новое поколение игроков, с иным менталитетом.
Журналисты любят задаваться вопросом: почему добиться успеха со сборной не удавалось таким выдающимся отечественным специалистам, как Газзаев, Романцев, Семин? Дело, думаю, было в том, что и они в расцвете своих тренерских карьер угодили в тот период, когда объективно было очень тяжело собрать команду, способную сделать выдающийся результат.
Ну а потом до сборной стала дорастать уже та плеяда, которую я отчасти считаю своей: Андрей Аршавин, Саша Кержаков, Костя Зырянов, Рома Павлюченко. Чуть позже подтянулись Березуцкие, Игнашевич, Семак, Алан Джагоев, я сам. Образовался очень удачный сплав из опытных игроков и совсем молодых, но дико амбициозных.
Если вспомнить Евро-2008, где мы дошли до полуфинала, выбив в плей-офф Голландию, дело ведь было не только в гениальности Гуса Хиддинка как тренера. Но и в том, что он оказался в нужное время и в нужном месте: попал в расцвет очень сильного поколения игроков. И как выяснилось, это поколение оказалось готово к тому, чтобы выстрелить.
Хиддинк был невероятно хорош как мотиватор, как психолог, а кроме того, сам по себе был классным мужиком. Для меня стала полнейшим откровением история, которая случилась на сборе в Австрии, куда мы приехали готовиться к Евро-2008. Во время одной из тренировок пошел дождь, где-то громыхнуло, началась гроза. Голландец моментально остановил игру, собрал команду и приказал: «Быстро собрались, уходим в подтрибунное помещение».
Мы вообще не поняли: в чем проблема? Ну намокли – в первый раз, что ли? Но Гус объяснил, что никогда нельзя играть в грозу на мокром поле, потому что, если молния, не дай бог, ударит в газон, лягут все.
Добавил еще нам через переводчика Александра Бородюка: «Для того чтобы играть в футбол, мне нужны живые и здоровые игроки. А тренировку можно и пропустить».
Еще был удививший всех случай, когда Хиддинк только-только пришел в команду. Жили мы в центре города, в «Мариотт-отеле» на Тверской, а тренировались на старом стадионе имени Стрельцова, где играло «Торпедо». В первый день утром прошла одна тренировка, которая носила скорее ознакомительный характер. А после нее на общем собрании Гус объявил, что с завтрашнего дня работать на поле мы будем дважды в день, а сегодня все свободны и на ужин можно не приходить.
Мы были в шоке: как на ужин не приходить? А что делать-то?
Гус только плечами пожал: хотите – гуляйте, хотите – езжайте по домам.
Единственное, о чем он нас попросил, как когда-то Газзаев, – быть предельно осторожными. Тогда в Москве уже начали массово появляться системы видеонаблюдения, и тренеру не хотелось, чтобы накануне важного турнира кто-то из игроков вляпался в историю. Об этом, собственно, Хиддинк сказал прямым текстом: если кто-то попадет в ненадлежащем виде на камеры, в сборной играть не будет.
Такая свобода, и уж тем более – ночная, была для нас абсолютно необычна: самый центр города, клубы, рестораны…
Сам я почти никогда не уезжал по вечерам из отеля – не видел смысла ехать из центра на окраину Москвы в родительский дом, а рано утром возвращаться обратно. Но более старшие ребята, у которых уже были семьи или которым просто хотелось где-то потусить, по вечерам разъезжались и очень этой возможностью дорожили.
Был смешной случай, когда один из футболистов, не буду говорить, кто именно, все же попал на камеру, пусть и в безобидной ситуации, – танцевал в ресторане с девушкой. На следующий день всех созывают на собрание, оператор включает запись, мы ее смотрим, не очень понимая, что последует дальше. И в полной тишине Гус очень задумчиво говорит: «Не понимаю. Вот вообще не укладывается в голове. Нет, ты молодец, конечно, что сходил развеяться, отдохнул, – но как ты с ней танцуешь?!! Что ты вокруг нее столько времени козлом прыгал вместо того, чтобы в охапку сгрести, потискать хотя бы?»
Понятно, что игрока Хиддинк из команды не убрал – даже речи об этом не шло. И дело было вовсе не в том, что игрок – ключевой.
В первом туре Евро-2008 мы проиграли испанцам 1:4. Помню, Рома Адамов получил на бровке мяч, хотел перевести и ударил в сторону Хиддинка. Гус поймал мяч и говорит: «Да… Классная у меня команда…»
Мы все просто были уверены в том, что после матча с Испанией последует жуткий разнос. Пришли в раздевалку – тишина. Помылись, уехали в отель. На утренней тренировке Хиддинк дождался, когда уйдут журналисты, подозвал к себе всю команду и говорит: «Расстроились? Зря. Сыграли достаточно хорошо, пусть и допустили какие-то ошибки. Но это сборная Испании, совершенно невероятное поколение игроков к тому же. Попомните мое слово: они выиграют этот чемпионат».
А дальше уже совершенно спокойно, как на самой обыденной игровой установке, Гус сказал, что мы должны обыграть Швецию и Грецию. Обе эти страны не могли похвастаться какими-то суперкомандами на тот момент. Но главное было даже не в этом. А в том, что Хиддинк, общаясь с нами, говорил это все так спокойно и так буднично, что ему было просто невозможно не поверить.
Перед играми он никогда не говорил много. Мы сами вставали в круг, Сергей Семак, который был капитаном, или кто-то другой коротко произносил какую-то речь, и шли играть.
Мы достаточно хорошо сыграли со шведами – 2:0, особо опасных моментов у наших ворот не возникало, зато был хороший баланс обороны и атаки. Как раз к тому матчу после дисквалификации вернулся на поле Андрей Аршавин, который не принимал участия в первой игре с Испанией, и взаимодействие на поле наладилось еще лучше.
Матч с греками получился чуть более тяжелым. По моментам мы их переиграли, но закончили игру с минимальным счетом. Мяч в ворота не шел – такое бывает.
Ну а потом был тот самый знаменитый матч с Голландией. Спустя время я где-то прочитал, что в предматчевых прогнозах даже Юрий Семин называл Голландию фаворитом. Но по большому счету все моменты в той игре были наши.
Единственный раз, когда в исполнении Хиддинка я услышал по-настоящему пламенную речь, случился, кстати, как раз перед игрой с голландцами. Гус тогда реально завелся: «Вы сильнее, не вздумайте их бояться!» И все это настолько эмоционально, словно у него был какой-то зуб на сборную своей страны, какая-то скрытая тренерская обида. Радовался как ребенок, когда мы голландцам голы забивали.
В полуфинале мы снова попали на сборную Испании. Думаю, Хиддинк прекрасно понимал: пройти эту команду мы можем разве что чудом. Сказал какие-то дежурные слова, чтобы мы не боялись, играли
