Трис вернула искру обратно в косичку.
‑ Чего я касаюсь теперь? ‑ спросила она.
Кису не требуется, чтобы она указывала ему на Чайм, поскольку драконица просто напитана молнией.
‑ У тебя за спиной ещё кое-что.
Кис поёрзал. Он дёрнул плечами, затем взвизгнул и попытался отползти прочь, забыв о том, что его ноги были скрещены, и что он уже долгое время сидит в этой позе. Он завалился лицом вперёд, запутавшись в собственных лодыжках. Помедлив, он проворчал, уткнувшись носом в утоптанный земляной пол:
‑ Чайм. Она колется.
‑ В ней довольно много молнии, не смотря на её маленький рост, ‑ признала Трис, говоря в полный голос. ‑ У тебя хорошо получилось. Надеюсь, что ты это знаешь.
‑ Отлично. Мы закончили?
Трис нахмурилась. Она правильно поступила, похвалив его. Ему следовало это оценить; она была скупа на похвалу. Более терпеливая её часть прошептала, что он-то об этом не знает. Она сама глубоко вдохнула, считая, чтобы охладить свой пыл. Только успокоившись, она сказала:
‑ Нет. Теперь ты попробуешь выдуть стекло.
Чайм пискнула и заползла под скамейку. Кис перевернулся на спину, чтобы распутать свои ноги.
‑ Самое время. Он, возможно, прямо сейчас убивает яскедасу.
‑ Начинай медитативное дыхание одновременно с забором стекломассы, ‑ наставляла его Трис, пока он готовился к работе.
‑ Ты знаешь, что такое стекломасса? ‑ спросил он, встряхивая плечами.
‑ Мне нравится наблюдать за стеклодувами, и они часто позволяют мне задавать вопросы, ‑ ответила Трис.
‑ Почему? ‑ спросил он, проверяя, что стекло в тигле всё ещё годилось для работы. ‑ Это же никак не связано с твоей магией.
Трис вздохнула:
‑ Большинство вещей никак не связаны с моей магией, ‑ сказала она, пытаясь быть терпеливой. ‑ Я просто хочу о них знать. Мне почти нечем похвастаться в моей собственной области. Стеклоделие, ткачество, лекарства, кузнечное дело — для меня это магия. Ты создаёшь что-то перманентное. Что-то, что не исчезнет миг спустя. К тому же, ты этим можешь заработать себе на жизнь.
Он поднял брови:
‑ А ты — нет?
‑ Только не так, как это делают маги-ремесленники. Если только не хочешь убивать людей молнией. Если только можешь вызывать дождь или ветер только тогда, когда уверена, что не крадёшь их у тех, кто в них нуждается. Если не хочешь так работать, то трудно зарабатывать себе на жизнь погодной магией, ‑ объяснила она.
Ей было видно, что он не поверил. «Пора приниматься за работу», ‑ сказала она себе, а вслух произнесла:
‑ Так, Кис… не пытайся сейчас выдуть шар. Просто посмотрим, что получится.
Он закатил глаза и вздохнул, от этой комбинации жестов у неё всегда чесались руки надрать вздыхателю уши.
‑ Я выдувал шары ещё со времён моего ученичества, Трис, ‑ сказал он ей. ‑ Рыбакам на Сиф они всегда требовались в качестве поплавков для их сетей. Пустяковое дело. Теперь, когда я знаю, в чём проблема, это будет легко.
Трис прикусила губу. Он мог быть и прав, хотя она в этом сомневалась.
‑ Тогда делай как знаешь.
Он немного постоял, с трубкой в руках, черты его лица рельефные в свете горна. Трис уселась на скамейку, наблюдая за ним. Она чувствовала, как силы в мастерской сошлись вместе. Молния засияла с его кожи ярче, чем когда-либо прежде. Трис быстро влила больше сил в окружавшие мастерскую защиты. Она не хотела, чтобы блудные заклинания проникали внутрь сейчас, как это было два дня тому назад. Его следующее происшествие, в отличие от Чайм, может оказаться не таким чудесным.
Трис дышала в его ритме и ждала, пока он не вернётся в медитацию. Наконец Кис сунул стеклодувную трубку в горн. Жар его похоже не беспокоил, хотя Трис видела, как от него отдёргивались подмастерья и даже мастера гильдий. Она сняла очки и закрыла глаза, прочертив у себя на веках пальцем знак огня. Когда она открыла глаза, Кис и его окружение были размыты, но дрожащий жар горна был виден так же ясно, как и его магия. Жар вился вокруг Киса как ласковая кошка, впитываясь в его кожу и кости.
Трис провела большим пальцем по векам и вернула свои очки на место. То ли из-за молнии, то ли из-за его расширения его собственной крупицы стеклянной магии, Кис мог выдерживать более высокие температуры, чем большинство людей. «Возможно, он даже сможет держать огонь голыми руками», ‑ подумала Трис. Она спросит Даджу, мага-кузнеца, когда она вернётся…
«Домой» ‑ образ, завершивший её мысль. У Трис защипало внезапно заслезившиеся глаза. Прошло много времени, но она всё ещё обманывала себя, полагая, что коттедж Дисциплина был рядом, и что Даджа, Сэндри и Браяр будут там, когда она вернётся туда вечером. Но их там не будет. Дисциплина и Сэндри были в Эмелане, в месяцах пути на север. Даджа была на родине Кислуна, в Наморне, ещё дальше на север; Браяр был на пути в Янджинг далеко на северо-востоке. Их действительно разбросало по миру, и не было здесь Даджи, чтобы оценить магию Киса.
Трис шмыгнула носом и сосредоточила внимание на своём ученике. Вращая стеклодувную трубку, Кис вытащил из горна расплавленную стекломассу. Его дыхание было сбивчивым.
‑ Мягко, ‑ тихо произнесла она, глядя на то, как красно-оранжевое стекло начало менять цвет, остывая. ‑ Вспомни ощущение своей магии.
Не переставая вращать трубку, он осторожно подул в неё. Трис увидела молниеносную вспышку его силы даже сквозь трубку. Он выдыхал равномерно и гораздо дольше, чем смогла бы она сама. Опустошив лёгкие, Кис вернул стекло на прогрев, пока вдыхал новую порцию воздуха. В этот раз сила в его дыхании была ещё ярче. Трис собиралась было что-то сказать, но промолчала. Он снова прогрел стекло, но она знала, что он сбился со счёта в своей медитации. На этот раз, когда он подул в трубку, покрытая стеклом молния отлетела от противоположного её конца и упала оземь, не разбившись. Чайм метнулась под стол в углу и осталась там.
‑ Расслабься, ‑ сказала Трис, когда Кис побагровел от расстройства. ‑ Успокойся, выпей воды, попробуй снова.
‑ Т…ты…! ‑ начал кричать он, оборачиваясь к ней.
Трис посмотрела ему в глаза, желая, чтобы он увидел, что это нормально, что это было ожидаемо. Она знала, что это бесит — когда всё идеально продумываешь, а потом, когда пытаешься привести план в исполнение, всё идёт наперекосяк.
Что бы он ни хотел сказать, Кис решил промолчать. Вместо этого он прошёлся по мастерской, касаясь ваз, чаш, кувшинов и украшений, пока не успокоился. После этого он поставил на разогрев очередной тигель и выпил воды.
Они так погрузились в работу, что даже не заметили, что жена А́нтону принесла Кису обед. Она не могла пройти через магический барьер или привлечь их внимание. Наконец она скормила Медвежонку несколько кусков жареной баранины, а потом пошла по своим делам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
