наложница официального лица, он сказал «забираю» и похитил её. Затем он добрался до Янчжоу, вселился в частный жилой дом и назвал его «Резиденция могущественного главнокомандующего». Император послал евнухов пройтись повсюду и найти ему девушек, вдов и запереть всех в храме Нигу. Местные жители были напуганы, семьи девушек забеспокоились. Все занялись поисками холостых мужчин, чтобы привести их к себе в дом в качестве зятя. Мин Уцзун оставался в Янчжоу в течение многих дней. Каждый день он выходил на охоту, но велел местным жителям становиться охотниками и вместо него охотиться на диких зверей. Таким образом, нанося ущерб на своем пути, он не спеша добрался до Нанкина.
Чжан Чжун и Сюй Тай первыми прибыли в Цзянси. Они нашли Ван Шоужэня и просили освободить Чжу Си, чтобы «генерал Чжу Шоу» лично сразился с ним. Схватив его, он покажет себя как величественный император. Ван Шоужэнь, нахмурив брови, сказал: «Нелегко было урегулировать бунт, и как я сейчас могу его освободить? Народ снова пострадает». Чжан Чжун сказал: «Вы умный человек, почему вы не понимаете настроение императора?». Ван Шоужэнь покачал головой. Однако он написал доклад, говоря, что подавление восстания князя царства Нин осуществлено в соответствии с указаниями императора, следовательно, это заслуга Вашего Величества. Дописав доклад, Ван Шоужэнь побледнел, ему стало плохо до тошноты. Услышав, что Чжан Чжун вновь пришел упрашивать его, он выпустил Чжу Си, не желая больше общаться с этими людьми. Сам он покинул ведомство, сбежал в монастырь учиться и воспитывать свой характер.
Необычная эрудиция
Ван Шоужэнь, так же известный как Ван Янмин, стал командиром, будучи не солдатом, а ученым. Он был родом из провинции Чжэцзян, городского уезда Юйяо. Отца звали Ван Хуа — один из умнейших людей своего времени, победитель на столичных экзаменах на учёную степень, весьма одарённый и талантливый. В детстве Ван Шоужэнь был не похож на других детей, говорить начал только в 6 лет. Он очень любил читать книги, прочёл всё, что было дома. Ещё любил играть в шахматы, но на школьных экзаменах показывал средние результаты. Учитель, глядя на этого «маленького взрослого», часто погружённого в свои мысли или пишущего стихи, всегда говорил, что у него весьма удивительный характер. Однажды Ван Шоужэнь написал стихотворение-поговорку из четырёх строк:
«Гора близка, Луна далека
И кажется крохотной, а гора — большой.
Если б глаза человека были размером с небо,
Узрели бы, как мала гора и обширна Луна».
Взрослые, прочитав стих, крепко задумывались, что бы это могло значить.
Когда мальчик подрос, он поехал со своим отцом в Нанкин и Пекин. Увидев мир, стал ещё образованнее. Однажды отец и сын отправились к заставе Цзюйюнгуань на Великой китайской стене. Смышлёный Ван Шоужэнь знал, что с севера часто нападают грабители.
Через несколько дней мальчик говорит отцу: «Я написал письмо, направь его императору: пусть предоставит мне несколько десятков тысяч людей и лошадей. Я готов отправиться в поход и послужить стране, чтобы разбить неприятеля». Ван Хуа не мог ни злиться, ни смеяться. Вместо этого он влепил сыну пощёчину, говоря: «Ты глянь на себя, дурак, не дорос ещё!».
С тех пор Ван Шоужэнь стал усердно учиться, заниматься верховой ездой и стрельбой из лука — все ради того, чтобы сразу стать и искусным государственным служащим, и могучим военным. В годы больших стремлений он получил высшую учёную степень на государственных экзаменах и стал управляющим военным министерством в Пекине. Через несколько лет император Мин Уцзун взошел на престол, старший дворцовый евнух Лю Цзинь получил всю полноту власти и наворотил дел. Ван Шоужэнь написал письмо-разоблачение, чтобы все преступления Лю Цзиня были раскрыты и он понес наказание. Чиновник не ожидал, что Мин Уцзун придет в ярость и его самого изобьют сорока палками и понизят в звании. Он был отправлен в провинцию Гуйчжоу, на почтовую станцию Лунчан заниматься гражданскими делами в качестве мелкого чиновника. Лю Цзинь был беспощаден и послал отряд слуг догнать и убить обидчика. У Ван Шоужэня не было другого выхода, кроме как сесть в лодку и плыть морем, сойдя на берег в провинции Фуцзянь. До Лунчан он шёл 3 года.
Прибыв на место, Ван Шоужэнь пал духом. Вокруг только горы, гнилостные испарения, повсюду ядовитые твари, никакого транспорта и торговли. Даже рубить дрова и готовить пищу и то приходилось самому. В тех местах проживало много людей народности Мяо, которые и китайского языка-то не понимали. Ван Шоужэнь хотел было почитать книгу, да только где же её взять? К счастью, он прихватил с собой несколько книг о буддизме и даосизме и смог погрузиться в чтение. Если в будние дни не было дел, он, словно монах, сидел дома и медитировал, молчаливо размышляя над ранее прочитанным.
Раньше любимым занятием Ван Шоужэня было изучение неоконфуцианской школы Чэн-Чжу, эпохи династии Сун, а именно братьев Чэн И, Чэн Хао и Чжу Си. Учёные издавна считали неоконфуцианство Чэн-Чжу похожим на ортодоксальную школу Конфуция и Мэнцзы, так как был один и тот же конфуцианский священный кодекс. Нечего и говорить о том, что Ван Шоужэнь тоже был убеждён в этом. Он слышал, что Чжу Си говорил: «Пока вы тщательно постигаете смысл естества (суть вещей и явлений), вы можете получить истинное знание». Поэтому он нашел бамбуковую рощицу, сел напротив неё и начал постигать истину. Так он усердно провел 3 дня, но все равно не понял, в чем суть бамбука, лишь голова распухла от мыслей. С этого момента он начал сомневаться во взглядах Чжу Си. Но как всё-таки должно быть, тоже не мог понять.
Ван Шоужэнь сидит в комнате и размышляет обо всем, что изучал
В тот момент, сидя в забытом Богом месте, погруженный в раздумья, он вдруг почувствовал, как глаза, уши, ноздри, рот — все органы его тела открылись, будто бы яркий луч пронзил его. Ван Шоужэнь осознал, что в любом деле самое правильное — разобраться самому. Тогда это будет верно и можно действовать. Не обязательно слушать, что говорит тебе внешний мир. Иначе говоря, душа есть истина, душа есть всё сущее. Таким образом, это и есть «единство познания и действия». Знание есть основа действия, без знания нет и действия, так как поступки — проявление знания. Если знание верно, то и осуществление возможно. Неосуществимое же знание не считается верным. Верны ли были суждения Ван Шоужэня?
