‑ Ничего, ‑ сказала ей молодая женщина. ‑ Так в Тариосе заведено.
Трис нахмурилась, а Чайм потянулась, пытаясь схватить один из локонов яскедасу.
‑ От заведённых в Тариосе обычаев у меня уже аллергия начинается, ‑ огрызнулась она, входя в столовую.
‑ Пожалуйста, садись, ‑ сказала она. ‑ Как тебя зовут?
‑ Яли, ‑ ответила женщина.
Она уронила голову в ладони.
‑ Кис правда в порядке? ‑ спросила она приглушённым голосом. ‑ Не лгите мне. Все знают, что у арурим Пятого Округа нет средств на говорящих истину, и что заклинания истины у даской не особо хорошие.
‑ Он в порядке, здоров и невредим, ‑ сказала Трис, в это время вошла кухарка с подносом, на котором были куски торта, чайник, чашки и мёд.
‑ Спасибо, ‑ сказала Трис, забирая у неё поднос. ‑ Весьма благодарна, ты ведь так занята и всё такое.
Кухарка посмотрела на Яли, хмыкнула и вернулась в кухню.
‑ Позвольте дать вам совет, поскольку вы — шэйнос, ‑ сказала Яли, выпрямившись. ‑ Яскедаси — ни в коей мере не респектабельны. Ей не понравилось, что вы её заставили меня впустить.
‑ Почему они не респектабельны? ‑ спросила Трис, наливая две чашки чая. ‑ Вы же просто даёте представления, верно? Вы же не проститутки.
‑ Мы выставляем наши тела и навыки напоказ всем, кто желает смотреть, ‑ ответила Яли, поглаживая одно пальцами одно из крыл Чайм. ‑ У нас нет сопровождающих, мы работаем допоздна, мы не проводим весь день за скучным и унылым трудом, мы устраиваем шумные вечеринки, мы громко поём. Мы должны быть наполовину путанами, наполовину — ворами. Ну и ну, что за красивая штука.
‑ Она — не штука. Это стеклянная драконица, которую Кис сделал два дня назад, ‑ сказала Трис, дуя на чай, прежде чем отпить его. ‑ Её зовут Чайм.
Яли посмотрела на неё, широко распахнув от изумления подведённые кохом глаза:
‑ Но Кис же не маг!
‑ Не был магом, ‑ сказала Трис. ‑ А теперь — стал. Дай-ка взгляну, проснулся ли он.
Оставив Чайм и поднос с чаем, она пошла наверх, чтобы проверить, встал ли Кис.
Он уже был бодр, одет и брился, когда Трис постучала в его дверь. Когда он пригласил её войти, она сунула голову внутрь.
‑ Там в столовой яскедасу по имени Яли, ‑ сказала она, пока он осторожно скрёб бритвой свои бакенбарды. ‑ Я думаю, что она не уйдёт, пока не сосчитает все твои ноги и руки.
‑ Яли? ‑ Кис поспешно закончил бриться и вытер лицо. ‑ Она должна быть дома, в кровати! Зачем она сюда пришла?
‑ Спроси сам, ‑ сказала Трис. ‑ Я скоро спущусь.
Она встала у верней ступени лестницы, наблюдая за тем, как Кис спотыкаясь спустился вниз. Его лицо посветлело. В его голосе слышалась забота, когда он спросил о Яли. Если у него в Наморне всё ещё была спланирована женитьба, то у него была проблема — но по крайней мере это её не касалось. Она пошла в свою собственную комнату, закрыла дверь и села на кровать. Она осторожно распустила две большие косы с молнией и начала сцеживать немного их силы себе в вены, чтобы слегка оживить силу прилива. Работая над этим, она гадала, что случится с ней, когда эта доза заёмной силы иссякнет, но потом покачала головой. Когда это случится, тогда и она и будет об этом волноваться.
Глава 6
Кухарка удивила Киса, приготовив ему завтрак после ухода Яли. Сначала он сказал, что ей не обязательно; когда она настояла, он попросил прощения за то, что загрузил её дополнительной работой.
‑ Такому симпатичному молодому парню нужно пользоваться любой возможностью восполнить силы, чтобы отбиваться от орд девчонок, которые тебя преследуют, ‑ сказала она, подмигнув.
Кис засмеялся, будто впервые за незнамо сколько веков. Он остался в кухне, пока она готовила, разговаривая о городских новостях и её детях. Она выгнала его в столовую, когда закончила, сказав, что ей надо было сходить на рынок, потом усадила его за стол и приказала есть.
Кис и сам был рад это сделать: он был голоден. Она дала ему свежих лепёшек, сыра и яиц, приготовленных с корицей, кумином, кардамоном и перебродившим ячменным рассолом. Когда он приехал в Тариос, то попробовал приготовленные таким способом яйца и подумал, что с таким странным сочетанием вкусов они не годятся даже на корм свиньям. Теперь же они были его любимой тариосской едой.
Он ел лишь несколько минут, когда вниз спустилась Трис. Её сопровождала недавно покормленная Чайм — Кису были видны пигменты для пурпурного и синего стекла в брюшке драконицы. Девушка выглядела странной, необычно бодрой для кого-то, кто лёг спать после полуночи и встал вскоре после рассвета, согласно утверждениям кухарки. Трис налила себе чашку чая и села за стол напротив него.
‑ Твоя подруга Яли в порядке? ‑ спросила Трис, в то время как Чайм свернулась вокруг чайника. ‑ Она расстроилась из-за того, что тебя забрали арурими.
‑ Она знает, что в Пятом Округе не платят говорящим истину, ‑ ответил Кис, осторожно выговаривая каждое слово.
Его язык будто становился толще, когда она была рядом. Он не мог заставить себя забыть, что именно она может извлекать из этих тонких косичек по обе стороны своего лица.
‑ Она просто хотела убедиться, что я цел, ‑ он подобрал яйца куском лепёшки. ‑ Она на самом деле не поверила, что они вызвали говорящего истину лишь потому, что ты им сказала, ‑ добавил он.
Прожевав и сглотнув, он продолжил:
‑ Я и сам едва верю, а ведь я там был.
‑ Но я же была так вежлива, ‑ ответила Трис с тонкой как бритва улыбкой. ‑ Даской Номасдина был таким джентльменом, уступил желанию леди.
Кис ошарашенно моргнул.
‑ Ты пошутила, только что? ‑ спросил он.
Он никогда не подумал бы, что у неё было чувство юмора. Если оно и было, то очень сухое.
‑ Я почти никогда не шучу, ‑ уведомила его Трис, сидя за столом с бесстрастным выражением лица. ‑ От шуток у меня очки запотевают.
Кис отложил свою ложку и обратил на Трис своё полное внимание. До него впервые дошло, что эта странная девушка, которая моложе его на треть, должна была стать его наставницей. Он понятия не имел, что она была за человек, если не считать героически скверного нрава, навыка швыряния молний, утверждение о владении силами, которые были слишком большими, чтобы любой человек мог ими владеть — и нелюбовь к помехам. Она мягко обращалась с пинцетом и лекарствами. Она любила Чайм и своего невозможных размеров пса. Глаза за её очками были тревожно острыми. Она также подошла к их новым отношениям серьёзнее, чем он сам, к его стыду.
‑ Значит, нам с тобой придётся работать вместе, ‑ осторожно произнёс он.
Она подпёрла подбородок ладонью, криво улыбнувшись:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
