Читаем без скачивания Герой не её романа - Агата Соболева

Он обманывал меня? Играл со мной?

— Так. Выйди отсюда. Какого черта ты врываешься в мою спальню? Да и вообще в мою квартиру?

Взлохмаченный Виктор как будто забыл об Ане. Он сидел на кровати, не думая о том, насколько его прикрывает одеяло, и смотрел только на разгневанную блондинку.

Неприятная дрожь побежала по телу волна за волной.

— Выйди, я сказал!

От того, как он рявкнул, Аня вздрогнула.

— Прости…

Уловив это движение боковым зрением, он будто вспомнил, что в его постели еще кто-то есть.

— Пфф! — незнакомка вздорно вскинула подбородок, развернулась и цокая каблуками прошла вглубь квартиры, так и оставив дверь открытой.

— Я сейчас, — коснувшись руки Ани, мужчина вскочил с кровати, натянул шорты, схватил футболку и вышел, притворив за собой дверь.

От ощущения эйфории не осталось и следа. Все, что представлялось о Викторе и их отношениях стало рушится как карточный домик. Кем бы не была эта блондинка, то, как Виктор сейчас себя вел, было подобно отрезвляющей пощечине. Она была не на переднем плане этой пьесы, а лишь на декорациях. Нет-нет-нет. Это был не тот случай, когда она как влюбленная болонка готова сидеть у ног лишь бы ее погладили. Выбравшись из-под одеяла, она нашла сложенные на пуфике свои вещи, в которых приехала вчера сюда. Быстро натянула их. Нашла свою сумку, одежду, в которой ходила здесь вечером. Все сунула в сумку. Геральд наблюдал за ее перемещениями по комнате, надув свои суровые щеки.

— Прости малыш. Похоже, нам пора расстаться. Ты изменил мое мнение о котах.

Остановившись на минутку, она погладила гигантскую кошачью голову, получив в ответ гортанное мурлыканье.

— Что это за стремная баба? Ты теперь стал ценитель рыхлых жоп? И престарелых нерях?

Как же противно… Словно облили помоями. Нет, она уже слышала что-то в этом роде от холеных цац, которые визжали оскорбления из-за ревности или зависти. Но это был совсем не такой случай.

Стараясь не шуметь, она заскользнула в ванную, забрала там свои вещи, освободила мочевой пузырь, который настойчиво напоминал о себе уже достаточно давно, и слушала доносящиеся крики.

— Да, знаешь, хватит с меня таких вот пустых красивых флакончиков. Ведь у тебя только тюнинг на уме и бабки для него.

Сердце заходилось в болезненных частых ударах. Кончики пальцев знакомо покалывало, а в горле встал ком.

Какое унижение…

Она сбегала из его квартиры, стараясь не шуметь. Она не хотела привлечь к себе внимания, чтобы не узнать — решит он ее остановить или нет. Да и оставаться там она точно не хотела, чтобы слушать про свои возраст, морщины, отечное с утра лицо без грамма косметики, лишние сантиметры и граммы в разных местах, дряблость, бледность и т. д.

Было отвратительно слушать, как Виктор позволяет это говорить, как сам того не отрицает.

Кто это? Она знать не хотела, но явно вещи в той маленькой комнатке имели к ней отношение. А он еще ее туда засунул работать.

Гад.

Тихо прикрыв за собой дверь, она сбежала по лестнице и выбежала во двор. В очередной раз, когда она возвращалась от Виктора, ее душили слезы. Обида и чувство унижения сжирали все внутри. Она шла так быстро, что уже начала задыхаться, и заболел бок.

Она думала, что нашла тихую гавань у Виктора. Но там все оказалось далеко от ее воображаемой действительности. Ее собственную квартиру оккупировал Влад со своей кралей. Родительский дом перестал быть крепостью. Поговорить с кем-то о том, что происходит в ее жизни? Только если с младшей сестрой…

У дома она не встретила никаких нежелательных лиц, только бабулька со второго этажа кормила птиц. В лифте ей компанию составляло только ее отражение, на которое она не хотела смотреть. В квартире, к счастью, тоже было тихо. Зайдя к себе, она не стала включать свет. Только села прямо у входной двери и на пол в темноте и спрятав лицо в ладони заплакала.

Важное решение

Телефон зазвонил лишь после полудня. К этому времени Анна успела поплакать, постирать все вещи, что пропахли Виктором, пролежать в ванне с бокалом вина, а со вторым сесть за составление объявления на авито.

Пролежав с тканевой маской на своей старческой физиономии, отмокая дряблым телом в ванне с лавандовой солью, успокаивая расшатанные нервы дозой алкоголя, Анна обдумывала как жить дальше. Она пыталась начать заново с Виктором, изменить в своей жизни курс, но эта затея провалилась. В ее собственной квартире тоже жизни ей не будет. В родительском доме заклюет мать. Денег нет. Особой привязки к месту тоже. Из близких людей мать и сестра, с первой отношения не в лучшем виде, у сестры своя жизнь.

И Анна решила продать свою квартиру. И уехать. Куда? Она еще не решила, может просто в другой район, а может в пригород, а может и в другой город, или пригород другого города… Было самое время для решительных действий. Ничего не клеилось, а только превращалось в водоворот мучений.

Первый звонок от Виктора почему-то стал неожиданностью, будто они уже простились и она теперь просто переживала разрыв. Долго смотрела на экран, и в итоге вызов ушел на голосовую. Второй через час отправился туда же. На третий она решила ответить, а не прятаться как инфантильная девчонка.

— Да?

Ее голос звучал как-то рассеянно, возможно, или усталости моральной, а, может, и физической. Либо ее мысли настолько ее утопили, что реальность стала как-то ускользать на задний план.

— Занята?

— Да, немного.

— Прости.

Тишина с обеих сторон. В голове только одна мысль, что он звонит прощаться, говорить никому не нужные фразы, делать больно своими объяснениями. Не было сомнений, что это его бывшая (вопрос насколько бывшая). Анна посчитала его средним, серым, неинтересным, что на за ним не бегают женщины, а может они вообще были в его жизни дефицитом. Потом он перешел в категорию нормальных. И вот его повысили разом до "козел, как и все мужики".

— Можно я приду?

Выдать тираду о "дело не в тебе"?

— Не стоит.

— Работаешь?

Вздохнув, Анна решила сказать все прямо, чтобы не тянуть мучений и не развязывать трагедий, итак было больно.

— Слушай, Вить, не к чему все эти прощальные речи, скандалы и драмы. Я поняла, что это твоя девушка, может невеста, жена…без разницы. И поняла, что этот гештальт не закрыт. Даже если ты сейчас не хочешь мне сказать: "Прости, я возвращаюсь возвращаюсь к