Предполагалось, что «Дети Солнцева» – лишь первый роман цикла из четырех книг. Серия, однако, осталась незаконченной. Вторая часть, «Юность Кати и Вари Солнцевых» (1901), завершена после смерти писательницы ее дочерью.
Истинное дитя 1860-х годов и народнического движения, Серафима Бажина (1839 – 1894) преследовала ту же цель, что и большинство других детских писателей того времени: привлечь внимание к положению угнетенных и пробудить к ним сочувствие. Ее рассказы из сборника «Блуждающие огоньки» (1891) описывают мир простого народа и жизнь, полную лишений. Второе издание сборника называлось незатейливо – «Рассказы для детей» (1908). В этих рассказах детей нещадно эксплуатируют и заставляют работать. Благодаря такой тематике и пафосу повествования некоторые из них даже пережили Октябрьскую революцию, среди них «Вася газетчик» (1892), первоначально называвшийся «Деревенщина» (1891), и «Как Миша попал на фабрику» (1894), напечатанный сначала под названием «Счастливчик» (1879). Вася и Миша – честные и умные мальчики, которые работают, чтобы помочь семье и выбиться в люди.
Ольга Шмидт (1851 –?), писавшая под псевдонимом Ольга Рогова, выпустила два успешных сборника рассказов – «Ласточкино гнездо» (1880) и «Ландыш» (1885). Во многих из них – хорошо знакомые мотивы: те же сироты, добившиеся признания и надежды на лучшую жизнь, сострадание к бедным, покаяние и прощение, любовь к животным. Но есть и кое-что новое, в частности, встреча русских детей с чужими культурами, например индийской или китайской.
Позднее Рогова обратилась к истории. Под своей девичьей фамилией Шмидт она выпустила историческую повесть «Галя» (1886). Рогова описывает поворотный момент в религиозной жизни славян – приход христианства на Русь. Галина любовь к Богу и Христу и готовность умереть с другими христианами за веру заставляет ее отца, князя Рослава, отказаться от решения принести дочь в жертву старым богам. Выдержавшая шесть изданий книга, очевидно, нравилась читателям.
«Богдан Хмельницкий» (1888) и продолжение, «Сын гетмана» (1891), вышедшие в «Издательстве Девриена», повествуют о драматических событиях украинской истории середины XVII века. Под предводительством гетмана Богдана Хмельницкого казаки восстают против поляков, отстаивая национальную независимость, но, привлеченные православием и великодушными обещаниями русского императора, предпочитают присоединиться к России. Эти исторические романы написаны в духе Вальтера Скотта. Сражения, тюрьмы, побеги, дуэли, шпионы и обещания отомстить держат читателя в постоянном напряжении. «Богдан Хмельницкий» издан в том же 1888 году, когда в Киеве герою поставили статую. В наши дни оба эти романа о том, как Малороссия объединяется с Россией-матерью, снова опубликованы в связи с новыми историческими обстоятельствами. К сожалению, «Сын гетмана» перепечатан без первоначальных иллюстраций, сделанных молодым Леоном Бакстом.
Патриотическим духом наполнены и былины, собранные Роговой в сборнике «Русские богатыри» (1893). Николай Каразин снабдил книгу цветными акварелями. В предисловии Рогова объясняет, что эти героические песни-сказания – ключ к пониманию русского народа, его истории и судьбы. Другая книга Роговой – «Русские сказки для маленьких детей» (1893). Народные сказки и сказки о животных заимствованы из коллекций Афанасьева, Даля, Сахарова и других и пересказаны в весьма привлекательной художественной форме. «Хлеб» (1908), маленький томик, вышедший в «Библиотеке Ступина», является апологией русской сельской жизни и деревенских обитателей. Заботливый отец рассказывает дочери, как зерно с полей превращается в хлеб на столе. Рогова, кроме того, талантливо переводила классику: «Барона Мюнхгаузена», «Путешествия Гулливера», «Дон Кихота», романы Джеймса Фенимора Купера и сказки Ханса Кристиана Андерсена.
Софья Макарова (1834 – 1887) целиком посвятила себя детской литературе, в течение двух десятилетий беспрерывно сочиняя романы, рассказы, сказки и очерки. Многие из ее тридцати книг были любимы читателями (или, вернее, родителями читателей) и выдержали по семь-восемь изданий, но критики бранили ее за «микроскопические» конфликты, на примере которых уже и так прекрасно воспитанным деткам преподносятся простенькие нравственные уроки. Сборники «Из детского быта» (1869), «Деревня» (1871) и «Зимние вечера» (1883) получили одобрение за «теплое чувство, наблюдательность, знание детской жизни»[124]. В этих рассказах детей учат заботиться о ближнем и о природе. В коротеньких рассказиках сборника «Новинка» (1882) воспитание нравственности происходит на примерах из обыденной жизни детей. В предисловии Макарова ставила перед читателями довольно простую задачу: «рассудите сами, какие в них поступки хороши, какие – дурны»[125].
Некоторые из сочинений Макаровой позаимствованы из иностранных источников, например, «Миньона, дочь музыканта» (1884). Фабула немецкого оригинала Das Musikantenkind (1863) Эмми фон Роден перенесена в Санкт-Петербург. Макарова хотела сохранить «всю прелесть простоты и правдивости» подлинника[126]. Рассказ о девочке-сиротке, жертве дурного обращения, в конце концов становящейся знаменитой музыкантшей, прекрасно вписывается в контекст русского реализма.
Макарова серьезно интересовалась русской историей. Будучи преподавательницей, она не избегала дидактических пассажей в своих исторических романах. В «Грозовой туче» (1886), романе о войне 1812 года, отразились ее патриотические настроения. «Как грозная туча – нагрянул на нас Наполеон со своими полчищами (…), и, как от тучи, не осталось от них и следа. От грозы воздух очищается. Пусть и эта вражья гроза заставит нас встрепенуться и полюбить еще сильнее свое отечество», – говорит один из героев Макаровой, и это высказывание определяет тон романа. Следуя примеру Толстого, Макарова описывает широкий спектр войны, от Наполеона до русских гражданских лиц, от сожженного Смоленска до отступления французов. Молодой французский офицер, раненный и взятый русскими в плен, сталкивается в Москве не только с истинной русской добротой, но и с давно потерянным и теперь обретенным отцом – французским аристократом в изгнании.
Ольга Рогова считала, что роман Макаровой стоит читать за отличный сюжет и драматическое развитие событий[127], но другой критик не нашел ничего ценного в книге: «Книга не только просто плоха, но и прямо вредна; она до такой степени скучна, что юношество, прочтя это произведение, легко может потерять охоту читать что-либо об Отечественной войне»[128]. По его мнению, роман стоило бы назвать не «Грозовая туча», а «Скучная туча».
«Суета сует» (1887) перемещает читателя в более далекое прошлое – в первую половину XVIII столетия. В борьбе за власть после смерти Петра Первого при русском дворе сталкиваются интересы честолюбивого князя Меншикова и семьи Долгоруковых. Из-за жажды власти и богатства они сбиваются с пути, и только в сибирской ссылке Меншиков понимает, что «все это суета». Чистая совесть лучше роскоши и славы – такова мораль романа.
Иногда попытка представить историю в легком, развлекательном виде приводила к странным результатам. В «Рассказе монет» (1901) разные монеты повествуют двенадцатилетнему Ване каждая свою историю. Они вспоминают Смутное время, реформы Петра Первого, войну с Наполеоном, Крымскую войну и освобождение крепостных. Связующая линия повествования слаба и не слишком выигрывает от объяснения, что монетам разрешается говорить и рассказывать свою историю только раз в году, на Иванов день. Волшебный элемент в конце концов оказывается ненужным, поскольку мы узнаем, что все это Ваня видел во сне.
Писатели-реалисты
«Черная курица» Антония Погорельского положила начало автобиографической прозе о детстве – значимому жанру русской литературы. Лев Толстой в ранних произведениях рассказывал о формировании характера мальчика с детства до юности. Толстой писал не для детей, но его трилогия о детстве постепенно стала и подростковым чтением. Одним из ее читателей была поэт-символист Зинаида Гиппиус. В статье от 1908 года о любимых детских книгах она перечисляет «Робинзона Крузо», «Путешествия Гулливера», «Дэвида Копперфильда» и «Таинственный остров» Жюля Верна. Огромным открытием для нее, однако, стал Толстой: «Все у меня в душе перевернулось, когда мне дали прочесть в первый раз “Детство” и “Отрочество” Льва Толстого. Сразу стала она, эта книга, самой моей любимой, самой дорогой, a главное, самой мне близкой, – родной какой-то»[129].
Толстой тонко описывает переживания ребенка, и его восхищение детством вдохновило многих других писателей. Их произведения часто считаются детской литературой, – решение не совсем удачное, поскольку многие из этих книг нуждаются в зрелом читателе. В основанном на реальных событиях своего детства романе «Детские годы Багрова-внука» (1858) Сергей Аксаков изображал детство в семье помещика в 1790-х годах. Аксаков хотел писать для детей, используя тот же стиль письма, что и в своих книгах для взрослых. Никаких нравоучений не надо включать, поскольку дети их не терпят. Выбор точки зрения осложнил задачу писателя, так как рассказчик еще совсем молод, когда он оглядывается назад на свое детство, проведенное в поместье. Семейные события перемежаются с описаниями природы.
