- Ну да. Сплю я, значит, а ко мне тут… - муж сглотнул, глядя на ветку, которая совсем опустилась и висела так, словно торчит у меня из уха. – Какая –то красавица соблазнить решила… Возможно даже дохлая… А, судя по тому, что у тебя весь подбородок в…
- В ягодном соке! – гордо ответила я, показывая губы.
- Мне показалось, что эта… красавица…. Искала свою половинку… Половинку мужика, которую не доела… Или что-то вроде того… - продолжал муж, пока я внимательно слушала. – И мне почему-то ужасно не захотелось быть ее половинкой! Посмотрел на нее, и тут же вспомнил, что у меня есть жена! Вот прямо тут же!
- Не может быть! Ты устоял перед такой красавицей! – удивилась я, чувствуя, как мне растирают локоть. – Мне кажется, что мало кто из людей устоял бы перед ней!
- Ты права! При виде такой красоты мужчины штабелями бы падали. В обморок! – соглашался муж, все еще переводя дух. – Просто неописуемая цензурными словами красота!
- То есть, если бы не было меня, ты бы не устоял? – спросила я, подозрительно глядя на самого верного мужа на свете!
- Ночью точно! – согласился муж. – Спать ложись!
- Скажи честно, - прошептала я. – Ты меня любишь?
- Честно? – спросил муж, глядя на меня внимательно. – Я еще не знаю. Я не могу тебе ответить на этот вопрос…
- А тогда… скажи честно, - прошептала я, вглядываясь в его глаза. Мой голос дрогнул. – Ты ведь повидал в жизни много красивых девушек, не так ли?
- Это считая медведя? Или нет? – усмехнулся муж, о чем-то задумавшись.
- А какой должна быть девушка, которую ты… можешь полюбить? – спросила я, затаив дыхание.
- Наверное, красивой, - ответил муж, глядя на меня. – И немного непредсказуемой. А еще она должна понимать, что будить меня посреди ночи и радовать новой прической не всегда безопасно для ее жизни…
- Значит, красивой, - задумалась я, вздыхая. – Ложись, я сейчас приду. Только смою красоту!
Он отпустил меня и снова улегся, а вышла на улицу. В рассохшейся бочке стояла темная холодная дождевая вода, и плавал сухой листочек.
Вода стекала по лицу, а я всплеснула руками и уселась на кочку.
- Ой! – прошептала я, чувствуя руками шрам на щеке. Я бросилась искать зеркальце, забытое в траве, чтобы не возвращаться домой. Сердце перепугано стучало, пока я шарила рукой в том месте, где оставила осколок. Вот он! Я подняла его из травы и … В лунном свете я увидала свое лицо. Щека была прикрыта волосами. Когда я их отодвинула за ухо, то тут же стиснула зубы.
- Нет, - прошептала я, глядя на себя в осколок. Сосредоточившись, я стала водить рукой по щеке, чтобы создать иллюзию.
- П-п-почему не получается? – перепугалась я, убирая руку и видя уродливый шрам. Я смотрела на свои пальцы, с которых струилась слабенькая, едва заметная магия. Мне казалось, что она совсем угасла.
Значит, все-таки лес отказался от меня…
Мои пальцы задрожали, а магия вспыхнула в последний раз и все.
- Я теперь почти как человек, - прошептала я, глядя на свою руку. Я пыталась начесать волосы на щеку, чтобы прикрыть шрам. От чего-то мне было страшно. Все говорили, что мужчины любят красивых. А я…а я…
Я приложила руку к щеке. Вот так я красивая. Моя рука медленно соскользнула со щеки. А вот так – уродина!
Кое-как спрятав щеку под волосами, я уселась на кочку. Отсюда были видны звезды и кусочек неба.
- Мама, - спросила я, глядя на яркую звезду, которая только-только забрезжила на небосводе. – Ты тоже с папой так намучилась? Эх, мне бы твой совет, мамочка…
Я запрокинула голову и смотрела на звезды.
- А еще началась война… Снова, мама, - прошептала я, обнимая коленки. –Люди снова пришли в наш лес. Бабушка хочет, чтобы я вернулась обратно. И бросила мужа. А я не могу! Я в ответе за тех, кого утащила! Тем более, что я его люблю. А вот он меня вряд ли… А еще, мама, меня проклял лес. Лишил силы. И теперь он больше со мной не разговаривает. Я осталась совсем одна, мамочка, - прошептала я, вглядываясь в яркую звезду. – И некому дать мне совет… Мне кажется, что я – ужасная жена.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В тишине шелестел лес, квакали лягушки, стрекотали цикады, и хлюпало болото.
- Мамочка, ты мне никогда не отвечала, - прошептала я, вздыхая. – Сколько я тебя не спрашивала. А потом я сама находила ответы на вопросы. И тогда мне казалось, что…
Я вздохнула, покрепче сжимая колени руками.
- … что ты однажды ответишь. Лишь однажды. Только если это будет что-то очень-очень важное! – продолжала я, всматриваясь в звезды. – И вот сейчас это «очень-очень важное»! И я не знаю, что мне делать? Правильно ли я поступаю? Завтра утром он увидит шрам, и … точно никогда не полюбит!
Я промолчала, ожидая ответа. Но ответа не было. Вот так всегда…
- Ты чего здесь комаров кормишь? – послышался хмурый голос позади меня. – Я кому сказал – спать!
- Я у-у-уже иду, - ответила я, пряча шрам под волосами. – Ты иди… А я потом приду…
- И кто же тебя точно не полюбит? – спросил муж, к которому я боялась повернуться лицом.
- Ты… все слышал? – спросила я, косясь на него.
-Ты кому тут в любви признаешься? – с усмешкой спросил муж, пока рядом хор лягушек затянул песню.
- Да нет, я … разговариваю с мамой, - ответила я, сжавшись в комочек.
- Очень приятно, тесть, - заметил муж, присаживаясь рядом на кочку. Я отодвинулась, отвернувшись. – Кто из них твоя мама? Кого благодарить за такую замечательную дочь?
- Как ты смеешь! – возмутилась я. – Моя мама – не жаба! Моя мама там!
Я показала на сверкающую звезду, зависшую на небосклоне. – Мама, это мой муж… А это – мама!
- Какая из них? – спросил муж, всматриваясь в небо.
- Вон та, - ответила я, съежившись еще сильнее. – Моя мама – самая яркая! А рядом с ней папа!
- А моя мама вон там, левее, - послышался голос мужа. Он тоже смотрел на звезды, а потом переводил взгляд на меня.
- Ты… Ты тоже разговариваешь со звездами?! – спросила я, едва не обернувшись.
- Об этом никто не знает. И никогда не узнает, - усмехнулся муж. – Пойдем в дом! А то Гарем будет ревновать!
- К кому? – вздохнула я, решив прятать шрам под волосами.
- К другим комарам! – послышался голос, а меня потянули в дом. Я вырвалась.
- Ты иди, я попозже, - ответила я, прикладывая руку к щеке. Осколок лежал на подоконнике, а я сосредоточенно пыталась собрать остатки магии.
- Будь проклят тот ужасный человек, оставивший мне этот шрам! – простонала я, шмыгая носом и прислушиваясь.
- Ну же! – шептала я, видя, как загорается моя рука магическим светом. – Ну… Еще немножечко! Еще чуть-чуть! Да! Ура!
Я снова смотрела на целехонькую щеку. Получилось! Только магии у меня не осталось…
- Уже иду! – крикнула я, входя в дом и закрывая старую дверь.
Устроившись поудобней на груди мужа, я погрузилась в сон. Я слышала, как бьется его сердце. Мне казалось, что это скачет конь через лес. Мое сердце сжалось от ужаса… Нет, нет, нет… Я чувствовала, как меня крепко держат. Видела картинки неба, кустов и веток.
«Снимай платье!», - послышался голос в калейдоскопе воспоминаний.
Я обняла себя двумя руками. Голос казался громким, страшным, а черный человек протягивал мне руку.
- Аааа! – закричала я, когда черная рука прикоснулась ко мне. – Аааа!!! Не трогай меня! Не прикасайся ко мне!
- Что случилось?! – послышался сонный голос, а я вздрогнула и осмотрела темноту перепуганными глазами. Это был просто сон.
- Ничего... Просто приснилось... - пробормотала я, накрываясь уцелевшим крылом.
- Жаль, что феи не умеют любить... - услышала я тихий голос. Кто-то прикоснулся рукой к моей щеке, заставив открыть глаза. - Вот скажи мне, ты меня любишь?
- Я... не знаю. Ты мой муж и... - замялась я, чувствуя, что не могу ответить на этот вопрос. - А вообще феи умеют любить! Мне бабушка говорила! А вот люди не умеют! Поэтому ты меня не обнимаешь и не целуешь!
- Я не делаю этого, потому что боюсь привязаться к тебе еще сильнее. Я не уверен, что тебе нужен именно я. Однажды мне придется отсюда уйти. Как бы я не хотел здесь остаться. Я знаю, что ты погорюешь и забудешь. А потом бздынькнешь себе нового мужа. Как делают все феи... Ладно, поговорим об этом утром...
