло. А в пещере кроме них не было уже никого.
ГЛАВА 27. Мечта и дорога домой
Арюшка не верила, пусть и видела своими глазами горы так близко. Могла разве прийти сама в такую даль? Но вот домик Жрицы, полоса леса, вон горы… А за ними море… Шум его даже досюда доносился ветром.
Аря шла к ним, оставляя за собой вереницу следов. Так сказала ей Беда, и ей ничего не оставалось кроме как послушать ей.
Но идти до самых гор и не пришлось.
За пеленой ажурной снега, разглядеть смогла Аря большого чёрного зверя, что надвигался на неё преодолевая бурю.
— Ар… Кан! — вскричала она и бросилась к нему, как в омут с головой, даже не усомнившись, что это её лорд. — Кан!
И девичьи пальчики зарылись в холодном густом меху.
Зверь замер.
Вокруг плясала метель.
Деревья казались чёрными и нарисованными на фоне серого, ватного неба.
***
В кармане плаща в память обо всём тихо позвякивали осколки от пузырька с лекарством.
Найденная по дороге пещера оказалась сухой и надёжной. Маленький костерок почти не давал дыма, но дарил тусклый мягкий свет и тепло.
Арюшка лежала на сброшенной медвежьей шкуре Аркана и разглядывала его самого пристально и мечтательно.
Он не сводил с неё своих колдовских изумрудных глаз. Ни у кого Аря больше не видела таких.
И ни у кого, она просто уверена в этом, и будет уверена всегда, даже не проверяя, не было таких обжигающе-горячих губ...
— Выходи за меня, — прошептал он, дыханием щекоча её тонкую кожу на шее.
И не дожидаясь ответа, поцеловал вновь.
И всю ночь блики огня и тени плясали по стенам, чувства сливались в одно, зима встречалась с весною и магии песнь звучала громче, чем когда бы то ни было.
И Аря больше не сомневалась, что всё было не зря…
И не пугало её отныне, что время замедляло свой бег. Нет, застыло вовсе! Но казалось Аре, будто в объятиях своего колдуна она успела прожить целую вечность.
Не пугало это, ведь в том была магия иная, подвластная лишь им двоим.
Вот только странно, но когда рассветные лучи проникли в пещеру, стало холоднее.
Аря, смущённо краснея, не смея поднять на своего лорда глаз, собиралась обратно в путь. Он взглядом колдовским наблюдал за тем, как она одевается, смешно и мило ежась от холода, но сам подниматься не спешил. Всё равно идти ему в медвежьем обличии. Теплее, да и что со шкурой срастётся окончательно, уже можно было не опасаться.
— Быть может, пойдём сразу в мои владения? Целый замок у меня. Будет твоим…
Аря опустилась рядом с ним на колени, взволнованно коснулась его щеки и словно обжёгшись, отдёрнула ладонь.
— Я ведь… Кан, прости меня. Но я не сказала «да».
Он остро изогнул бровь и приподнялся на локте.
— Но… Арюшка, — неуверенно заулыбался лорд, — ты ведь согласна?
Только вот Аря покачала головой.
— Не смогу я жить там, твоей жизнью, Кан. А ты не сможешь жить в мире моём… Я полюбила тебя и думала, сердце моё будет спокойно, когда позовёшь меня в жёны. Но рвётся оно, потому что, пусть и не так мне люб, но оставляю будто родного и знакомого человека дома… А я не хочу так. И брат мой нас не благословит.
Ей казалось, будто Аркан возмутится, быть может, обвинит её, начнёт кричать. Или ранит неосторожным словом, рассмеявшись в ответ. Но вместо этого он запустил пальцы в её волосы и тепло поцеловал Арюшку в лоб.
— Мне тяжело, — признался он. — Но буду другом тебе тогда.
Но она и на это покачала головой.
— Не будем более видеться, Кан, — слёзы вновь предательски брызнули из глаз. — Иначе ничего у нас не выйдет… Будь мне мечтой.
ГЛАВА 28. Весна
Королевна сидела на берегу, льдины скрипели, ударяясь друг об друга, сердце её ныло, исчезая под солнечными лучами, лёжа на её белых подрагивающих ладонях, песнь капели звучала всюду.
Из глаз Королевны тоже лились слёзы, не менее солёные и горькие, чем морская вода вокруг. И из бледно-голубых превращались они в синие и живые.
В груди начало давить, когда сердце растаяло в её руках, жар разбежался по венам.
Ей стало страшно, как не было уже давно, и одиночество сжало тисками. А всё вокруг оттаивало, шумело, бежало вперёд…
Её сердце снова забилось.
А вдруг это значит, что уже не принадлежит оно Холоду? Что если он в свою очередь лишил Королевны и вечной молодости, которую обещал, да и себя самого? Ведь до сих пор ходит она в невестах…
Сердце растопило нечто не связанное с ней. Будто злая шутка это, будто нелепая случайность! А ведь казалось, не встретит она магии сильнее, чем та, что заморозила сердце её.
— Тогда как же? — прошептала она, не веря.
Всхлипнула затем, выпрямилась, гордым взором окидывая свои земли и три моря, что были видны отсюда, как на ладони и собралась было разозлиться. На судьбу, на Арю или брата её, или вора, из-за которого сердце и попало в руки девчонке, да только…
— Как же… — дрогнул голос её. — Как же… Красиво.
И губы тронула слабая улыбка.
