состояние. Передо мной мерцал оранжевый барьер, который по словам легионеров позволял пройти внутрь, если нанести на него небольшое количество крови. Хватало абсолютно любого объёма — вплоть до того, что чуть поцарапать себе палец, а потом приложить тот к щиту.
Второй момент, который сразу бросался в глаза — узкий коридор, который тянулся дальше, сверкал своей чистотой.
Замершие в стороне солдаты, старались не смотреть в сторону барьера. Да и на нас не глядели. Судя по мимике, которую я наблюдал, бравым воякам было банально стыдно, что они остаются тут, тогда как неизвестные отправляются на выручку их командиру. Даже жажда мести, которая до того отчётливо просматривалась в глазах каждого, включая центуриона, слегка утихла. Пусть они не проявляли агрессии и рассказали немало ценной информации, видимо подсознательно считая, что у нас есть крохотный шанс исправить ситуацию, но четыре убитых легионера никуда не исчезли. Уверен, при иных обстоятельствах, нам бы наверняка попробовали выставить счёт, запросив оплату нашими же жизнями.
Афея, которая внимательно рассматривала барьер, повернулась ко мне и развела руками. Тоже не смогла ничего понять. Хотя у неё и силы сейчас осталось совсем немного.
Рука машинально нырнула в карман, проверив на месте ли булыжник, которым обратился Мьёльнир. Навыки спутника сейчас бы здорово пригодились. Но он так и оставался в состоянии вынужденной спячки. Более того — то крохотное количество силы, что до сих пор у него оставалось, постепенно сокращалось. Что-то подсказывало — задержись мы тут надолго и он попросту погибнет. Точно так же, как и Сандал, который перемещался за мной в виде неровного призрачного шара, что постепенно сжимался в своих размерах.
Дарья ткнула в барьер рукой, которая на момент изменилась — вместо нежных девичьих пальцев возникли полноценные драконьи когти. Но этот фокус тоже не прошёл. Её оттолкнуло назад, точно так же, как и всех остальных. А вот Оболенский прищурил глаза и покрутив левый ус, отметил.
— Эдак, вы теперь в порыве страсти и на части разорвать можете, Дашенька.
Царевна ответила ему косым и яростным взглядом, который был благополучно проигнорирован. В отличие от локтя Афеи, который ловко врезался патрицию в рёбра.
— Она почти на триста лет тебя младше. Куда ты лезешь-то, кобелина.
Князь смешался и чуть отодвинувшись, растерянно глянул на бабушку. Я же, не дожидаясь пока короткая дискуссия выплеснется во что-то большее, озвучил команду.
— Проходим по одному. Если увидите что-то непонятное, сразу не атаковать. Только если на вас самих нападут. И не двигаться без моего приказа.
Обведя соратников взглядом, не услышал вопросов и кивнув, продолжил.
— Ратибор, ты идёшь последним. На всякий случай.
Кавалергард был единственным, кто в случае необходимости, легко отобьётся от пятерки легионеров, потому я предпочёл оставить его в арьергарде. Пусть тот и сразу же и натянул на лицо гримасу вселенской печали, демонстрируя недовольство решением.
Сам я подошёл ближе к барьеру. Ещё раз посмотрел на коридор, который за ним простирался и чуть надрезав палец о клинок, приложил его к мерцающей стене силы. После чего шагнул вперёд.
Глава XI
Коридор оказался самым, что ни на есть обычным. Металлический пол и стены слегка вибрировали под ногами, но на этом различие с иными частями корабля заканчивалось. Никаких токов силы я не ощущал. Или банально не мог их почувствовать, потому что моя собственная «искра» практически не подавала признаков жизни.
Дождавшись, пока через барьер пройдёт Оболенский, я осторожно двинулся дальше. К противоположному концу коридора, где мягко светился точно такой же барьер. А через десяток метров позади зазвучал мягкий голос Афеи.
— Меркурий… Если твой брат со всей его мощью не смог справиться, то какие шансы у нас?
Исчерпывающего ответа на этот вопрос у меня не было. Слишком уж странным был этот корабль. Не укладывающимся в привычные рамки. Хотя бы по той причине, что спокойно затянул внутрь группу полноценных богов, лишив их возможности использовать свои силы. Перед этим провернув то же самое с куда более крупным отрядом, который сопровождал Марса. Зная брата, я предполагал, что тот построил легионы по образцу республиканских. А это значило, что на борту разом оказалось несколько тысяч богов во главе с ним самим. И никто из них не смог ничего сделать.
— Будем действовать по ситуации.
Княгиня промолчала, но могу поспорить, ей вся эта ситуация совсем не нравилась. Впрочем, происходящее меня тоже отнюдь не радовало. Но слоняться по коридорам корабля в поисках разгадки было бесполезно. Я видел лица тех легионеров — они говорили правду. А раз так, лучше сразу двинуться к потенциальному решению. Пока разум ещё работает на полную и не закостенел из-за окружающей обстановки.
До второго барьера мы добрались в полном молчании. Остальные лишь хмурились да покрепче сжимали оружие, недобро поглядывая в конец этого длинного коридора. Я же отдал свой гладиус Оболенской, предпочтя вооружиться револьвером. Пусть там и было всего три патрона, но это всё же лучше, чем обычный кусок стали.
«Искра» к концу пути так и не заработала, как надо, а вот вторая преграда пропустила нас без всяких проблем. Видимо одной капли крови для первого барьера, было вполне достаточно.
Рубка оказалась просторным круглым помещением, с возвышением по периметру, на которое можно было подняться по ступеням. И полностью прозрачными стенами — стоило признать, вид отсюда открывался весьма неплохой.
Против ожидания, ничего напоминающего аппаратуру для управления, я тут не обнаружил. Да и трупов нигде видно не было. Хотя, по словам солдат, здесь сначала сгинул Марс, а за ним отправилась, как минимум, целая когорта.
Единственным предметом обстановки был металлический постамент — на нём медленно вращался сияющий куб белой энергии, от которого тянуло громадной силой. Установленная в самом центре помещения, конструкция притягивала взгляд и после недолгого размышления, я двинулся к ней, на ходу пытаясь расшевелить «искру», выдавив из неё всё возможное. Использовать силу за пределами оболочки, по-прежнему не получалось, но я мог хотя бы укрепить собственное тело.
Остановившись в паре шагов от куба, невольно прищурился из-за сияния и чувствуя потоки энергии, которые пронизывали воздух. Постоял на месте, рассматривая чудной артефакт. Потом непонимающе пожал плечами.
— И долго мы будем играть в эту странную игру?
Найхва, занявшая место по правую руку, с удивлением покосилась на меня. А через секунду пространство затопил мужской голос, который казалось звучал из каждого уголка.
— Я всего лишь ждал, что вы предпримете. Наблюдать за смертными, что пытаются рубить меня
