– Ну мне предлагают место королевского наместника.
– А титул к нему прилагается? - поинтересовался из гостиной Хуберт, стоявший у окна наблюдателем.
– Если у меня получится там служить, я стану графом…
Генриетта и Ева переглянулись. Из гостиной выглянул Хуберт.
– Батя, это правда?
– Правда, сынок. Только жить мы будем не в самом Харнлоне, а в своей новой вотчине, в городе Тыкерья.
– Тыкерья? - переспросила Генриетта. - Что-то я не слышала о таком городе.
– Это чуть севернее королевской столицы, дорогая, недалеко от океана.
– Что-о-о? - угрожающе произнесла она. - Ты собираешься жить на берегу Студеного океана?
– Ну почему же на берегу, дорогая? Совсем не на берегу! От того места, где мы будем жить, до океана еще ехать и ехать!
Каспар промолчал о том, что в Тыкерье их никто не ждет и, чтобы поселиться в нем, нужно разбить войско вердийцев, которые вовсе не жаждут почувствовать над собой власть королевского наместника.
– Да там, наверное, ледяные пустоши и ничего более! - не сдавалась Генриетта.
– Нет, дорогая, там есть и леса, - возразил Каспар, хотя назвать северные кустарники деревьями можно было лишь с большой натяжкой.
– Мама, если мы станем графами, ты сможешь отдать дочь за дворянина, - пришел на помощь отцу Хуберт.
– Да-а? - поразилась Генриетта. - Каспар, это правда?
– Дорогая, ну, если я стану графом, мы окажемся вровень с любым другим графом королевства. Не вижу здесь ничего удивительного.
Эти слова изменили настроение Генриетты. Она подошла к зеркалу и при свете лампы поправила растрепавшиеся волосы, потом одернула ночную рубашку и, повернувшись, сказала:
– Ну раз сам король предлагает службу, надо ехать…
– Так, значит, мы едем? - обрадовалась Ева. - Ура-а-а! То есть какой ужас, я не смогу посещать школу для девочек.
Генриетта хотела сделать дочери замечание, но передумала. Она вся уже была во власти новых планов.
– Когда мы уезжаем, дорогой? - спросила она.
– На сборы у нас один день, наутро следующего дня мы будем уже в дороге.
29
Король Филипп не спал полночи и забылся беспокойным сном, когда уже начало светать. Его личный слуга Гангур несколько раз заглядывал в зал, беспокоясь, что его величество спит в неудобной позе, однако заходить не решился.
Когда часы на ратуше пробили десять, Филипп проснулся сам.
Потянувшись на короткой кушетке, он с удивлением заметил, что спал не раздеваясь, затем выглянул на площадь, где уже толпился народ. Ближнюю к ратуши часть площади отгородили возами, за которыми стояли часовые, остальное пространство было отдано под торговлю.
– Гангур! - позвал король.
– Я здесь, ваше величество, - отозвался слуга, появляясь в сопровождении еще двух лакеев. Они принесли воды для умывания, смену белья, платье и пару сапог.
Король хотел немедленно спросить о новостях, он ждал сообщения от графа Маквиана, но решил не делать этого при лакеях.
Умывшись и сменив платье, его величество, несмотря на недосып, почувствовал себя увереннее. Он снова вернулся к окну и стал ждать, когда Гангур принесет горячий шоколад.
– Ваш шоколад, ваше величество! - раздалось за спиной.
Король повернулся, принял чашку, из которой, по обычаю, Гангур плеснул немного в небольшую плошку и с удовольствием выпил, демонстрируя безопасность напитка. Впрочем, король уже давно не обращал внимания на этот ритуал.
– Что слышно от Маквиана? - спросил он, ничуть не сомневаясь, что старый слуга знает о затеянной им авантюре.
– Убит, ваше величество.
– Убит?! - Король едва не поперхнулся. - Но как?!
– Обезглавлен. Его слуга тоже убит, а с ними еще один безвестный арбалетчик, наверняка принадлежавший к этой же компании.
– А Штойр, Лейдорф, Коски?
– Этим повезло больше, ваше величество, они лежат с компрессами и ушибами, очевидно, их пощадили.
– Пощадили… - повторил король.
– Ее величество королева-мать! - послышалось из коридора.
Филипп раздраженно отбросил платок, ему совсем не хотелось видеться с королевой. Тем не менее он нашел в себе силы улыбнуться и шагнуть ей навстречу.
– У вас утомленный вид, ваше величество, - с ходу заметила королева и выразительно посмотрела на Гангура. Тот поклонился и поспешно вышел, притворив дверь.
– Я плохо спал на новом месте.
Королева подошла к окну и покачала головой.
– Сколько же сил еще придется приложить, чтобы навести здесь столичный порядок.
– Все не так ужасно, ваше величество, вчера я успел осмотреть несколько улиц, они вполне опрятны. Больше всего меня радует, что Ливен преуспевает в торговле и производстве, давая немалые налоги.
– Насколько немалые? - Королева подошла к Филиппу и погладила его по щеке, гадая о причинах бледности сына.
– Пятьдесят тысяч дукатов в год.
– Пятьдесят тысяч? - повторила королева и удовлетворенно кивнула. - Хорошая прибавка для молодого амбициозного монарха. Отчего вы плохо спали, сын мой?
– Я же сказал, ваше величество, эта новая обстановка, сырая погода, что была накануне…
– Что ж, пусть будет так, - согласилась королева и прошлась по залу, разглядывая сводчатый потолок, стены и висящие на них портреты всех бургомистров за долгую историю Ливена.
– Владелец гостиницы рассказал мне преинтересные вещи. - Королева остановилась и повернулась к сыну. Она выжидала подходящий момент для своей главной новости.
– И что же это за «преинтересные вещи»?
– В Ливене существует небольшая колония гномов, они живут среди здешних мастеров.
– Ну в Харнлоне тоже есть гномы.
– А еще здесь есть орк, правда, всего один. Причем его не держат в клетке, как это обычно бывает, он предоставлен самому себе и ведет жизнь свободного горожанина. Работает сторожем на складах дорогих товаров.
– Подумать только, - улыбнулся король, представляя орка с деревянной колотушкой.
Заметив, что его величество как будто повеселел, королева достала из рукава свиток.
– Прочтите это, ваше величество… - сказала она, подавая свиток королю.
– Что это?
– Это текст права.
– Какого права, кому?
– Прочтите.
Король погрузился в чтение. Анне Астурийской доставляло удовольствие видеть, как поднимаются на лоб брови Филиппа.
– Каспар Франциск Фрай - наместник короля?! - воскликнул тот. - Да не бывать этому!
– Почему же не бывать, ваше величество? - с нажимом произнесла королева.
– Да не бывать, и все тут! Таково мое королевское слово!
– Здесь тонкие двери, ваше величество, я бы попросила вас не кричать так громко, а то гвардейцы подумают, что к нам забрались воры, - ледяным тоном произнесла королева. - Теперь вы успокоились?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
