— Лучше ты мне ответь: Ты, правда, можешь заблокировать всю магию? — с озорством во взгляде поинтересовался король Залирии.
— Знаешь, что самое главное в обучении демонов: умение составлять договоры и блефовать? — честно призналась я.
— Учту при составлении брачного договора, — прижимая к себе крепче.
Вот так просто. Не нужно было пустых слов, объяснений. Дерек просто понял, что я не могу иначе.
— Лика, я дам тебе месяц, — видно было, что спокойный и уверенный тон дается Дереку тяжело. — У тебя будет ровно месяц, чтобы отпустить свое прошлое и понять какого ты будущего желаешь. Я не давлю и не принуждаю. Это будет только твой выбор. Чтобы не случилось за этот срок, я никогда не упрекну и не обвиню тебя. Но если ты выберешь меня. И через месяц вернешься. То тебе придется навсегда позабыть старую жизнь. Тебе придется забыть его. Если ты выберешь меня, то ты станешь, лишь моей, без двойной жизни и отговорок. Принимаешь ли ты мое предложение?
— Да, — уверенно ответила я.
Иногда, кажется, что ночь бессмертна. И тьма, повисшая над миром, может существовать вечно. Но за ночью обязательно придет рассвет…
Спальня короля Залирии
Лишь мгновение назад Лика покинула спальню короля и Залирии. Обычным дворцовым порталом, она вновь переместилась в Эволон. Именно этот замок станет для нее тюрьмой и жестоким испытанием на целый месяц. Но Лика, больше не боясь, и не пряталась. Она ушла гордо, четко зная, что через месяц будет свободна. А ведь ничего так не пьянит молодую кровь, как ощущение скорого полета. Она была уверенна, что стоит лишь прожить столь короткий срок и жизнь измениться. Она вновь станет хозяйкой своей судьбы.
В одиночестве в опустевшей спальне остался Дерек. Огонь в камине погас, как только за Милоликой закрылась дверь. Будто пламя уже соскучилось по — своей отчаянной хозяйке. А Дерек молча, смотрел на разгорающееся пламя нового дня.
— Выходи. Скрываться больше нет смысла, — не отрывая взгляда от розовых лучей за окном, спокойно проговорил Дерек.
— А ты не так глуп, как кажешься.
От дальней стены, где еще клубился мрак, который не рассеяло рассветное солнце, отделилась огромная фигура. Демон, молча, прошелся по — опустевшей спальни и спокойно сел в кресло, где несколько минут назад Дерек держал на руках Милолику.
— А вот я тебе не перестаю удивляться, — Дерек повернулся и в упор посмотрел на своего собеседника. — Хладнокровно стоять у стеночки, пока твою жену, хоть и формальную, прижимает к груди мужчина.
От безоблачного раннего утра за окном, не осталось и следа. Темные хмурые тучи заволокли все небо. И молнии, яркие, ослепляющие пронзали сумрачные небеса.
— Какие эмоции, — беспечно проговорил Маркус, рассматривая потухший камин. — Какие чувства. Вот только ты забываешь, что сейчас она отправилась в мою спальню.
— Так зачем?
Маркус легко пожал плечами. Кажется, этот вопрос он задавал себе все время, пока молча, смотрел, как его Ангел лежит в чужих объятиях.
— Милолике, нужно было попрощаться, — коротко ответил демон.
— Ты так уверен в себе, — негодования переполняло короля Залирии.
— Нет, я уверен в ней.
Дерек понял, что диалога не получится. Да и о какой беседе могла идти речь? Они соперники. Смертельные враги. Оба признали маленького Ангела, своей. И отступаться от своего не один был не намерен.
— Позволь задать тебе встречный вопрос, — Маркус резко вышел из состояния задумчивости. — Почему ты ее отпустил? Мог бы попробовать удержать, но не сделал и попытки?
— Она сама должна сделать выбор, — ровным тоном ответил Дерек.
— Зачем ты за нее цепляешься? — неожиданно спросил Маркус. — Ведь прекрасно понимаешь, она не любит тебя.
— Ты когда-нибудь, слышал, что самая сильная любовь появляется вопреки.
— Ты так уверен, что через месяц она вернется, — горькая насмешка была в каждом слетевшем слове Маркуса.
— Я верю…
— Почему?
— Я даю Лике то, что она хочет больше всего… Свободу.
Маркус молча, растворился в розоватых лучах, неожиданно появившегося солнца. А Дерек с улыбкой на губах повернулся к голубоватому небу и сияющему новому дню…
Глава 2
«За мои зеленые глаза
Называешь ты меня — колдунья…»
Судьба у женщин не легка,
двум парадоксам нет ответа:
то нету в жизни мужика…
То есть мужик, но жизни нету!
(Автор не известен)Лика
Как приятно просыпаться утром, и чувствовать горячее дыхание на шее. Еще находясь в сонном забытье руки невольно, тянуться к горячему и надежному телу, уютно расположившемуся рядом. А он не сопротивляется, лишь придвигается ближе и носом утыкается в плечо.
Недовольное фырчанье и обиженное ворошение заставляет повернуться на другой бок. И что ты видишь? Расстроенные глаза, молча, смотрят, как ты ласкаешься с другим.
— Не злись мой, хороший, — целуя обиженную мордашку в нос, нежно произношу я. — Я люблю вас обоих.
Кажется, я была прощена. Ведь две огромных головы практически синхронно легли на мою грудь, требуя ласки.
Неожиданно нашу изделию прервали. С громким стуком дверь в мою спальню от варилась. На пороге возник мой не сменный надзиратель. Лорд Ракшаса, как обычно не удосужился даже постучаться, врываясь в мои покои.
— Ты еще в постели? — не замечая ничего вокруг, быстро произнес вампир.
Звериный рык разнесся по всей комнате, заставляя Гериона замереть на пороге. Одновременно два огромных тела встали в боевое положение готовые в любой момент нанести удар.
— Гера, кажется, я тебя предупреждала, — расслабленно потягиваясь на подушках, промурлыкала я. — Не стоит врываться в мою спальню без приглашения.
— Милолика, не смей… — пятясь к двери, потребовал кровопийца.
— Мальчики проучите невежливого дяденьку.
На сей раз радостный рык вновь раздался на всю спальню. Молниеносным движением два огромных хищника слетели с постели и погнались за удирающей жертвой. А я, оставшись в одиночестве, блаженно откинулась на подушки.
Уже в гостиной слыша, что мальчики настигли свою жертву.
— Герион предупреждаю если, хоть с одного слетит волосок, тебе не жить, — громко предупредила я хладнокровную няньку.
Треск разбившейся посуды был мне ответом. Затем тишина. Видимо вампир решил поступить не совсем честно, просто растаять дымкой. Но от моих мальчиков не так просто избавиться. Перемещением в пространстве они владеют в совершенстве.
Все стихло. Из открытой двери, ведущей в малую гостиную, был слышин лишь ленивый ход часов.
