Еще один ком пронесся мимо его ступни. Артур судорожно пнул его, и носок деревянного башмака исчез, точно срезанный гильотиной. Был миг ужаса, когда Артур успел вообразить, будто лишился пальцев ноги… Однако потом он пошевелил ими и с облегчением убедился, что все осталось на месте.
После этого он впервые попробовал изменить направление полета. Как и говорила Сьюзи, крылья были способны лететь исключительно вверх. Однако угол подъема все же можно было менять, причем достаточно быстро. Например, чтобы уворачиваться от нацелившихся в него комьев (кто их знает, может, они способны были нарочно нацеливаться?). Артур наклонялся влево и вправо, вперед и назад, всячески экспериментируя. Кончилось дело тем, что он пошел вверх по спирали и прекратил свои опыты — лучше уж подниматься плавно.
И все это время мимо него так и сновали комки Пустоты. Правда, сзади ни один из них так и не подкрался. А может, какие и подкрадывались, но крылья сдували их в стороны. Очень скоро Артуру пришлось то и дело отмахиваться от смертоносных комьев, и он обнаружил, что медная труба стала укорачиваться, причем достаточно быстро. Каждый удар уносил несколько дюймов. И, ко всему прочему, перехватывать трубу за другой конец было нельзя.
А потом один из комьев угодил прямо в фонарь, проделав в нем сквозную дыру, и пламя — или что там в действительности светилось за грязным, мутным стеклом — погасло. Артур даже застонал от отчаяния, но кромешная тьма длилась всего несколько секунд. Кругом него начало разливаться неяркое, мягкое белое сияние. А комья Пустоты, подлетавшие на опасно близкое расстояние, стал окружать светящийся ореол.
Как выяснилось, свет исходил от крыльев. Сперва Артур ему очень обрадовался… Однако вскоре понял всю невыгодность своего положения. Он светился во тьме, точно игрушка-ангелочек на макушке рождественской елки. То есть вовсю притягивал взгляды пустотников, надсмотрщиков и прочей нечисти, могущей им заинтересоваться!
Правда, поделать с этим обстоятельством Артур ничего не мог. Более того, у него даже времени не было хорошенько обо всем поразмыслить. К нему направлялось все больше комьев. В основном — снизу, так что ему пришлось подтянуть коленки к груди и нагнуться вперед, что было весьма непросто. Стоило перестараться или, например, подтянуть одно колено больше другого, как его немедленно начинало вращать.
Отбив еще примерно дюжину комьев, Артур стал замечать, что их как будто сделалось меньше — но зато они выросли в размерах. Они сливались… сочетались… складывались в пустотника!
Это, мягко говоря, весьма его обеспокоило. В особенности когда комья совсем перестали налетать из мрака. Что это означало? Может, он выбрался за пределы их досягаемости? Или они просто слились в хищное и опасное существо, которое крутится где-то поблизости, выжидая удобного момента для нападения?
И тут что-то коснулось его ноги! Артур вскрикнул и отшатнулся… И лишь мгновением позже осознал, что это был всего лишь его ставший бесполезным фонарь, болтавшийся в руке. Артур разжал пальцы и уронил его вниз. Блеснув напоследок, фонарь скрылся во тьме.
… А через секунду откуда-то снизу долетел звон разбитого стекла и возмущенный вопль. Дождь и шум ветра в крыльях заглушили его, но лишь слегка.
— Ты там… — долетело до слуха.
— Сьюзи!!! — завопил Артур.
Теплая волна облегчения затопила сердце… но тут же заново уколол страх. Может, там вовсе не Сьюзи, а какой-нибудь пустотник, выучившийся притворяться человеком? Может, они принимают облик людей, которых они растворяют в Пустоту и поглощают? Кто-то что-то вроде говорил ему о подобном… Или он в Атласе вычитал… Не вспомнить!
— Сьюзи? — повторил он осторожно, вглядываясь вниз. — Это правда ты?
— А то кто же! — послышался сердитый ответ. Артур по-прежнему не видел ее, но голос прозвучал явно ближе. — Ты мне чуть глаз не выбил, козел! В этой поганой дыре и так всякого мусора хватает, да еще ты тут ломаными фонарями кидаешься!
«Именно так выразилась бы настоящая Сьюзи! — с воодушевлением подумал Артур. — Но что, если пустотник впитал ее разум… Ее воспоминания… Приобрел ее привычку выражаться, ее вкусы… и все прочее?»
Ему отчаянно хотелось ее разглядеть — и в то же время было отчаянно страшно: а вдруг вместо нее появится нечто уродливо человекообразное, с крыльями насекомого, быстро-быстро мелькающими в погоне…
— Что там случилось-то? — спросил Артур. Внизу уже начинало что-то просматриваться, но что именно — сказать пока было трудно. Так, смутное движение в темноте. — Этот пустотник, он…
— Он промахнулся, — ответила Сьюзи. — Правда, на волосок. Слопал, гад, мой правый башмак. Я лягнула его по зубам… В общем, вроде как квиты!
Артур вздохнул с облегчением. Это была настоящая Сьюзи.
«Но если она настоящая, почему ее крылья не светятся, как мои?»
— Погасил бы ты лучше крылья, слышь? — точно подслушав его мысли, крикнула она снизу. — Комья слетаются на свет и начинают сливаться! Как наберется побольше, будет нам пустотник.
— А откуда мне знать, что ты — Сьюзи? — крикнул в ответ Артур.
И сам услышал в собственном голосе панические нотки.
— Чего-чего? Ты о чем? — отозвалась она раздраженно. — Ты что, кого-то еще ждешь? Гаси свет, говорю!
— Не слушай ее! — раздался другой голос. И этот голос был почти такой, как у Сьюзи, только чуть более хриплый. — Не гаси! Свет — это единственное, что тебя защищает от пустотников!
— Ох, холера! — сказала первая Сьюзи. — Тварь, что слопала мой башмак, сумела мне уподобиться. Не иначе, слопала кусочек ногтя… или кожи клочок…
— Не слушай, Артур! — долетел голос второй Сьюзи. — Это я — настоящая! Не гаси свет, сейчас я тебя догоню!
Артур изо всех сил всматривался в темноту. Если бы ему удалось разглядеть говоривших! Уж тогда-то он разобрался бы, которая настоящая. Но там по-прежнему ничего не было видно.
— Артур! Скажи своим дурацким хлопалкам, чтобы прекратили сиять! И смотри в оба! Эта скотина постарается забраться повыше, чтобы броситься на тебя сверху! Она слепая, но чует могущество, порождающее свет.
Артур сморгнул. Этот голос донесся слева. И его сопроводила одинокая искорка света — точно звезда, мелькнувшая в ненастную ночь среди туч.
— Вранье! Свет — твоя защита! — завопила Сьюзи-два.
Голос звучал справа. И гораздо ближе первого.
— Крылья… пожалуйста, приглушите свет, — тихо сказал Артур.
А сам, подняв остаток трубы, выставил ее перед лицом, как меч, приготовленный к бою.
Успел он как раз вовремя… Прямо в трубу врезалась кошмарная тварь. Артура отбросило прочь, он закувыркался в воздухе. Крылья отчаянно хлопали, пытаясь выровнять полет. Трубу вырвало у Артура из рук: она воткнулась пустотнику в грудь, словно гарпун, да там и осталась. Существо с визгом пролетело мимо него и пропало внизу. Артур как раз совершал очередную мертвую петлю — и успел заметить жуткое нечто, общими обводами вроде бы напоминавшее Сьюзи, но… сляпанное из чешуйчатых лоскутьев крокодильей шкуры. Одно пятнадцатифутовое стрекозиное крыло билось до того быстро, что нельзя было рассмотреть очертаний, второе висело безжизненно — Артурова труба прошила грудные мышцы, приводившие его в движение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
