Читаем без скачивания Герой не её романа - Агата Соболева

ней". Я увидела, что она не первом плане, а я лишь реквизит…

— Стоп. Погоди. Ты поняла все неправильно.

— Не надо…

— Надо. И я сейчас приду. Ты дома?

— Нет.

— Тогда я приеду к твоей матери.

— Я не там.

— Не важно. Сиди, где сидишь, я сейчас приду.

И он положил трубку.

Простонав, она откинула телефон и рухнула лицом в подушку.

Опять сцены, ругань, скандалы, пустые слова, обещания или обвинения. Она этого не хотела. Она этого больше не выдержит.

— Хватит…

Прохныкала она не отнимая лица от плюшевого чехла диванной подушечки.

Взяв себя в руки, встала, чтобы хоть расчесаться.

После ванны Аня так и сидела в махровом халате на голое тело и лишь стащила полотенце с головы, бросив его на пол рядом с диваном.

Волосы высохли как попало и теперь она была наглядным пособием по престарелым неряхам. Вспомнив лаковые локоны Миры, идеальные волосы Сонечки… И тут ОНА. Правда без отросших корней и пробивающаяся первая седина замаскированы. Ну и хоть брови выщипаны и покрашены. Глянула на руки. Маникюр тоже на месте, хоть и не длинные когти, которыми можно есть суши без палочек… ну или спагетти без вилки…

Вместо туалетной бумаги там нужно биде… Иначе как Эдвард руки-ножницы себе все в мясо располосуешь.

С длинными ногтями было неудобно клацать по клавиатуре. Да и домашними делами заниматься. Даже замок застегивать или вытаскивать банковскую карточку. Пробовала пару раз… через пару дней бежала к мастеру, чтоб убрали эту порнографию с рук. Наращивать ресницы тоже пробовала. Не ее. Неудобно, некомфортно, а когда начинают падать пучки или отрастать молоденькие реснички, а которые посажены искусственные… Это просто фу. Ламинирование и хорошая тушь — лучшее для нее решение. Иногда и просто тушь.

Ни одного укола красоты в лицо. Она натянула ладонями кожу, подтягивая овал лица.

Да… земное притяжение берет свое…

Губы без грамма косметики или увлажняющего бальзама сухие, бледные. Совсем не мягкие гладкие подушечки что у тех универсальных солдатов на поле битвы индустрии красоты.

Действительно тюнинг.

В памяти всплыло выражение Виктора, когда они орали с Мирой друг на друга в гостиной.

Нехотя она натянула трусы и мешковатый спортивный костюм, с оттянувшимися от сидения скрестив ноги, коленями. пестрые носочки с авокадиками и домашние тапочки с мягкой подошвой, потому что если долго ходить босиком — начинали беспокоить пяточные шпоры.

Когда завязывала в узел еще не просохшие волосы, зазвонил дверной звонок. Не раздумывая, она просто открыла дверь. Понятное дело, что это Виктор…

— А чего это ты дома? Еще и зареванная?

Это был не Виктор. В квартиру тут же шагнул Влад, не успела она и слова сказать.

— Все? Спектакль отыграла?

И уже знакомым маневром он припечатал ее к стене, прижав телом так, что не рыпнешься и накрыл губы поцелуем. Вальяжным и хозяйским. Будто бы его язык пришел к себе домой, а не в рот посторонней теперь женщины.

Анна сначала в полном стопоре не сопротивлялась и не отвечала. Потом внутри поднялась волна… Отвращения?

Она сама удивилась тем эмоциям, что испытала. Ведь это Влад — царь и бог ее либидо, повелитель сердца и постоянный квартирант ее мыслей.

Она прикусила его за язык и со всем силы начала отбрыкиваться.

— Не помешаю?

Прозвучавший сбоку голос заставил, наконец, Влада отлепиться от Ани. На пороге не закрытой им двери стоял Виктор.

Осколки

Стук сердца заполнил все тело. Его удары оглушали. Рвали горло, будто оно пыталась выбраться наружу.

Аня застыла, только переводила взгляд с одного мужчины на другого.

Влад был страшно доволен собой. Его ледяные глаза сверкали, полупризрачная улыбка гуляла на влажных после поцелуя губах. Он хищно смотрел на мужчину на пороге, как зверь, только что пометивший свою территорию… Ну или скорее добычу, чтоб конкурентам ее есть не захотелось. Именно это подходило больше, ведь Аня была уверена, что "давай начнем все с начала" у него в планы не входило. Это была какая-то дурацкая игра, смысл которой, возможно, не понимал даже сам ее создатель.

Виктор внешне был очень спокоен. Как всегда. Он всегда спокоен. За исключением этого утра, когда она услышала, как он он умеет кричать и скандалить. Он долго смотрел на Влада, а потом перевел взгляд на Аню.

Зеленые глаза не выражали ровным счетом ничего. Это пугало больше, чем крики и размахивание кулаками.

— А если скажу, что помешаешь? Уйдешь? Или посмотришь?

Влад дернул плечами, в нем сейчас говорил альфач. Виктор же только усмехнулся. В его глазах плескалась ирония, едкая и с горчинкой.

— Все Влад, хватит этого цирка. Иди домой.

Аня взяла за плечи отвлекшегося на другого самца Влада и развернула его к двери, попутно схватив Виктора за его куртку и дернув в квартиру.

Когда она закрывала дверь, то слышала шаги и смех своего бывшего. Виктор иронично поджав губы смотрел на нее как на экспонат на выставке жуков.

Ну и что ты так на меня уставился? Будто ни к тебе утром ворвалась баба, открыв дверь собственными ключами…

— Знакомый персонаж… Не его ли мы вчера видели у лифта?

— Ты о нем поговорить шел? — психуя, Аня скрестила руки и оперлась на комод в прихожей.

— Да я уже даже не знаю о чем.

— Тогда может последуешь за этим?

Она кивнула в сторону двери.

— Возможно, но не сразу.

Он достал из рюкзака Анин ежедневник.

— Ты забыла, когда уходила по-английски.

— А ты забыл, что у тебя в постели голая женщина, когда побежал за другой не надев трусы.

Виктор тихо засмеялся качая головой.

— Не я целовался с другим не закрыв дверь.

— Если бы ты целовался с мужиком, это было бы не менее странно, чем то, что к тебе утром приходит женщина, открыв дверь своим комплектом ключей и прямиком в спальню.

— Угу, вот этим.

Он извлек из кармана связку ключей и позвенел ими в воздухе. Брелок в виде ананасика тускло поблескивал стразами.

— Я их забрал.

— А я выставила мужика.

— Я не целовался с Мирой.

— А у Влада не было ключей от моей квартиры.

— Ты мне объяснишь, что происходит?

— Зачем?

— Наверно, потому что мы в отношениях, и у нас явно есть какие-то проблемы.

— Я не уверена, что это отношения.

Все тело будто тыкали иглами внутри и снаружи. Бросало то в жар, то в холод. В ушах начинало звенеть.

— То есть для тебя это все не серьезно?

Виктор перестал улыбаться.

— Пуф-ф-ф… — Аня потерла лоб, чувствуя, как голова начинает