как себя вела дева, драконья сила давала некоторые преимущества. Например куда более свободно чувствовала себя внутри её тела, да и в плане объёма её было куда больше.
— Если тебе так нравится моя грудь, мог бы просто намекнуть об этом чуть раньше, а не пользоваться ситуацией.
Теперь уже удивился я. А потом понял, что рассматривая энергетический каркас, смотрел прямо на её обнажённое тело. Заметив выражение моих глаз, Рюриковна скривила губы в усмешке и запахнула мундир, принявшись тот застёгивать. Сбоку же послышался страдальческий бас Оболенского.
— Теперь я понял тех, кто всё время на меня жаловался. Проснуться от стрельбы и пропустить всё самое интересное, это обидно.
В стороне зашевелилась Найхва, а следом за ней подала признаки жизни и княгиня.
Драконица неплохо справлялась сама, так что я сместился к океанской богине и подав руку, выдернул её из вязкой почвы, переведя в сидячее положение. Увидев, как та болезненно поморщилась, опустил руку на её плечо, проверяя состояние энергетической структуры. Так было куда проще, чем присматриваться издалека.
Её «искра» тоже едва светилась, а резерв силы был опустошён. Но в целом каркас остался цел, пусть и едва работал.
Уже поднявшийся Ратибор двинулся на помощь бабушке, а Дарья встала на ноги самостоятельно, настороженно оглядываясь вокруг.
— Что тут случилось? И почему у нас нет силы?
Я помог выпрямиться Найхве и повёл вокруг взглядом. Мы явно находились на борту того самого корабля. Только вот обстановка была не совсем типичной. Конечно, если предыдущему экипажу не было по душе бродить посреди грязи, удовлетворяясь светом от странных улиток, что медленно ползали по стенам.
— Не знаю. Но легионеры упоминали, что их привёл сюда Марс. А мы не первые гости, которых они видят.
Царевна ткнула носком сапога в простреленную голову крепыша и язвительно добавила.
— И не первые, кого используют, чтобы получить удовольствие. Или пищу.
Подняв на меня взгляд, поинтересовалась.
— Какой план? На корабль мы вроде как проникли. Осталось отыскать твоего брата. Конечно, если он и правда где-то здесь.
Я собирался ответить, но тут вдалеке послышались звуки человеческих голосов. Которые быстро к нам приближались.
Глава X
Я прислушался к доносящимся издалека голосам. Звучали они тихо, но судя по всему, к нам приближалась приличная по численности группа людей. Как минимум, около десятка человек.
Оболенский, который так и стоял рядом с бабушкой, предвкушающе ухмыльнулся и я поспешил предупредить.
— Силу лучше не использовать.
Тот всё же попробовал. Потом с шумом выдохнул и повернул ко мне голову.
— Что ж такое, Сиятельство? Как у кого-то такое сделать получилось?
Вопрос был отличным, но явно риторическим. Так что я сделал несколько шагов в сторону и наклонился, нащупав в вязкой почве камень. Мьёльнир переместился сюда в виде каменного ежа. Но внешнее воздействие заставило спутника принять максимально защищённую форму. Сейчас в моей руке лежал, с виду самый обычный булыжник. И только глубоко внутри теплилась маленькая искорка энергии — остатки его мощи, за которыми укрывался разум.
Засунув камень в карман, я снова посмотрел в сторону, откуда надвигались голоса. Потом обернулся и указал рукой в противоположном направлении.
— Уходим туда. Дарья, Найхва — кто-то из вас умеет обращаться с гладиусом?
Океанская богиня оказалась более быстрой — за несколько шагов очутилась рядом с трупом крепыша, от которого Рюриковна уже успела отойти и подняла клинок. Подбросила его, сделала несколько движений проверяя баланс и удовлетворённо кивнула. А по влажному воздуху снова прокатился голос Ратибора, который вытащил из ножен свою саблю.
— Кавалергарды не бегут от врага, Сиятельство. Обычно мы бежим на него.
Посмотрев на патриция, я пожал плечами.
— Это тактическое отступления для оценки противника с последующей засадой.
Тот мгновение подумал, подкрутив правый ус. После чего задумчиво изрёк.
— Ну раз так, тогда ладно. Пусть будет засада.
Спустя несколько секунд мы уже шагали по широкому коридору, что больше напоминал тоннель и ранее являлся одной из транспортных артерий громадного корабля. Сейчас же больше напоминал ответвление очень странной и заболоченной пещеры. Вязкая почва, редкие растения, улитки, насекомые. Влажный и пропитанный тяжелыми запахами воздух. Не знаю, что именно тут произошло, но судя по образовавшейся внутри биосфере, судно уже долго находилось в подобном состоянии. Хотя, откуда тут могла взяться земля, я всё равно упорно не понимал.
Через несколько десятков метров мы наткнулись на что-то вроде развилки. Основной коридор тянулся дальше, а по бокам имелось что-то вроде двух небольших холлов, из которых шло по несколько проходов.
В начале одного из последних мы и затаились, прислушиваясь к тому, что происходило на месте недавней схватки.
Противник оказался там почти сразу после того, как мы определились с местом засады. И голоса у них теперь звучали куда громче — видимо решили, что раз врага на месте не обнаружилось, значит он уже далеко и можно не остерегаться.
— Надо возвращаться. Ты же видишь, у них огнестрельные раны. Если сюда попал кто-то с работающим оружием, он нас без труда перебьёт.
— Пейта грохнули! Вот же суки! Надо по следу идти! А ещё я тут бабу чую! Слышишь командир? Даже двух! Нет, трёх! Третья правда в возрасте, но как говорится на безрыбье…
— Гильз нигде нет. Из револьвера стреляли. И не перезарядили потом. Может патронов у них не так много?
Солдаты продолжали переругиваться между собой, а я пытался понять сколько их там, одновременно стараясь оценить ситуацию. Один точно располагал тонким нюхом ищейки. Возможно и след мог взять, если ему отдадут такой приказ. Все остальные были больше озабочены вопросом нашей опасности — каждый понимал, что даже если патронов и правда немного, то ещё пару-тройку человек подстрелить получится. И оказаться на их месте, никому из наших потенциальных преследователей не хотелось.
Наконец послышался негромкий властный голос, который заставил замолчать всех остальных.
— Рансор, возьми след. Фредди, в авангард. Как только что-то заметишь, сразу назад и дай нам знать. Заткнулись все! Они могут быть где-то рядом.
Судя по голосам, их было семь или восемь человек. Скорее всего вооружённых лишь гладиусами. Даже если были луки или арбалеты, в тесном пространстве холла, они вряд-ли помогут. Тогда как у нас имелось сразу трое вооружённых бойцов. Из которых, как минимум двое, превосходили врагов в мастерстве владения мечами.
Обернувшись, я на всякий случай приложил палец к губам. Потом глянул на Оболенского, который застыл слева от меня, сжимая саблю
