Читаем без скачивания Ограбление банка в 12.55 - Манфред Абель

— Не совсем, — возразил Мелер. — Есть тут одно подозрение, но о нем еще рано говорить.

— Так в чем же дело? — насупился Грауман. — Ты знаешь, что я не люблю недомолвок.

Мелер поздно заметил свою ошибку. Теперь волей-неволей придется выкладывать правду. Он лихорадочно думал, как вынуть голову из петли, которую сам на себя набросил. Он еще не до конца проник в тайну отношений между Грауманом и Голлером, поэтому не знал, насколько может раскрыться перед шефом. Очевидно, у комиссара были какие-то причины, по которым он — вопреки им же самим установленному порядку — прекратил обсуждать с Мелером свои версии и подозрительные обстоятельства дела. Значит, чего-то серьезно опасался.

Мелер начал пересказывать допрос фрейлейн Лангнер и кассира, затем пустился в пространные объяснения их невиновности. Какое-то время Грауман его внимательно слушал, но, поскольку ассистент так ничего и не сказал о своем подозрении, он наконец потерял терпение.

— Так кто же, по-твоему, истинный преступник? — спросил комиссар, прервав Мелера.

— Я, правда, пока не знаю этого наверняка, — попытался выкрутиться ассистент.

— Брось финтить! — рявкнул Грауман.

— Я имею в виду этот второй налет, — запинаясь, пробормотал Мелер. — Может быть, нам следует забрать это дело себе?

Грауман сердито взглянул на Мелера:

— Ты еще с одним-то не разобрался.

— Известно, что налетчик использовал в сберкассе тот же трюк, что и на Грюне Эк. В обоих случаях действовал явно один и тот же преступник. Объединив дела, мы непременно продвинемся вперед. — Мелер облегченно вздохнул. Он был рад, что ему удалось вывернуться. Сказать Грауману прямо в лицо: «Голлер — преступник, а ты его покрываешь, и, следовательно, ты — соучастник» — было равносильно самоубийству.

— Пожалуй, ты прав, — процедил комиссар. — Мы должны ознакомиться с материалами дела об ограблении сберкассы в Вильмерсдорфе. Сегодня же узнай, кому поручено расследование, а завтра… — Грауман взглянул на часы, как бы прикидывая наиболее благоприятное время, — …лучше всего в девять утра, встретишься с тем человеком. — Помедлив, он добавил: — После обеда доложишь мне о результатах. И пошевеливайся, мы и так уже потеряли много времени.

Ответа не последовало. Грауман навел порядок в бумагах на письменном столе и заключил:

— Как только сегодня освободишься, напиши отчеты о допросах Лангнер и кассира. Я хотел бы ознакомиться с ними вечером, в крайнем случае — рано утром. — Он встал, деловито прошел к сейфу и, заметив, что Мелер не двигается с места, сказал: — Можешь идти.

Сцепив в ярости зубы, Мелер покинул кабинет. Грауман плотно загрузил его работой до середины следующего дня, и он не мог ослушаться приказа шефа. В душе ассистент винил во всем себя — не надо было заводить речь об ограблении в Вильмерсдорфе. Правда, Грауман все равно выдумал бы, чем его занять. Вероятно, он почуял, что в этом деле Мелер близок к цели. Им обоим было ясно, что изучение материалов о налете в Вильмерсдорфе не даст ничего нового для расследования ограбления банка на Грюне Эк, — это чистая затяжка времени. Но Мелер так просто не сдастся! Завтра в девять утра он будет в аэропорту, чего бы это ему ни стоило.

Возвратясь в свой кабинет, Мелер связался по телефону с комиссаром Вегефельдом, расследовавшим налет на сберкассу в Вильмерсдорфе, и договорился о встрече с ним сегодня вечером. Затем, подчиняясь приказу шефа, засел за написание требуемого отчета.

Примерно через час в кабинет Мелера зашел Грауман и застал своего ассистента прилежно корпевшим над бумагами. Он заглянул ему через плечо и пробежал глазами несколько абзацев.

— Знаю, — сухо заметил комиссар, — что в писанине мало радости, но без нее в нашем деле не обойтись. Железная дисциплина — фундамент успешной охоты на преступника. — У двери он обернулся и спросил: — Кто занимается расследованием налета на сберкассу в Вильмерсдорфе? Договорился о встрече на утро?

Мелер кратко доложил, умолчав, естественно, о том, что комиссар Вегефельд согласился принять его сегодня вечером у себя дома. Грауман удовлетворенно кивнул и ушел.

Ассистент продиктовал стенографистке концовку и попросил ее срочно перепечатать отчет на машинке. Он перекусил в буфете и отправился на встречу.

Фрау Вегефельд, приветливо улыбаясь, проводила Мелера в гостиную, где его уже поджидал хозяин. Визит продлился недолго. Мелер узнал, что Вегефельд и его люди зашли в тупик.

— Скоро мы закроем это расследование, — сказал он. — Двадцать тысяч того не стоят. Страховая компания ущерб возместит. Дело глухое, таких немало. Преступник не оставил никаких следов, которые бы привели нас к нему. — Он вздохнул и грустно добавил: — Перед пенсией мне не помешало бы раскрутить этот случай. Но работы год от года прибавляется — преступники все больше наглеют.

У Мелера не было никакой охоты выслушивать банальности. Вегефельд не открыл ему ничего нового: он и сам хорошо знал, что многие преступления остаются нераскрытыми. Ассистент поспешно распрощался и поехал домой.

Его жена удивленно взглянула на часы:

— Ты уже дома?! О чудо!

— Как только раскроем это дело, буду приходить вечерами раньше. Обеща…

Жена закрыла ему ладошкой рот:

— Нечего обещать, если не можешь сдержать данное слово.

Она накрыла на стол, зажгла две свечи и достала бутылку вина. Мелер недоуменно посмотрел на жену.

— По случаю твоего раннего возвращения домой, — с улыбкой сказала жена.

Он погладил ее по волосам, затем наполнил бокалы, и они чокнулись.

Мелер испытывал блаженство. Впервые за много дней не надо было никуда спешить. Однако заботы не оставляли ассистента. Неожиданно он сказал:

— Грауман знает преступника и не арестовывает его.

Никогда раньше Мелер не говорил дома о своей работе. Жена терпеливо ждала продолжения. Она чувствовала, что что-то тяготит его, и знала о его тайном желании стать наконец комиссаром.

— Он покрывает грабителя, и это разрушит всю его карьеру и жизнь, — сообщил Мелер. — Разумеется, если я в этом ему помогу. Еще пара дней — и все будет кончено.

Он поднял бокал, рассмеялся и чокнулся. Звякнуло стекло, бокал в его руке раскололся, и вино залило ковер. Мелер смущенно посмотрел на образовавшуюся лужицу.

— Ерунда, — утешила его жена. — Я принесу другой бокал.

Однако доброе настроение пропало. Когда он вновь чокнулся с женой, прежнего подъема у него уже не было, как не было и прежней уверенности, что ему удастся арестовать Голлера и повергнуть Граумана. Если бы он имел дело с обычными преступниками! Но Голлер и Грауман были полицейские, их так просто не возьмешь…

Мелер спал тяжелым, беспокойным сном. Он встал рано и сразу отправился в аэропорт, чтобы понаблюдать за Грауманом. Служебное удостоверение открыло ему все двери. Он отыскал в отделении таможни комнату, из которой хорошо просматривались зал ожидания и взлетное поле. О прибытии самолета рейсом из Женевы еще не объявляли. Грауман тоже пока не появился. Мелер очень надеялся, что комиссар перехватит Голлера в зале ожидания, а не воспользуется для этого таможней. Иначе все пропало.

Мелер шел ва-банк и понимал, чем для него закончится эта игра в случае проигрыша. Он решительно отбросил все сомнения, мучившие его накануне. Мысль о том, как в последние дни Грауман обращался с ним и как он, рядовой ассистент, решился на расследование против своего шефа, заставляла сердце Мелера биться сильнее. Однако отступать было некуда, он все же распутает это дело и выяснит причины, по которым Грауман не арестовывает банковского налетчика Голлера.

Его размышления прервало появление комиссара. Он приехал заблаговременно, вероятно опасаясь, что самолет прибудет раньше срока. Мелера скрывал огромный рекламный плакат, висевший на стеклянной стенке. Он проделал в нем дырку и мог спокойно обозревать весь зал ожидания, сам оставаясь незамеченным. Грауман явно нервничал, часто поглядывал на часы и время от времени подходил к информационному табло. Наконец он зашел в коридор, из которого была видна часть взлетного поля.

По трансляции объявили о прибытии рейса из Женевы. Грауман замер. Мелер знал, что теперь комиссар никуда не денется, а потому переключил все свое внимание на прибывающих пассажиров.

Самолет вынырнул из облаков, резко снизился и, пробежав по взлетно-посадочной полосе, подрулил к зданию аэровокзала. Мелер терпеливо наблюдал, как к самолету подъехал трап и в фюзеляже открылась дверь. В толпе пассажиров он сразу заметил Голлера.

Грауман потихоньку отступил к газетному киоску и принялся разглядывать витрину.

Минут через десять показался Голлер. Быстрыми шагами он пересек зал ожидания и вышел на привокзальную площадь. Грауман последовал за ним. Мелер тоже оставил свой наблюдательный пункт и, прячась за спинами пассажиров, поспешил за своим шефом.