— Мы свободны, свободны, — как во сне, повторял Коскинен. — Мы сбежали.
Она оперлась о стену, закрыв лицо руками.
— Ян не сбежал, — сказала она сквозь слезы.
Коскинен обнял ее за талию. Так они простояли, поддерживая друг друга несколько минут.
Наконец она подняла голову и сказала почти спокойно:
— Нам лучше уйти отсюда, пока они не спохватились и не связали нас с тем, что произошло. И из города тоже нужно уехать. Дай мне подумать… Наша квартира находилась на южной стороне. Давай уйдем через северный проход. Сними генератор со спины и неси его в руке, Пит. Это менее заметно.
Они шли нормальным шагом. Вивьен достала гребенку и попыталась придать себе более или менее приличный вид.
— Какой человек погиб, — сказала она со вздохом.
Ему было странно, что он ничего не ощущал по отношению к тем, кого убил. Ему, конечно, было жаль Трембицкого, но тот сам освободил Пита от чувства вины. А что касается остальных — так не было в нем ни жалости, ни облегчения. Их гибель была чем-то таким, что его не касалось, что уже исчезло из его памяти, вытесненное более сильными эмоциями и необходимостью бегства.
ГЛАВА 17
Было утро, когда они очутились на пустынной улице. В западной части неба еще вдруг вспыхивали редкие звезды, но в восточной уже набирал силу рвущийся из-за горизонта свет — скоро взойдет солнце. Воздух был неправдоподобно свежим и холодным. Где-то вдали промелькнуло наземное такси.
— Полагаю, мы идем в убежище Зиггера? — спросил Коскинен.
— А куда еще нам идти?
— А оттуда мы можем попытаться связаться с Абрамсом?
— Можем попытаться, но черт меня побери, если его телефоны не прослушиваются. А знаешь, есть одна верная мысль в рассуждениях эгалитарианцев. Мне разъяснил ее Трембицкий. Передать генератор Протекторату и надеяться на улучшение условий жизни — это все равно что дать наркоману аспирин и думать, что он излечится.
— Кому же еще можно передать генератор?
— Не знаю… не знаю… Такси!
Водитель распахнул дверь, и они уселись.
— Сиракузы, — сказала Вивьен, — а точный адрес получите когда будем на месте.
Это была только первая их остановка. Они пересаживались с машины на машину, постоянно меняя направление. Солнце уже взошло.
Очередной водитель нажал кнопку, и панель, отделяющая кабину от пассажирского салона, стала закрываться.
— Нет, — сказала Вивьен, — пусть будет открыта.
Водитель удивился, но повиновался.
— Я… я люблю смотреть вперед, — капризно заявила она.
Вивьен наклонилась вперед к водителю, чтобы назвать место назначения, и Коскинен внезапно подумал, какая красивая у нее талия. И вдруг… Он обхватил руками талию Вивьен и отстегнул кошелек со взрывным устройством.
— Какого черта! — воскликнула она и попыталась отобрать его, но Пит крепко держал девушку, и только сунув детонатор в карман, он отпустил ее. Вивьен отпрянула от него, наполовину рассерженная, наполовину испуганная:
— Что с тобой, Пит?
— Прости, Ви. Не думай ничего такого, но ситуация изменилась. Теперь я сам хочу принимать решения.
— Ты мог бы попросить его у меня.
— Да, но ведь ты могла отказать, несмотря на то что раньше уже отказывалась использовать его. Я благодарен тебе, Ви, но я был слишком пассивен. Пора мне стать хозяином самому себе.
Она глубоко вздохнула. Мышцы ее постепенно расслабились, и на лице медленно проявилась теплая улыбка.
— Ты быстро становишься мужчиной.
Он вспыхнул. Затем с беспокойством отметил, что водитель смотрит на них через зеркальце. Почему Ви не позволила опустить панель?
Экран вызова объяснил Коскинену, почему. На нем вспыхнула надпись: «Внимание всем машинам! Внимание всем машинам! Сообщение Бюро СБ! Два преступника, два иностранных агента разыскиваются для немедленного ареста. Они могут передвигаться в…»
Пистолет Вивьен уже был направлен в голову водителя.
— Не двигайся, парень, — приказала она, — и держи руки подальше от передатчика.
— «… Очень опасны», — закончил хриплый голос. И на экране Коскинен увидел себя — свое лицо, сфотографированное, вероятно, когда он звонил в СБ. А вот и фотография Вивьен, интересно, откуда она у них? И затем: «… Если вы увидите этих людей, то ваш долг…»
— То-то же мне сразу показались ваши лица знакомыми, — пробормотал водитель. — Что вы сделаете со мной? Чего вы хотите?
— Мы не сделаем тебе ничего плохого, если ты поможешь нам, — сказала Вивьен.
— Пожалуйста… у меня жена, дети…
Коскинен выглянул из окна. Они уже вылетели из центра города и теперь внизу были видны крыши маленьких домов.
— Вам не скрыться на каре, — сказал водитель. — Ни на каком каре. Если они считают, что вы где-нибудь в машине, то служба контроля перекроет все пути.
— Вряд ли, — возразил Коскинен, — почему же они до сих пор не сделали этого?
Вивьен бросила на него косой взгляд. Значит, они еще не перебрали другие нити. Раньше или позже, но они возьмутся за тотальную проверку каров. Как только им станет известно о том, что произошло в Зодиаке, а это произойдет быстро, они мгновенно сложат два и два. И тогда самое логичное с их стороны — перекрыть пути бегства на каре. Водитель прав. Нужно выбираться отсюда, пока не поздно.
— Но… как…
— Не знаю, не знаю. Подожди. Да, опускайся здесь.
Они скользнули вниз, и колеса коснулись старого потрескавшегося асфальта улицы. Вокруг стояли тихие дома с острыми крышами, узкими окнами. В этот час город еще спал. Вивьен предложила связать водителя и заткнуть ему рот кляпом.
— Я поменяюсь с ним одеждой, — решил Коскинен. — Ведь теперь, после Зодиака, известно, как я одет.
— Прекрасно. Ты становишься настоящим преступником.
Коскинен быстро переоделся, затем нашел в машине кусок провода, связал водителя и оставил его в салоне для пассажиров.
— Кто-нибудь наверняка скоро освободит тебя, — заверил он водителя, — ты прости, но тебе придется подождать несколько часов.
— О, — прошептала Вивьен, — кто-то идет.
Коскинен вышел и запер дверь. Огромный человек в комбинезоне механика шел по улице. Он приблизился к такси и сказал:
— Поломка, приятель? Может, я могу помочь?
— Благодарю, — улыбнулся Коскинен, — но компания запрещает пользоваться услугами чужих механиков. Необходимо анализировать каждый случай поломок. Где здесь ближайшее метро? Мне нужно отправить даму.
Механик подозрительно взглянул на него:
— Здесь нет поблизости метро.
— О, — рассмеялся Коскинен. — Я недавно из Лос-Анжелеса. Никак не привыкну. А станция монорельсовой дороги?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
