Но этот факт не отменяет содеянного ангелами, ибо тщательно вынашиваемые планы из-за них пришлось перекраивать буквально на коленке, а подобный цейтнот всегда чреват ошибками. Поэтому сегодня я намерен хорошенько ощипать этих куриц. А с Владом я потом договорюсь, тем более, он ещё очень юн, свершив месть, быстро остынет. А там — бутылка-другая особого вина, пара симпатичных опытных суккубочек… И парень поплывет, куда денется. Особенно, если почувствует их искреннюю любовь, а уж это я смогу обеспечить. Его самки и в подметки не годятся подопечным Лилит. Уж такие мастерицы, куда там человеческим девкам!
Но сейчас настало время преподать урок пернатым, напомнить, почему наши легионы исстари звались «Сокрушающими»… Ангелов меньше, но они сильны, поэтому не будем их недооценивать. Они думают, что мы, не изменяя традициям, как и раньше, атакуем сплошной массой и оголтело полезем на их мечи и копья. Что ж, сегодня их ждет сюрприз.
А вот и Михаил, парит себе в небе, с глупым лицом разглядывая нас. Еще и дружку своему, Уриэлю, что-то нашептывает. Наверняка строит стратегические планы и ругается, как всегда, обвиняя нас в коварстве. Даже сам с собой он не может быть честным.
— Ну что, Леонард, — обратился я к своему герцогу и другу. — готов пощипать перышки Уриэлю?
— Честно? — спросил он, рассеянно поглаживая рукоятки мечей. — Не хотелось бы. Он все-таки мне друг, хоть и пернатый.
— Так никто ж не говорит об убийстве. Не лезь в общую драку, займись только им. Погоняй его, покажи силу, а когда все закончится, выпьете мировую, пока никто не видит. Еще и Влада с собой прихватите. Ты же помнишь наш план в отношении Уриэля?
— Да все я помню, Люц, не переживай. Но меня тревожит Влад. Не такой он человек, чтобы сидеть на жопе ровно. Вот чует мое сердце, он нам преподнесет сюрприз. У меня с утра левое крыло чешется, а это всегда к неприятностям. Давно его не было слышно, значит, что-то готовит. И его идеи обычно нам выходят боком, больной головой и провалами в памяти. Я как вспомню, как меня чуть не изгнали с Земли, крылья трясутся от страха!
— Забей! — отмахнулся я. — Формально, мы Владу вреда не причиняли, предательницу нашли и сами отдали ему на расправу. А этих уродов накажем сами. Они-то думают, что всё будет как прежде, возьмут нас в полукольцо, и, когда мы приблизимся, начнут его сжимать. Раньше это, может быть, и работало, но не сегодня.
Асмодей готов? — бросил я глашатаю, что безмолвно застыл у меня за спиной.
— Да, повелитель, — с почтением проговорил он. — он ждет вашего приказа.
— Отлично! — расплылся я в довольной ухмылке. — Все, хватит сидеть, пора надрать пернатые задницы! Трубите атаку. Сегодня этот мир напьется ангельской крови!!!
**********************
Древний мир спал, но сон его был беспокойным и тяжким. Одно и то же видение преследовало его, всегда одно и то же… Тот миг, когда из него высосали всю жизнь, когда те, кто его населял, погибли. Один на многие тысячелетия, уже не живой, но и не мёртвый. Одиночество и пустота, и лишь тоскливо воющий ветер под чёрными небесами. Некогда огромный и величественный мир постепенно разрушался, пока от него не остался лишь небольшой кусок. Почему он не погиб вместе со своими обитателями? Для чего Создатель сохранил подобие жизни, теперь более походившее на жалкое, позорное существование?
Иногда он просыпался, когда какие-то глупые существа являлись сюда, чтобы решить свои незначительные проблемы. Главным было то, что они делились с ним своей сутью. Но их силы было мало для полного пробуждения, да и была она невкусной. Ее хватало лишь на то, чтобы не разрушиться окончательно. После их ухода мир вновь погружался в забытье, чтобы вновь проснуться спустя многие века. А еще он ждал.
Иногда, в очень редкие минуты, он вновь видел себя живым. По венам свободно струился эфир, он видел, как зарождалась жизнь и как она умирала. Слышал биение сердца каждого, кто находился в его пределах. Во всем, как и раньше, царила гармония, и все совершалось согласно замыслам Творца. И радовался мир, и те, кто находился с ним, разделяли эту чистую радость. Как он хотел вернуть это время! Он хотел жить. Но для этого нужно было вернуть то, что у него некогда отобрали.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сотворившие зло и практически убившие мир давно ушли, но он все равно чувствовал и их, и творимую ими волшбу. Они были сильны, и стали еще сильнее с момента его разрушения. Он и сейчас, вздрагивая и бессильно сострадая, чувствовал агонию других миров, пожираемых ими, слышал крики душ, что не могли отправиться на перерождение, утягиваемые ненасытной утробой. Каждый их удар отражался и на нем, отзываясь вспышками боли, заставляя страдать. Но нет во вселенной истинно всесильных. Чем могущественнее они становятся, тем более приближают свой конец. Поэтому немертвый мир ждал, когда придет тот, кто вновь укажет ему цель и поможет вернуть потерянное. Даст напиться силы, что возвратит жизнь.
Сегодня он вдруг ясно почувствовал, что долгим ожиданиям пришел конец!.. Он не сразу смог в это поверить, но все вокруг дрожало, предчувствуя ЕГО появление. И мелкие букашки, что, как и раньше, давали ему крохи силы, сегодня делали это особенно активно, щедро делясь с почти разрушенным, но ещё не сломленным миром. Они, наверное, тоже его ждут? Неужели его одиночество, длившееся веками, наконец-то закончится? Что ж, Спаситель, он очень долго тебя ждал и теперь готов, приходи и укажи дорогу! А дальше он все сделает сам…
Глава 12
Владислав Громов
Выхожу из портала и оказываюсь высоко над землей. Оглядываюсь — и едва успеваю схватить за шкирку Софиэль, которая, забыв обо всем, уже собралась ринуться в битву, что разгоралась внизу.
— Ку-у-у-да, пернатая?! — я едва успел перехватить девушку, что тут же яростно забилась у меня в руках.
— Ну там же… Ты слепой, что ли? Я должна быть вместе со всеми, я могу помочь!!! И хватит хватать меня за задницу!!!
— Да все вижу я, не вопи, — поморщился я, оглядывая развернувшуюся картину и отпуская ее. А действительно, почему это я постоянно непроизвольно хватаю ее запятую точку?.. Причем, совершенно не контролируя это. Надо проследить за своими руками. Не дай бог, девчонки спалят, сломают же их по самую шею, еще и в нескольких местах!
М-да, сегодня явно не день ангелов. Получают они по жопам капитально, причем, по всем фронтам. Полумесяц войска пернатых, который, видимо, по изначальной задумке должен был взять в клещи демонов, был прорван в нескольких местах. Вдобавок ко всему, часть демонов каким-то образом обошла его и ударила в тыл ангелам, окончательно сломав их строй. Даже на мой неискушенный взгляд, ангелы проигрывали с разгромным счетом. Вокруг беспорядочно валялись тела, но, как я понял, убитых среди них не было, хотя я своими глазами видел, как один демон рубанул мечом по голове пернатого, и тот рухнул. Удар, который должен был начисто снести голову, просто выключил ангела. Это вообще как?!
— Софа, я чет не пойму. А какого хрена еще никто не умер? Где кровь, кишки и прочий ливер, что бывает при маханиях железяками? Вон того с веселой прической должны были располовинить, а он, хоть и валяется без движения, вполне себе живой.
— Я тебе не Софа! — скорее по привычке огрызнулась она. Потом пояснила: —Мы не можем умереть в этом мире, он не позволит. Любая, даже самая страшная травма ведет лишь к полной потере сил. Как бы тебе объяснить? Ты в игры играл? Вот когда твоего напарника убивают, его можно воскресить. Тут похожий принцип.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— То есть, вы тут умереть не можете? — удивился я. — Это читерство какое-то. Тогда нахрена все это? В чем смысл? Пришли, помахали мечами и разошлись по домам? Интересно, а на меня это правило распространяется? Если я посохом дам по голове Михаилу, исключительно в исследовательских целях, он тоже не откинет крылья? Попробовать, что ли?
