к тем, к кому следует.
Как раз на словах снежки из душа появился основной виновник торжества, а следом бесплотной тенью заскользила Мисель. Господин Скорэль выглядел сейчас не в пример лучше. Видимо, совместные водные процедуры с женщиной подействовали на него… правильно подействовали. Она ведь ему ещё и раны обрабатывала, бессовестно ласкаясь в процессе, и наш всесильный чиновник, в дополнение к когтям, стал неожиданной жертвой синдрома медсестры. Как те солдаты, что влюбляются в лечащих их сестричек. Конечно, о любви речи не шло, но определённую психологическую поддержку он получил, это точно. Пусть до взгляда гордого орла ему было ещё далеко, но и от плачущего, раздавленного болью мученика не осталось и следа. Правильный мужик, уважаю!
— Вернёмся на исходную, — кивнул я.
Викера ушла в душевую, Мисель же ловко подсекла мужчине ноги и опять усадила его на колени — почти на том же самом месте. Чиновник больше не роптал, со стоическим спокойствием воспринимая очередной раунд переговоров. Не привычная ему планёрка, но всё же, всё же…
— Господин Скорэль, мы с вами общались накануне. Моё имя Кошак. Я уполномоченный представитель Ордена в приданной городу стае. Довольно странно — не находите? — просить помощи у фракции валькирий, а потом, когда появляется стая, вытирать об неё ноги?
— Я никогда не пренебрегал валькириями. Просто… каждый должен заниматься своим делом. Знать своё место.
— И ведь не поспоришь! Но вы не учли, что основная задача стаи — обеспечить лояльность наиболее одиозной части населения на вверенной территории, включая организованную преступность, политических воротил, безопасников и… чиновников. То есть тех, до кого обычным безопасникам, действующим классическими методами, сложно дотянуться. Поэтому стая наделяется исключительными полномочиями. Любая валькирия может требовать полного и немедленно содействия в любом деле. Это касается любого гражданина Республики, даже не имеющего полновесного гражданства. Под словом «любой» подразумевается и высокопоставленный чиновник высшего ранга. Вчера я чётко дал вам понять, во сколько стая будет у вас. В это время вы должны были выпроводить всех посетителей и принять прибывших валькирий. Без препон и проволочек. Вместо этого вы устроили настоящий цирк, который, вполне закономерно, фракция сочла небрежением её боевых сестёр. Будете отрицать?
— Не буду, — буркнул мэр.
— Если бы не ваша вопиющая встреча — мы бы уже давно спокойно разговаривали за кружкой чая. Теперь же нам приходится общаться едва ли не как представителю правопорядка с закоренелым преступником. Как представитель Ордена хочу высказать вам своё недовольство и заявить о полной поддержке Орденом действий валькирий. Они были в своём праве, а вот вы, и так будучи в сложной и неоднозначной ситуации, сделали всё, чтобы её ещё более усугубить.
— Господин Кошак. Я признаю, что повёл себя не совсем корректно в отношении фракции. Они, как вы выразились, в своём праве. Вот только вчера, в пьяных драках, и они показали себя не с лучшей стороны.
— Вот как? — ухмыльнулся я. — Значит, вы не усматриваете собственной вины во вчерашних событиях?
— Нет. Я лишь пытался навести порядок, когда получил сигнал…
— От сына.
— Что, простите?..
— Сигнал, говорю, от вашего сына. Я лишь закончил вашу же фразу.
— Да какое это имеет значение — от кого?! На валькирий не найти управу администрации ресторана. Это под силу только власти высокого уровня.
— А можно у вас поинтересоваться, зачем вообще искать на валькирий управу? Если они отдыхают, танцуют, пьют вино, мило беседуют между собой, даже не отвлекаясь на обычных граждан, а тут их ни с того ни с сего пытаются склонить чуть ли не к сексуальной близости? Полагаете, «властям высокого уровня» следовало оказать помощь обычным гражданам в деле совращения валькирий? Вы это подразумеваете под словами «найти управу»?
Мой монолог породил среди кошек настоящую бурю. По-моему, кто-то из рыжих на первом этаже даже сполз под стол, а Эйди, которую шутка застала в весьма интересной позе «сверху», вместо стона издала хрюкающий звук — от еле сдерживаемого смеха.
— Вы… странно интерпретируете те… вопиющие события, — скривился мужчина. — Всё было не так.
— Вот как? Странно… Я сам там присутствовал. Даже вынужден был за оскорбление валькирии немного подрать когтями одного молодого человека… И, насколько могу судить, неадекватно вёл себя в той ситуации именно этот гражданский. Мне даже пришлось вмешаться, как представителю Ордена, чтобы его там же, на месте, не порвали в лоскуты. Более того, пришлось брать на себя и функции наказующего, хотя Орден вообще-то редко вмешивается в дела фракции. Лишь мой авторитет в стае сохранил шкуру того гражданского относительно целой.
— Я рассчитываю… что Орден проведёт проверку…
— Уважаемый господин Скорэль. Орден не занимается подобными мелочами. Для этого в стае есть я, либо любой другой мечник или мечница. Это наша прямая обязанность — сглаживать конфликты с участием фракции. Если же вы потребуете проверки… честно говоря, я вам тогда не завидую. По записям, которые всегда пишутся для Памяти, легко восстановить картину произошедшего. Выстроить последовательность событий. Если для вас проблемы вокруг валькирий в диковинку, то для Ордена они обычны. Орденки не посмотрят на личности виновных. Вернее, не так. В инциденте их будет волновать в первую очередь вопрос злоупотребления положением — потому что такое злоупотребление видно невооружённым взглядом. Судите сами. Ваш сын грубо оскорбляет валькирий, но вместо того, чтобы принести извинения, когда его лишь легонько «журят» за это, натравливает на кошек своих знакомых. Кстати, после сегодняшнего истязания вы должны понимать отличие лёгкого наказания от обычного, потому что в вашем случае имел место как раз обыденный его вариант. Итак, валькирии чётко разъясняют несостоявшимся обидчикам их неправоту. Но инцидент на этом не исчерпывается. Приходят представители безопасности с приказом не от кого-нибудь, а от отца нерадивого обидчика, выступающего по совместительству мэром. Дальше идёт жалоба аж на уровень Координатора Службы Контроля — то есть налицо новая, более серьёзная, попытка использовать должностное положение. Она не увенчалась успехом лишь по одной причине: вы не учли присутствия в составе стаи представителя Ордена, который вправе сам принимать решения довольно серьёзного уровня, пусть и чрезвычайные. Пока всё понятно?
— Да, я понял вас, но…
— Идём дальше.
