трель желудка, требующая внимания и соответствующего ухода.
Взглянув на часы, я отметила половину девятого вечера и нахмурилась, осознав, что Карлайла все ещё не было. После того дня в Ситискейпе мы продолжали заниматься каждый день на территории кампуса, опробовав кафе и библиотеку. Сегодня днем встретиться не получилось, поэтому мы договорились на вечер, обязав друг друга связаться после окончания дел. Он бы точно не стал церемониться, решив вежливо подождать за дверью, а вломился бы в центр без стука. Это означало только то, что тренировка всё ещё продолжалась.
– Да, – кивнула я, следуя за Хилл, – идем.
Мы вместе вышли из радио-будки, и пока подруга занималась тем, что запирала дверь, я шла по мало освещенному пустому коридору и проверяла диалоги на наличие новых сообщений.
Я не хотела этого делать, но все же почему-то все равно залезла в профиль Тиана, где мое сообщение, помеченное отправленным тринадцать часов назад, все еще оставалось непрочитанным, а его активность датировалась тридцатью минутами ранее. Мое настроение резко поникло, хотя этого не должно было происходить.
Слишком огромное влияние, блин.
– На улице дождь, что ли, – Аннет поравнялась со мной, выглядывая в окно, через которое было видно только темное небо.
Я убрала телефон, откашлявшись.
– Кажется.
Хотя я даже не взглянула туда и точно не видела затянувшегося огромными тучами неба.
По дороге мы ещё разговаривали об университетской рутине наших жизней, я поделилась с Хилл о прогрессе во взаимоотношениях с Уолоком, на что получила ее заинтересованный взгляд, и обещала, что по приезде домой я обязательно поделюсь с ней более подробной информацией. Выйдя из корпуса, мы остановились под козырьком, наслаждаясь запахом бьющего об землю дождя, и я, более предусмотрительная, чем моя подруга, достала из рюкзака зонт.
Я любила любую погоду, но особенно дождливые вечера, идеально подходящие под душевные разговоры с близкой подругой. Аннет рассказывала о предстоящей стажировке в одной из желанных ею компаний и о том, какой проект подготавливала для них, а я восхищенно слушала её, наслаждаясь звучащим в её голосе возбуждением.
У моих подруг по сестринству уже были планы после университета, и каждая из них, будучи третьекурсницами, уже дали о себе знать в тех сферах, в которых хотели раскрыться. Аннет увлекалась точными науками, щелкая задачи по математике, химии и физике, как орешки, но мы все знали, что это было лишь хобби, потому что своей основной задачей она считала взлом Пентагона. Кроме шуток, программирование действительно было её страстью. И более того, она занималась веб-дизайном и графическим дизайном, тем самым совмещая в себе все необходимые навыки для целой команды в одном своем мозгу. Хилл уже получала приглашения в разные компании, потому что у неё была цель, и она к ней шла по четко прописанному сценарию.
Я была за неё искренне рада, но это ещё раз доказывало, что я шла совершенно не в том направлении, потому что не знала, что делать со своей жизнью после университета.
Мы взяли по дороге стаканчики глинтвейна и моего любимого чая из небольшого фургончика возле корпуса и пошагали дальше, как вдруг я резко остановилась, глядя вдаль и высматривая фигуры на стадионе. Кто-то бегал под дождем в спортивных шортах и, видимо, водонепроницаемой ветровке, пока второй, идентично одетый, бросал мяч в его сторону.
Какие идиоты тренировались под дождем?
Я нахмурилась.
Ну, конечно.
Под порывом ветра, смешанного с бегом, у одного из них спал капюшон, представив мне сосредоточенное лицо Карлайла.
Только этот идиот.
Второй наверняка был Блондином М, потому что эти двое создавали убийственную комбинацию человеческой тупости, судя по тому, что я видела сейчас.
– Я сейчас вернусь, – сказала я Аннет, передавая ей зонт.
Она меня остановила, не позволяя выйти из-под нашего убежища.
– Просто пойдем вместе, Бэмби.
Да. Так действительно было лучше. Я не хотела заболеть, в отличие от Шервуда, ускоряющегося для того, чтобы словить один из пасов своего друга. Мы вместе с Хилл прошли мимо трибун, обе неотрывно следя за происходящим на поле, пока фигура квотербека не начала замедляться при виде нас.
Парень с капюшоном на голове последовал его примеру и развернулся лицом к нам, чтобы увидеть, из-за чего вдруг Карлайл остановился.
Это был не Митчелл. Это был Робин.
Ещё хуже.
– Я вернусь, – сказал достаточно громко квотербек, подбегая к нам.
Аннет ловко выкрутилась, пробежав парочку метров и остановившись под трибуной, чтобы продолжать укрываться от дождя. И сделала она это так быстро, что я не успела даже пискнуть. Дождь усиливался и погода ухудшалась, посылая порывы ветра, бьющие по телу ознобом, и это меня раздражало ещё больше – почему Карлайл притворялся, будто ему не холодно?
– Привет, детка, – вбежав в пространство под зонтом, Карлайл прошелся рукой по мокрым волосам. Я поджала губы на его очередное обращение, но сейчас важно было не это. Он снова улыбался, – почему ты выглядишь так, будто злишься на меня?
– Потому что так оно и есть, Шервуд, – я подняла руку повыше, позволяя уместить нас обоих под зонтом, но я видела, как капли дождя все равно ударяли о плечи Карлайла, поэтому сдвинула зонт в его сторону, чувствуя, как спину обдает холодом, – а почему ты ведешь себя так, будто ты не убиваем?
Квотербек сделал шаг вперед, практически приблизившись вплотную, и сдвинул зонт обратно. Я запрокинула голову, чтобы лучше видеть его, и захлопала ресницами. Мы не вставали в такую опасную близость с вечеринки в Ситискейпе, после которой снова отлично притворялись, что последнего разговора никогда не было.
Мы провели несколько занятий, на которых разобрали полностью команды защиты, нападения и спецкоманды, а сегодня должны были уже в полноценной мере просмотреть матч. Так как я не хотела в очередной раз встречаться с парнями из братства, я предложила встретиться у меня. В какой-то мере мой вариант был даже более убийственен, чем его.
У него в братстве хотя бы не имелся влюбленный в меня председатель.
– Что ты имеешь в виду? – он вскинул бровь.
– На улице холодно, – начала я, – дождь.
Шервуд ухмыльнулся.
– Ты переживаешь?
– А это так выглядит?
– Это именно так выглядит, оленёнок, – улыбка снова озарило его мокрое лицо, и одна капля дождя с его волос упала мне на щеку. Его взгляд метнулся следом за каплей.
Я прокашлялась, проводя тыльной стороной ладони по щеке, и продолжила:
– Неважно, как это выглядит. Ты забыл о нашем занятии?
Я не хотела, чтобы это прозвучало так, будто мне обидно. Потому что мне не обидно. Но в моем голосе появились
