Идея постройки второго черноморского завода, которому по плечу было бы создание линкоров, восходит к 1910 г., когда накануне принятия программы постройки первых черноморских дредноутов было произведено обследование производственных возможностей казенных верфей юга России. В результате выяснилось, что ни Николаевское, ни Севастопольское адмиралтейство не подготовлены к строительству современных линейных кораблей. МТК подготовил доклад товарищу морского министра, в котором говорилось, что требование МГШ «построить черноморские линкоры в 42 месяца» ни при каких условиях не может быть выполнено казенными заводами. В качестве единственного выхода из создавшегося положения МТК предлагал сдать в аренду Николаевское адмиралтейство, «поручив это дело частной русской фирме, достаточно гарантирующей успех, вменив этой фирме в обязанность оборудование верфи на отведенном ей в николаевском порту месте со всеми новейшими требованиями техники». Наибольшую выгоду для казны, равно как и наивысшую гарантию скорости и качества постройки, по мнению И.К.Григоровича, представляло предложение «Русского судостроительного общества». По представлению Морского министерства Совет министров в интересах государства решил сдать в аренду «Руссуду» Николаевское адмиралтейство.
Получив в бесплатную аренду на 25 лет Николаевское адмиралтейство и крупный аванс от Морского министерства, администрация «Руссуда» срочно приступила к реконструкции верфи. В кратчайший срок, всего через полгода после принятия программы строительства линкоров, было создано современное предприятие для постройки кораблей большого водоизмещения. На левом берегу Ингула, где раньше теснились старые деревянные эллинги, был возведен огромный эллинг на металлических опорах, перекрывавший два смежных стапеля для постройки линейных кораблей. Стапели были оборудованы мостовыми кранами. К эллингу примыкал железобетонный судостроительный цех.
Проект верфи «Руссуда» был разработан под руководством известного русского инженера Н.И. Дмитриева, являвшегося в то время директором-распорядителем завода. Этот проект превосходно сочетал местные природные условия и возведенный на его основе завод, по свидетельству современников, вплоть до начала 30-х гг. служил образцом средств техники мирового судостроения. Для успешного решения задачи спуска крупных корпусов линкоров в неширокий Ингул, Дмитриев расположил эллинг у поворота реки, так что спускаемый корабль выходил на глубоководный фарватер достаточно протяженного по длине прямолинейного участка реки. Используя крутой рельеф местности, цех подготовки корпусного материала был расположен на уровне подкрановых путей эстакады эллингов, и детали набора подавались из цеха на стапель прямо цеховыми мостовыми кранами. Обслуживание стапелей «Руссуда» кранами было организованно^ намного лучше, чем на многих отечественных и зарубежных верфях[73].
Зимой 1911–1912 гг. в бывшем Николаевском адмиралтействе «Руссуд» широко развернул работы по модернизации верфи. Договор на строительство линкоров «Императрица Мария» и «Император Александр III» был подписан с Морским министерством лишь 31 марта 1912 г., но уже к апрелю был выполнен значительный объем подготовительных работ. Были закончены земляные работы под стапеля и произведена планировка верхнего участка, окончена постройка железнодорожной ветки от станции «Николаев-товарный» до завода, построен разбивочный плаз, центральная силовая станция, здания нижних мастерских — котельной, кузнечной и судостроительной, установлены и подготовлены к работе станки, закончена свайная бойка под стапели и железобетонные фундаменты под эллинговую конструкцию, а также полностью закончен первый стапель.
Спустя месяц был полностью готов и второй стапель. К началу июля 1912 г. были закончены металлические конструкции над обоими стапелями, а к концу лета — здание верхней холодной и горячей судостроительной мастерской, ремонт и перестройка всех нижних мастерских и литейного завода. В середине июля на новых стапелях началась установка и сборка конструкций килей и днищевого набора линкоров. Полностью переоборудование верфи завершилось к концу октября 1912 г., когда были окончены подводные спусковые фундаменты обоих стапелей, дноуглубительные работы и переделка достроечных набережных[74].
В конце 1912 г. директор-распорядитель фирмы «Виккерс» Г. Оуэнс приехал в Николаев, чтобы осмотреть оборудование завода «Наваль», производившееся под руководством его фирмы. Заодно он осмотрел и соседний завод «Руссуд». Б результате осмотра последнего Г. Оуэнс признал и ход работ, и оборудование идеальными, вся расценка работ при великолепной подаче и кранах, а также при самых современных быстродействующих станках оказалась на 15–30 % ниже цен, существовавших в то время в Англии. Весьма характерно, что оборудованный заново и еще не окрепший завод «Русского судостроительного общества» вполне успешно выдерживал сравнение с такой прославленной старой английской фирмой как «Виккерс»[75].
Позднее, в 1915 г., управление заводами «Наваль» и «Руссуд» было объединено, что вызвало снижение цен на судостроительную продукцию завода ввиду резкого снижения накладных расходов. Была создана крупнейшая судостроительная организация юга России — трест «Наваль-Руссуд». Полное слияние предприятий произошло в 1916 г. К этому времени относится начало специализации производства: «Наваль» стал строить только судовые механизмы, а «Руссуд» выполнял все корпусные работы. Крупный задел, созданный при реконструкции николаевских судостроительных заводов в 1911–1913 г., оказался настолько значительным, что давал возможность осуществлять постройку линкоров и более крупных размеров будущих морских программ.
Производство артиллерийского вооружения
В планах Морского министерства касающихся крупносерийного строительства новых линкоров вопрос о производстве большого количества тяжелых орудий являлся особенно актуальным. Начиная с 70-х гг. XIX в., когда появились нарезные казнозарядные орудия, русский флот в разработке и производстве этого сложнейшего для тех дней оружия традиционно шел в ногу со временем. Однако, несмотря на передовой характер отечественной научно-технической мысли, производственные возможности России были скромнее чем в других морских державах, и в начале XX в. в стране имелся лишь один завод, где могли производиться орудия крупных калибров.
Между тем, быстрое развитие химии, металлургии и металлообработки, а также вызванный русско-японской войной пересмотр взглядов на роль и место крупнокалиберных орудий в морском бою вызвали быстрое развитие и совершенствование тяжелой корабельной артиллерии. Этот процесс, начатый в 1905 г. разработкой более мощных и совершенных моделей общепринятых тогда 12" орудий, непрерывно шел все последующие 15 лет. Размеры, конструкция и технология производства тяжелых артиллерийских систем все более усложнялись. Так, полная технология выделки 14"/52 русского морского орудия «образца 1912 г.» насчитывала в общей сложности 30 групп операций, а общее время его изготовления при этом составляло около года. Таким образом, количественный и качественный скачек в развитии морской артиллерии требовал создания для вооружения флота мощной производственной отрасли, несравнимо превосходящей существовавшие на 1909 г. возможности. Для оснащения всех предполагавшихся по «Закону о флоте» линейных судов требовалось произвести за период 1916–1929 гг. не менее 200 орудий 14"-16" (а часть из них, весьма вероятно, и более крупного) калибра, т. е. примерно по 20 стволов в год. Принимая во внимание необходимость предусмотрения хотя бы половинного числа запасных орудий для кораблей, а также нужды армии и береговой обороны, это число следовало увеличить почти вдвое, а производить по 40 крупнокалиберных орудий в год было под силу только очень подготовленной промышленности.
Русское Морское министерство очень хорошо понимало всю важность и сложность предстоящей задачи. В соответствии с будущими потребностями флота для этой цели были запланированы следующие мероприятия: во-первых, еще раз существенно расширить Обуховский завод, во-вторых, подготовить к производству подобных калибров казенные Пермские пушечные заводы Горного ведомства. Однако и два завода проблему полностью не решали, поэтому было решено, в-третьих, соорудить новый артиллерийский завод в Царицыне, за постройку которого бралось Русское акционерное общество артиллерийских заводов (РАОАЗ), заручившись поддержкой известной британской фирмы «Виккерс». В основе предполагаемого нового строительства орудийных заводов в Перми и Царицыне лежала и еще одна причина, больше политико-экономического свойства: будущее новое производство крупнокалиберных орудий находились бы там значительно глубже в тылу, чем существовавший Обуховский завод, а производственные мощности были бы намного более приближены к топливу и сырью — в первом случае Урала, во втором — Криворожско-Донецкого бассейна. И хотя сроки на обустройство новых заводов были отпущены очень сжатые, на начало 1914 г. единственным предприятием, которое реально изготавливало тяжелые орудия для всех строившихся в то время русских линкоров, был Обуховский завод.
