на город внизу – миллионы огней, мерцающих в вечернем сумраке. Где-то там, среди этого моря света, скрывался "Судья", готовящий свой страшный план.
Майя опаздывала. Прошло уже два часа и двадцать минут, а ее все не было. Томас начинал беспокоиться. Он проверил свой коммуникатор – никаких сообщений. Попытался связаться с ней через резервный канал – безответно.
Еще через полчаса ожидания его беспокойство переросло в тревогу. Что-то пошло не так. Майя никогда не опаздывала на встречи, особенно экстренные. Она была пунктуальна до мелочей и всегда предупреждала, если возникали задержки.
Томас рискнул отправить еще одно сообщение: "Ты в порядке? Нужна помощь?"
Ответ пришел мгновенно, но не от Майи:
"Мисс Чен сейчас немного занята, отец Томас. Она помогает мне лучше понять работу вашей системы исповедей. Очень талантливая девушка, хотя немного упрямая. Но мы работаем над этим. – Судья."
Томас почувствовал, как земля уходит из-под ног. "Судья" захватил Майю. Использовал их собственную ловушку против них. И теперь, судя по всему, пытал ее, чтобы получить информацию о системе исповедей.
Он должен был что-то делать. Немедленно. Но что? У него не было ни малейшего представления о местонахождении "Судьи". Не было доказательств для полиции. Не было ресурсов для самостоятельного поиска.
Коммуникатор снова подал сигнал. На этот раз сообщение содержало видеофайл. Томас открыл его с растущим ужасом.
На экране появилось лицо Майи. Она сидела привязанная к стулу в каком-то стерильно-белом помещении, похожем на лабораторию. Ее лицо было бледным, но решительным. На виске виднелась тонкая струйка крови.
– Говори, – раздался голос за кадром – глубокий, командный, явно искаженный модулятором.
– Томас, – начала Майя, ее голос звучал неожиданно твердо. – Не верь ничему, что он говорит. Не соглашайся ни на какие сделки. Он планирует…
Видео прервалось, сменившись текстовым сообщением:
"Как видите, мисс Чен жива и относительно невредима. Пока что. Ее дальнейшее состояние зависит от вашей готовности к сотрудничеству, отец Томас. У вас есть выбор: присоединиться ко мне в моей священной миссии или попрощаться с вашей талантливой помощницей. Она умрет так же, как умирают подопытные доктора Новака – в болезненных нейропсихологических экспериментах. Поэтическая справедливость, не правда ли?
У вас есть 12 часов на размышление. Завтра в полдень я свяжусь с вами с дальнейшими инструкциями. Не пытайтесь обратиться в полицию или предупредить других – у меня есть глаза и уши везде. При малейшем намеке на предательство мисс Чен заплатит непомерную цену.
Подумайте об этом, отец Томас. Подумайте о том, что важнее – жизнь вашего друга или ваши устаревшие принципы. Время выбирать сторону в этой войне."
Сообщение исчезло, оставив Томаса в оцепенении. "Судья" загнал его в угол. Выбор был невозможным – помочь фанатику-убийце осуществить его безумный план или обречь Майю на мучительную смерть.
Но был и третий вариант. Рискованный, почти невозможный, но единственный, который давал шанс и спасти Майю, и остановить "Судью". Томас должен был найти его за оставшиеся 12 часов. Найти и остановить до того, как он осуществит свой план или убьет Майю.
Но как? У него не было никаких зацепок о личности "Судьи". Только косвенные данные – высокопоставленный сотрудник Департамента, с теологическим образованием или религиозным прошлым, имеющий доступ к передовым технологиям и, вероятно, личные мотивы мстить системе, подавляющей веру.
Это сужало круг подозреваемых до нескольких десятков, может быть, сотен человек. Слишком много для одиночного поиска за 12 часов.
Томас понял, что у него остался только один выход – обратиться за помощью. Не к подпольной церкви – это подвергло бы опасности слишком многих. Не к полиции – "Судья" предупредил о последствиях. Оставался только один человек, который мог помочь, не вызвав немедленной реакции "Судьи" – инспектор Ковач.
Это был огромный риск. Ковач был частью системы, против которой боролось религиозное подполье. Но он также был честным полицейским, расследующим убийства "Судьи" и, судя по всему, непредвзято относящимся к верующим.
Томас должен был найти способ связаться с Ковачем, не привлекая внимания "Судьи", и убедить его помочь, не раскрывая всей правды о подпольной церкви.
С этим решением он покинул заброшенную метеостанцию и направился обратно в город, мысленно готовясь к самому рискованному шагу в своей жизни.
Часть III: Искупление
Глава 13: Предательство
Инспектор Александр Ковач сидел в своем кабинете, изучая материалы дела при тусклом свете настольной лампы. За окном Новый Вавилон постепенно погружался в ночь – не в настоящую темноту, которой в городе не существовало, а в мягкую полутень, освещенную миллионами огней.
Перед Ковачем лежали досье на высокопоставленных сотрудников Департамента когнитивного здоровья с теологическим образованием или религиозным прошлым. Список получился удручающе длинным – почти тридцать человек соответствовали базовым критериям. Каждый из них теоретически мог быть "Судьей".
Инспектор потер усталые глаза. Четыре убийства, все с религиозным подтекстом, все жертвы связаны с Департаментом. И теперь эти странные предупреждения, которые кто-то пытался сделать перед каждым убийством. Бывший профессор теологии Томас Лазарь, замеченный рядом с местами преступлений и в разговоре с потенциальной жертвой. Все указывало на сложный заговор, а не на действия одиночного фанатика.
Звук входящего сообщения прервал его размышления. Ковач взглянул на экран коммуникатора и нахмурился – номер был незнаком, а содержание лаконичным: "Информация о 'Судье'. Срочно. Юго-западная смотровая площадка Моста Единства. Через 30 минут. Приходите один."
Ковач задумался. Анонимное сообщение могло быть ловушкой. Мост Единства соединял Матрицу с Сияющим городом, и его смотровая площадка в ночное время была почти безлюдной – идеальное место для засады. С другой стороны, это также было публичное место с камерами наблюдения, что делало его относительно безопасным для встречи.
После короткого размышления Ковач принял решение. Он активировал свой личный протокол безопасности – специальный трекер, передающий его координаты напрямую в систему безопасности Департамента, и отправился на встречу, прихватив с собой личное оружие – компактный нейропарализатор, замаскированный под обычный коммуникатор.
Юго-западная смотровая площадка Моста Единства представляла собой круглый балкон, выступающий над пропастью между уровнями города. Отсюда открывался захватывающий вид на нижние ярусы Матрицы и далекие огни Корней. Место было популярно среди туристов днем, но ночью обычно пустовало – слишком холодно и ветрено для романтических прогулок, которыми славились другие смотровые площадки.
Томас пришел заранее, чтобы оценить ситуацию и убедиться в отсутствии ловушки. Он выбрал это место не случайно – достаточно публичное, чтобы Ковач чувствовал себя в безопасности, но при этом достаточно уединенное для конфиденциального
