ибо Я Господь, Бог ваш на первый взгляд представляется излишним, но смысл его такой: и пришельца, и туземца создал Господь Бог, значит, и тот и другой имеют право на справедливость.
Читаем: От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитанию (Деян. 17, 26). Пределы их обитанию – это нравственные и моральные предписания закона Божия, исполняя которые мы можем жить полноценной и счастливой жизнью, ибо заповеди, уставы и постановления даются не для смерти, но для жизни. Как известно, нет более несчастного человека, нежели тот, кто не живет теми идеалами, которые он исповедует.
Взятки, подарки и что-либо подобное запрещено судье. Сказано: Во всех жилищах твоих, которые Господь, Бог твой, даст тебе, поставь себе судей и надзирателей по коленам твоим, чтоб они судили народ судом праведным; не извращай закона, не смотри на лица и не бери даров, ибо дары ослепляют глаза мудрых и превращают дело правых (Втор. 16, 18–19).
Цезарий Арльский, латинский автор VI века, писал: «Те, кто внемлет причинам, правильно судят и не принимают даров против невинного[104], ибо дары ослепляют сердца мудрых и извращают слова праведных. Как бы им, пока будут обретать имущество, случайно не погубить свою душу. Ибо никто не наживает неправедную прибыль без праведного воздаяния: где прибыль, там и воздаяние, прибыль – в сундуке, воздаяние – в совести»[105].
В новозаветном понимании: Суд без милости не оказавшему милости; милость превозносится над судом (Иак. 2, 13). И в российских судах должно быть не изображение слепой языческой Фемиды, но икона святой Анастасии Узорешительницы или святителя Николая Мирликийского. В нашем христианском понимании идеальные судьи – это святые. Сказано: Разве не знаете, что святые будут судить мир? Если же вами будет судим мир, то неужели вы недостойны судить маловажные дела? Разве не знаете, что мы будем судить ангелов, не тем ли более дела житейские? (1 Кор. 6, 2–3).
Но коль скоро, например, православный верующий стал мирским судьей, это не освобождает его от исполнения библейских принципов ведения судопроизводства. Нарушение всех этих принципов со стороны судей светских или церковных приведет их к истязаниям на девятом мытарстве.
Вместе с тем суд над другим человеком не может не ввергать самого судящего в трепет. Ибо суд прежде всего есть дело Божие!
Читаем: Не судите, да не судимы будете (Мф. 7, 1). Итак, только Господь Бог Сердцеведец может брать к рассмотрению все обстоятельства содеянного преступления, только Ему Одному ведомы все истинные намерения и побуждения согрешившего – следовательно, только суд Господа может быть безошибочным и непогрешимым, ведь Он ни на йоту, ни на черту не отступит от принципов Небесного Правосудия. Как говорит апостол Павел: Если мы неверны, Он пребывает верен, ибо Себя отречься не может (2 Тим. 2, 13).
Все мы, имеющие стать в будущем на Суд Божий, должны проявлять снисхождение к согрешающим братьям нашим. Сказано: Рабу же Господа… с кротостью наставлять противников, не даст ли им Бог покаяния к познанию истины, чтобы они освободились от сети диавола, который уловил их в свою волю (2 Тим. 2, 25–26).
Обязанность Церкви – призывать людей к безгрешному образу жизни, но если они и впадут в некий грех, то имеют Ходатаем за себя Самого Господа. Апостол любви Иоанн Богослов писал: Дети мои! сие пишу вам, чтобы вы не согрешали; а если бы кто согрешил, то мы имеем ходатая пред Отцем, Иисуса Христа, праведника; Он есть умилостивление за грехи наши, и не только за наши, но и за грехи всего мира (1 Ин. 2, 1–2).
Преподобный авва Дорофей вспоминает об одном великом старце, который, узнав о грехе брата, сказал: «О, худо он сделал!» Тогда ангел принес старцу душу согрешившего и спросил его: «Посмотри, тот, кого ты осудил, умер; куда же повелишь ты поместить его: в царство или в муку?»
Так и преподобный Иоанн Савваит только произнес о согрешившем брате: «Горе ему!» – как оказался стоящим пред Голгофой. И вот, видит он Иисуса Христа между двумя разбойниками. Преподобный устремился было поклониться Ходатаю мира, но едва успел приблизиться, как Господь повелел предстоящим ангелам: «Изриньте его вон! Это антихрист, ибо осудил своего брата прежде Моего суда».
Вы спросите: «Почему осудивший брата как антихрист?» Потому что своим человеческим судом дерзнул подменить суд Христов!
Апостол Павел дает совет: А ты чтó осуждаешь брата твоего? Или и ты, чтó унижаешь брата твоего? Все мы предстанем на суд Христов. Ибо написано: живу Я, говорит Господь, предо Мною преклонится всякое колено, и всякий язык будет исповедывать Бога. Итак каждый из нас за себя даст отчет Богу. Не станем же более судить друг друга, а лучше судúте о том, как бы не подавать брату случая к преткновению или соблазну (Рим. 14, 10–13).
С другой стороны, в каждом осуждении, даже если человек говорит о том, что видел собственными глазами, присутствует элемент клеветы. Как мы выяснили выше, подлинные мотивы любого поступка известны только Богу, Который один учитывает все обстоятельства содеянного.
Клевета – в любой форме и любом виде – есть мерзость в глазах Бога. Клеветник согрешает трижды! Первый раз – против себя самого, допустив в своем сердце неправду на брата своего; второй раз – против всех тех людей, до которых его клевета дойдет; и третий раз – против того, на кого клевещет. Апостол Павел наставляет: Посему не судúте никак прежде времени, пока не придет Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения, и тогда каждому будет похвала от Бога (1 Кор. 4, 5).
Сам христианин не должен бояться человеческого осуждения и клеветы. Апостол Павел писал: Для меня очень мало значит, кáк судите обо мне вы или кáк судят другие люди; я и сам не сужу о себе (1 Кор. 4, 3). Известно, что злые клирики из зависти стали распространять об Иоанне Златоусте, архиепископе Константинопольском, худую молву – хулили того, который достоин был одних похвал. Святитель Иоанн знал о клевете, но как он к ней отнесся? Не обращал никакого внимания, предоставив суд Богу. И вышло так: чем более хулили Иоанна Златоуста его враги, тем более разрасталась о нем добрая слава. До клеветы он был славен лишь в своем отечестве, а после прославился и в дальних странах, и многие люди приходили оттуда в Царьград, чтобы видеть его и
