головой, искренне веря, что смогу её вытащить и спасти детей. Из коридора послышался топот, крики. Хлопнула дверь, кто-то подошёл к кровати.
— Вы кто такая? — рявкнули в спину, едва не сбив с концентрации. Обернулась, окинула взглядом.
— Твоя королева, — произнесла брезгливо. — Где целители? Женщина в родах вторые сутки, почему никого нет? Кто устроил в покоях баню? Уморить хотели?
Мужчина побледнел, открыл и закрыл рот. Оглянулся на дверь, а потом решительно поджал губы.
— Для неё это лучший выход, всё равно с приплодом вернём родителям, так хоть никого не опозорит.
— И с чего же вы сделали выводы, что она вам неверна? — зло прошипела.
— Так, живот огромный, и раньше поставленного срока, — развёл руками, посмотрел на жену и поморщился.
— Уйди, если смогу спасу и её, и детей, а потом буду лично пороть нерадивых целителей, и брак ваш попрошу расторгнуть в храме, — окинула его брезгливым взглядом, — не надо нам таких мужей и пап, не заслужили.
— Да, ты… — набычился арш, но зычный окрик Фергуса привёл его в чувства.
— Фарел, ты просил помочь или я тебя неправильно понял? — поставил передо мной саквояж. — Что-то ещё надо?
— Да, чистую воду, чтобы вымыть руки. Воды надо много и чистых простыней, а ещё, найдите кого-то, кто сможет подпитать, — взглянула на горе папашу, — детей двое, мальчик и девочка, в родах вторые сутки, силы у неё на исходе. Оба сидят ножками вниз, недоношенные, видимо, на стрессе, роды начались чуть раньше. И неплохо бы целителя, чтобы деткам помог, пока буду мать спасать, хоть совсем слабенького.
Фергус кивнул и взял под локоток будущего отца, а я сосредоточилась на работе, за которой смогла забыть все свои проблемы. Поняв до конца, что этот мир ещё долго придётся менять, а начать стоит с образования. Целителей в первую очередь. Централизованно с чёткими критериями. И пока не получат документ, подтверждающий право лечить, не подпускать к разумным существам.
Глава 28
Устало привалилась к стене, сползла на пол. Полостные операции в этом мире не делали. Сегодняшний опыт был первым для меня, хорошо хоть моя предшественница знала анатомию. Пришлось вскрывать живот, чтобы достать детей. При всём понимании ситуации, сил у роженицы не было, сколько бы я ни подпитывала. Останавливать родовую деятельность, при угрозе отслойки плаценты, тот ещё квест, а если учесть, что часть вод отошла, решила рискнуть. И оказалась права, потому что один малыш был обвит пуповиной. Одного не учла, что суеверия этого мира могут подвести. Как только целитель увидел малышей, осенил себя знаком и по-тихому свалил в закат, ругаясь, на чем стоит свет. Пришлось все тянуть на себе, хорошо, что под грозным взглядом Фергуса, не решились противостоять. Подпитывали меня по очереди, а едва малышей привели в порядок, тут же ринулись проверять родство.
Для женщины все обернулось гораздо хуже. Плацента приросла, пришлось чистить, сращивать ткани, и чтобы избежать кровотечения, искусственно сокращать матку, почти до нормального состояния, что очень большой риск, для психики и всего организма в целом. Гормональные скачки, здоровья не добавляют.
Едва минула угроза, а роженица была стабильна, как папаши завели волынку, что сын им не нужен, его надо убить. Вот поэтому сидела и тихо ругалась матом, мысленно посылая по их многочисленным папенькам, что вырастили дегенератов. Чуть пошатываясь, встала, оттолкнув от колыбели, запретила подходить. Вызвала слуг, потому что сил даже открыть портал не осталось. Пришли все трое и быстро оценив обстановку, взяли детей на руки, поняв всё без слов.
— Женщину мы тоже забираем, все трое под опекой государства, — произнесла устало, посмотрела на Фергуса и попросила, — проследи за этим. Близнецы — это благословение, а не наказание. Как малыш может быть злом?
Моргнул, чуть нахмурившись, а потом решительно кивнул, подхватывая меня на руки. В меня хлынул поток магии, что окутал лёгким облаком тепла. И всё же я соскользнула в темноту, устав от всего, что довелось пережить. Это вам не старые огрубевшие раны вскрывать и сращивать. Нужно учесть кучу факторов женщину удержать и детям не навредить.
Открыв глаза, вздохнула. Спальня во дворце, узнавалась легко, вот только почему-то вся мебель была новой. Заметить это было непросто, но не для меня. Интересно, что же здесь происходило, пока отсутствовала. Потянувшись к браслету, чтобы вызвать слуг, с удивлением уставилась на новое украшение. Сползла с кровати и подошла к окну, оно оказалось зарешеченным. Оглянулась на дверь, подошла и смогла открыть, но выглянув увидела охрану. Антипортальный купол уже не удивил.
Устало закрыла глаза руками и вздохнула. Неисправимы, чтобы не происходило, учиться на своих ошибках не умеют. Не удержит клетка, будь она трижды золотой, если птица захочет улететь. Поплелась умываться и приводить себя в порядок. Магическое истощение чувствовалось во всём теле. Зеркало отразило хмурую особу с тёмными кругами под глазами. Скорчив рожицу, набрала полную ванну. Сбросив полупрозрачное одеяние на пол, опустилась в воду, зажмурив глаза.
Пролежав больше привычного, почти до полного остывания воды. Ёжась от прохладного воздуха, потянулась за полотенцем, когда дверь резко распахнулась. В помещение влетел Фергус и застыл на пороге. Завернулась в полотенце даже не смутившись. Уже привыкла в этом мире относиться ко всему спокойно. И потом до последнего меня ежедневно купали мужчины. Да они не могут возбуждаться, но кто же запретит им думать? Вздохнула, не понимая, почему именно сейчас задумалась об этой стороне жизни.
Потоптавшись на пороге, Фергус все же протянул: — Мы потеряли тебя.
Выгнув бровь, не стала скрывать усмешку: — Да, я заметила. Решётка на окне, охрана, даже дворец накрыли антипортальным пологом.
— Мы хотели поговорить, — поджал губы, больше никак не выдавая эмоций. — Слуги ждут в спальне.
Отжимая волосы полотенцем, отвечать не стала, просто отвернулась и сделала глубокий вдох, прикрыв глаза. На фоне всего забота обо мне выглядит как издёвка. Слуг позвать не могу, а подвеску, от гардероба и ту забрали. И это я ещё молчу, что она и ключ к лаборатории.
В спальне и правда ждали слуги, что были на пикнике. Едва сдерживая отвращение, позволила себя одеть и причесать.
— Госпожа, мы должны принести клятву, — произнёс старший
