– Нет, Марк, прости. Я хочу быть честной с тобой. Ты первый человек в моей жизни, с которым я хочу быть честной и откровенной. Я не могу. Еще рано. Мне нужно время. Понимаешь, я пережила одно потрясение, и оно сильно сказалось на моем здоровье. У меня нарушена психика, воспалены нервы. Мне нужно время, чтобы привести себя в порядок.
– Расскажи мне, может, я смогу тебе помочь. Прошу тебя.
– Не могу, прости.
Утром я принесла Марку горячий кофе в постель и честно старалась его развеселить, но он был не на шутку расстроен.
– Скоро за мной приедет машина, давай заедем к тебе, ты возьмешь все необходимое, и мы поедем ко мне. По дороге ты мне расскажешь, что тебя так гнетет, а я постараюсь помочь.
Но я была непреклонна, хотя меня непостижимо влекло к нему. Я обязательно буду с ним вместе, я верю в это, но только не сейчас. Марик оставил мне номер своего сотового. Мы договорились, что как только он разберется с делами и выкроит свободную неделю, то сразу приедет в Москву, а после мы отправимся к нему. Вскоре за ним прислали машину и нам пришлось расстаться. Мы обнялись, постояли пару минут, уверенные в том, что встреча не за горами.
Вечером я приехала домой, созвонилась с Любкой и рассказала ей все в мельчайших подробностях. Естественно, она осталась недовольной, что я не полетела сломя голову за Мариком в Питер. Но я ни о чем никогда не жалею. Это мое правило. Я поступила так, как посчитала нужным.
Несколько раз звонил телефон, но в трубке молчали.
Страх опять заколыхался во мне, но я постаралась не придавать этому особого значения.
Глава 9
Утром я прибралась в квартире, упаковала все вещи мужа в большую сумку и спрятала ее подальше с глаз долой. Ничего не должно напоминать о его жизни в этом доме. Затем я вошла в кабинет. Здесь находился сейф. Мне хотелось посмотреть, какой суммой денег я располагаю.
Зная код, без особых усилий открыла дверцу. Сердце учащенно забилось. На верхней полочке лежал конверт с фотографиями. Я достала снимки. На меня смотрела улыбающаяся Регинка – совершенно голая. Вот придурок, заставлял ее позировать обнаженной! Бедная девочка, чего ты только не натерпелась из-за этих проклятых денег!
Зазвонил мобильный, я вздрогнула и взяла трубку. В последнее время ужасно боюсь телефонных звонков. Нервы.
В трубке послышался голос Марика:
– Яна, милая, я здесь без тебя умираю. Хочу срочно расхлебаться с делами и вырваться в Москву. Чем занимаешься?
– В данный момент залезла в сейф и смотрю, какой капитал мне оставил мой драгоценный супруг после скоропостижного развода. А после надену новое платье от французского кутюрье, сяду на «шестисотый» и поеду в модельное агентство, где я раньше работала, подавать заявление о приеме на работу. Нужно как-то строить жизнь заново. Я изголодалась по тебе в сексуальном плане!
– А в духовном? – Чувствовалось, что Марк немного обиделся.
– Само собой. – Я постаралась его подбодрить. – Я хочу тебя, Марк.
После разговора на душе стало немного полегче.
Нельзя расслабляться, надо держать дистанцию. Марик принадлежит к такому типу мужчин, которые называются донжуанами. Таких первое время необходимо держать на расстоянии, иначе им запросто можно надоесть. Главное, что он уже на крючке. И, по моим меркам, попался плотно. Этот крючок надо с каждым днем проталкивать как можно дальше, чтобы не соскочил.
В принципе, неплохо сработано, Яна, молодец!
Меня поразило, что, кроме пяти тысяч долларов, в сейфе ничего не было. Ничего не понимаю, а где же основной капитал? Ведь у него здесь всегда лежала наличка – около двухсот тысяч баксов на самый экстренный случай.
Это был наш неприкосновенный запас. Куда он смог его деть? Ненавижу! Как я тебя ненавижу! Я сползла на пол и громко заревела. Сволочь, ненавижу тебя даже мертвого.
Чтоб тебя там рыбы побольнее кусали!
Так, пятерка есть, на моем счету около полтинника, «шестисотый» «Мерседес», шестикомнатная квартира в центре Москвы с евроремонтом, десять дорогих шуб и несколько бриллиантовых колечек – не так уж и плохо, можно сказать, даже очень хорошо. Спасибо тебе, милый, что ты оставил мне хоть это. Хрен с ними, с этими деньгами. Жалко, что Регина ушла из жизни. Ведь все это не только мое, но и ее. Теперь надо заказать ей крутой памятник, даже если придется отдать все деньги. У тебя, девочка, будет самый классный памятник, я обещаю, сколько бы он ни стоил. Все машины, проезжающие по трассе, будут останавливаться в Крестцах, чтобы посмотреть, у кого же такая навороченная могила. Теперь твой обидчик кормит собою рыб, а ты, милая, будешь лежать под плитой из черного мрамора, за позолоченной оградой. Жаль, что мы с тобой не были знакомы. Мы носим одну фамилию, и нас ожидала одна и та же участь, но ты оказалось слабее. А я буду жить за нас двоих. Обещаю, что справлюсь и все выдержу. Спи спокойно, милая девочка, так похожая на меня, безумно любившая деньги и потерявшая из-за них жизнь.
Я переписала адрес самой престижной гранитной мастерской, закрыла входную дверь и побежала вниз, чтобы отправиться на стоянку. У подъезда стоял «Форд-мустанг».
Неплохая машина, отметила я про себя, намереваясь идти дальше, но тут из «Форда» выскочила парочка крепких ребят. Быстрым движением мне скрутили руки и затолкали в машину.
Я очутилась на заднем сиденье, физиономии окружавших меня «качков» мне не были знакомы. Кто это? Спрашивала я себя. Кому я могла понадобиться? Неожиданно один из похитителей больно ударил меня по лицу и завязал глаза шарфом. Это внушает оптимизм, значит, не убьют. Я где-то читала, что жертвам закрывают глаза для того, чтобы они не смогли найти обратную дорогу. Верный признак того, что я останусь в живых.
– Слышишь, Комар, а телка ничего, классная. Я бы ей прямо здесь засадил, – донеслось до моих ушей.
Я наконец стала понимать всю серьезность ситуации.
Быть трахнутой в машине какими-то идиотами меня совсем не прельщало.
– Если Касьян разрешит, то трахнем, – ответил второй. – Я ее тоже покормлю или в двоечке засадим. На месте будет видно.
От таких слов по коже забегали мурашки. Я не знала, кто такой Касьян, но молила бога, чтобы он не позволил этим ублюдкам притронуться ко мне. Кем бы ты ни был, Касьян, не подведи, покажи всем, что твое слово закон.
Сколько мы ехали – не знаю, но мне это время показалось вечностью. В сумочке зазвонил мобильный. Я как ни в чем не бывало хотела достать его, но за эту оплошность тут же получила сильный удар по рукам.
– Ты что, сука, приборзевшая, что ли! Я щас как заеду тебе в рыло, в натуре! Типо борзая, да?! Может, тебе еще и сигарету в пасть засунуть?!
– Предупреждать надо, что по телефону разговаривать нежелательно, а от сигареты я бы и в самом деле не отказалась, – жалобно произнесла я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
