— Именно так должен выглядеть Ад. Каждый виток спирали — один круг. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять… Ровно девять кругов.
— Вы слишком часто поминали черта, капитан, и вот он привел нас к себе.
— Надо спешить, занять Там места получше…
Возможно, еще немного, и кто-нибудь действительно направил бы корабль в центр диска. Самоубийственный маневр предотвратило вмешательство Лори, которая до сих пор молча сидела за своим терминалом.
— Не будьте вы такими идиотами. Это обычная двойная звездная система, каких полно в Галактике, — ее ровный спокойный голос отрезвляюще подействовал на окружающих, но словам никто не верил.
— Рассказывай! Я видел достаточно звезд, и двойных, и одиночных и каких угодно, и никто не убедит меня в том, что ЭТО звезда! — ответил Нокс, указывая дрожащей рукой на экран.
Лори ответила не сразу. Она закрыла глаза, как будто вытаскивая что-то из глубин памяти. Несколько минут прошло в полном молчании, после чего Лори заговорила, и в ее голос напоминал интонацией лектора, объясняющего своим ученикам трудный материал.
— Так как радиусы таких звезд очень малы, менее десяти километров, а массы близки к солнечной и нередко превышают ее, то скорость падающего на их поверхность вещества достигает трети скорости света. При такой скорости падение одного грамма вещества приводит к выделению 1020 эрг энергии. Оптические компоненты двойных систем, другой компонентой которых являются нейтронные звезды, заполняют свою полость Роша. Поэтому, с части поверхности оптической звезды по направлению к нейтронной звезде будет непрерывно течь струя газа. Эта струя будет питать газовый диск, вращающийся вокруг нейтронной звезды. Образование такого диска следует из закона сохранения момента количества движения.
Сделав паузу, Лори огляделась, оценивая влияние своей лекции, после чего продолжила, уже нормальным голосом.
— В пределах "Линии обороны" нет ни одной нейтронной звезды, входящей в подобную двойную систему, поэтому такой картины вблизи еще никто не видел. Об их существовании известно только из данных рентгеновских телескопов. Мы, возможно первые, кто видит это…
Лори склонилась над экраном терминала, читая данные компьютера:
— Оптическая звезда имеет радиус 5*1011 сантиметров. Расстояние между ней и невидимым компонентом составляет около 6*1011 сантиметров. Орбитальная скорость порядка шестисот километров в секунду. Масса невидимого компонента около двух солнечных. Ясно, что большая звезда заполняет свою "полость Роша".
— Достаточно подробностей! — резко сказал Риккель.
Капитан был зол на себя — что мешало ему первым сообразить все это? В академии им рассказывали и про нейтронные звезды и про рентгеновские источники. Правда тогда это все казалось ненужным и быстро вылетело из головы. Да и вообще, какой нормальный человек увидев такое, сразу сумеет увязать его с какой-то абстрактной теорией?!
— Сколько нам нужно, чтобы убраться на безопасное расстояние от этого космического чуда? — спросил он.
— На ионных двигателях не меньше восемнадцати часов.
— Слишком долго! Не пройдет и трех часов при таком излучении, и бортовой компьютер пойдет к чер… — капитан запнулся. — В общем, мы не можем столько ждать, — закончил он фразу.
Лори набрала что-то на своем терминале, и увидев ответ компьютера покачала головой:
— На ремонт главного генератора уйдет как минимум вдвое больше времени.
— Короче говоря, мы влипли, и еще хуже чем до этого, — подвела итог Кейлин.
Несколько минут все молчали. Материалистическое объяснение Лори в конечном итоге сделало ситуацию еще безнадежней, но одновременно оно вернуло космонавтов в привычную среду. Теперь они противостояли вполне реальной и понятной опасности, опасности с которой они привыкли иметь дело.
— Подождите! — произнес Нокс, показывая на свой монитор. — Темпоральный радар фиксирует планету, чуть больше земного радиуса и достаточно близко. Если мы до нее доберемся, она может послужить щитом от рентгена.
— Планета? — усомнился Риккель. — В двойной звездной системе, да еще с таким безобразием вокруг? Да можно ли здесь доверять темпоральному радару?
Вращая манипулятор, капитан добился того, чтобы обзорный экран показал место, где предположительно находилась планета, но глаза людей были бессильны обнаружить что-либо на фоне непрерывно мерцающего свечения. Тем не менее, на мониторах появились данные оптических сенсоров, подтверждающие наличие объекта.
— Похоже на правду… Как далеко мы от нее?
— Примерно в часе полета на ионных ускорителях.
Риккель задумался. Двойные звезды не могут иметь планет — это положение всегда было для него аксиомой. С другой стороны, приборы явно утверждали обратное.
— Курс к планете, полная скорость! — произнес он.
Этот приказ был передан бортовому компьютеру, который, произведя необходимые вычисления, включил ионные двигатели Энстриктора. Корабль двигался к предполагаемому месту нахождения планеты, руководствуясь исключительно данными темпорального радара. В течение сорока минут люди в рубке управления не были уверены в ее существовании, но вскоре контуры диска стали различимы на обзорных экранах, и все вздохнули с облегчением. Управляемый компьютером, Энстриктор занял такое положение, что планета оказалась между ним и рентгеновским источником, и уровень радиации внутри корабля резко снизился.
Сразу выяснилось, что орбиты, которая бы предохраняла корабль сразу от излучения голубой звезды и рентгеновского компонента, не существует. Сохранение оптимального положения требовало постоянных корректировок с включением двигателей, и даже при этом уровень получаемой кораблем радиации оставался превышенным. Так или иначе, Энстриктор не мог долго находиться здесь — вероятность выхода из строя оборудования увеличивалась бы с каждым днем.
— Сто сорок километров, видимо, оптимальное расстояние. Радиус планеты немного больше земного, но меньше радиуса Трекора, при сравнимой массе, — сказала Кейлин, изучив данные, появившиеся на мониторе.
— Возможно мы сможем здесь поселиться, если ничего другого не останется, — с надеждой произнес Нокс.
— Спектральный анализ дает лишь следы кислорода в атмосфере. Давление 70 % от нормального, температура у поверхности 320 Кельвинов. В воздухе свинец, кадмий, ртуть… Это планета не для людей. Выбора нет: если мы не выберемся отсюда, то погибнем.
*********************
Кейлин сидела в пустынной рубке управления, время от времени поглядывая на монитор, чтобы убедиться в том, что компьютер по прежнему удерживает корабль в точке радиационного минимума. Сейчас была ее очередь дежурить в рубке, в то время как остальные занимались ремонтом главного генератора. К работам были привлечены и все пассажиры, поэтому теперь ремонтные бригады работали в две смены, по двенадцать часов подряд. Люди выбивались из сил, но никто не жаловался — все понимали что их спасение зависит от скорости работ. К сожалению, среди двадцати пассажиров Энстриктора не нашлось больше высококвалифицированных специалистов-конструкторов, но все же это были люди с техническим образованием, и каждый делал то, что мог.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
