Валад потер пальцами подбородок и посмотрел на молчащего Юмила.
— Не предлагаешь? Ну, ладно. Все равно ничего кроме кулаков не остается, хотя и здесь у мелкого щенка ничего не выйдет. Вообще ничего. И опыта не хватает. И массы. И… Впрочем, про ум я уже говорил. Был бы умный, не открывал бы рот и не попал бы в такую ситуацию. Нужно очень аккуратно выбирать людей, на которых можно лаять. Ну, или расти над собой, если хочется облаять кого-то посильнее. А то ведь схлопочешь ботинком по морде и не успеешь понять, что произошло. Так и будешь валяться в пыли, издыхая и скуля. Но расти над собой сложно, вечно времени не хватает. А лаять так легко. Да…
И вот после этого «да» Юмил его и ударил. С разворота, так чтобы тело само несло кулак вперед, в челюсть.
Валад странновато хрюкнул и уселся на траву. Задумчиво потрогал лицо, весело посмотрел на мрачного Юмила и сказал:
— Невежливый щенок. Но удар уже получше. Правда, зря ты замер.
Встал Валад неспешно, отряхнул штаны, широко улыбнулся.
— Приступим? — спросил, а потом пнул в колено.
Не достал, правда и сам Юмил его не достал, промахнувшись мимо уха. Резко качнулся назад, схлопотав вместо головы по плечу, сумел ударить по корпусу, не поняв куда именно, и все-таки получил по колену. И именно в этот момент понял, что не так.
Эта тварь двигалась слишком быстро. Успевая отступить, вернуться и ударить, пока противник только замахивался.
Юмил бы тоже так мог. Если бы выпил зелий из тех, которыми иногда злоупотребляют ночные волки, те, которые «сила».
— Ах, ты…
Юмил отскочил, потом шагнул назад.
А Валад опять заулыбался, широко и насмешливо.
— Какой наблюдательный щеночек, — проворчал так, что непонятно было, хвалит или издевается. — Это не магия, не зелья, не… Собственно это врожденное и натренированное. У одних талант к магии огня, у других к умению бить морды всяким зарвавшимся мальчишкам. Одни свои таланты развивают, другие от них бегают, и вопят при этом о свободе. Забавно, да?
— Врешь, — выдохнул Юмил.
— Даже если и вру, что ты будешь делать? Бегать от меня по лужайке? Сам же сказал, что это не благородная дуэль.
Юмил замер, хотя больше всего на свете хотелось броситься вперед и начать бить этого человека. Просто бить, наплевав на защиту. Глупость какая-то.
— Злишься? — удовлетворенно спросил Валад. — Это хорошо. Продолжим.
И просто шагнул вперед, смазавшись в тень.
Юмил инстинктивно шарахнулся влево и даже сумел куда-то его ударить, а потом бой превратился в драку, когда бьешь куда попало, не думая. Держишься на ногах только благодаря растущей злости. Почти не защищаешься, потому что некогда, да и не видно от кого и когда защищаться. И уклоняться некуда, потому что пространство стало маленьким-маленьким и за спиной тоже кто-то дерется, потому что там жарко и пахнет кровью.
И в какой-то момент Юмил даже забыл, что на самом деле, никого за спиной нет и быть не может. И что Айдэка далеко справа тоже нет, и никого он там лавкой по головам не бьет. Ощущения подменили реальность и Юмил в них пропал. И из всего существовавшего на самом деле остался только противник. Который гораздо сильнее, ловчее и быстрее. Но это ведь не повод сдаваться?
Мелана под разговор о мужских недостатках и их же достоинствах, достала из шкафа темную бутылку, в которой плавали какие-то веточки. Развела ее содержимое напополам с водой в чашке и дала Лиин, чтобы успокоилась и чтобы кошмары сегодня не снились.
Линн послушно попробовала жидкость, пахнущую цветами, а потом стала пить маленькими глоточками. Потому что было вкусно и запах напитка действительно успокаивал и настраивал на мирный лад.
От мужчин разговор плавно перетек на карту с разноцветными пятнами и примерное соотношение сил разных флотов. На то, что на самом деле этих флотов все-таки больше, просто тот же купеческий, который можно собрать их кораблей сопровождения, или так называемый «Акулий», на котором промышляют охотники на ценную рыбу и глупых купцов, не озаботившихся охраной, несработаны. Да и их капитанам договориться очень сложно. Объединить их может разве что очень ценная добыча, как тех же пиратов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Лиин неучтенными флотами заинтересовалась.
Мелана пошла к шкафу, доставать чьи-то мемуары.
А в дверь постучали.
Потом еще раз, а потом, так и не дождавшись хозяйку комнаты, медленно идущей на стук, дверь резко открылась и вошел Валад с избитым, залитым кровью из рассеченной брови лицом.
— О, хорошо, что вы обе здесь, — заявил вполне себе жизнерадостно и бросил на ковер Юмила, которого притащил на плече.
Девушки замерли, изумленно глядя на это явление.
Валад потыкал носком ботинка тело. Печально вздохнул.
— Так, — сказал, посмотрев на Мелану. — Ты старая, безмозглая и слепая дура!
— Что?! — удивилась блондинка.
— Дура ты, слепая! Идиотка безмозглая! А еще опытная! Мальчишку ранил почти сформировавшийся носитель демонической сущности, а вы его полечили и отпустили!
— Мы его проверили на наличие чуждой силы, проклятий… Да мы его на наличие всего на свете проверяли! — рявкнула Мелана, бросаясь к Юмилу.
— Не трогай, он сейчас сильный, а ты слабачка! — заорал на нее Валад, и Мелана замерла, словно окаменела. — Свой круг зови, быстро, пока он не спрятался. Во второй раз его выманить будет сложнее. А искать, судя по всему, слишком сложно, иначе вы бы эту дрянь нашли до меня. Это же просто чудо, что я увидел мальчишку, когда он, пылая злостью, жену отчитывал, и эта тварь вылезла пожрать. А так я бы и не смотрел. Я же был уверен, что вы, идиоты, нашли все, что можно и нельзя! Наверняка, опять пожалели бедного мальчика.
— Да не жалели мы его! — вскинулась Мелана.
— Круг зови!
Мелана опять замерла. Потом кивнула и выбежала в коридор.
Валад со злости опять пнул Юмила и посмотрел на вскинувшуюся Лиин.
— А ты сиди и не подходи, — велел Валад. — Лучше вообще не шевелись и не разговаривай. Проклятье. Ваше счастье, что эта дрянь, скорее всего, предназначена для шпионажа и хорошо умеет только прятаться. А то сейчас бы здесь и болезни начались, и вообще что угодно. И другое счастье, что объект для нее оказался неподходящий. Питается дрянь, судя по всему, злостью. А разозлить этого щенка довольно сложно. Вот дрянь и голодала. И росла медленно. Проклятье, да я его столько времени провоцировал, а этот мальчишка только сейчас сорвался. Да и то, наверняка из-за контраста, который ты ему устроила.
Лиин одарила Валада долгим взглядом, но говорить и шевелиться не стала.
— Интересно, да? Ты всегда была любопытной девочкой. В этом и твоя сила, и твоя слабость, как ни странно. Так вот, когда человека ранит кто-то запродавший себя демону, напитавшийся его силой и начавший эту силу выпускать вовне, он вполне способен оставить в ране часть этой силы. Обычно пустую и неоформленную, которая сама вскоре растворится и исчезнет, не причинив особого вреда. Разве что рана будет заживать долго. Но бывает, что ранение сопровождается пожеланием, которое может сформироваться в проклятье. А бывает и так, что пожелание вполне конкретное, причем это пожелание не человека, а силы демона, тогда проклятье будет продуманным и страшным. Его таким вложили в недоумка, решившего воспользоваться помощью демона. Кроме проклятий в этих недоумков можно вложить и что-то похуже, влоть до таких сущностей, одну из которых я обнаружил в твоем муже. Нет, не думай, раненого они, конечно, захватить в свою власть не могут. Для этого нужно согласие, причем, внутреннее. Нужно желание пользоваться силой демона. Но они могут убить. Могут воздействовать на носителя, сводить его с ума. А могут тихонько сидеть, жрать, расти, служить маяком, искать другого носителя, шпионить. Опять же, шпионы, к счастью, из них так себе. Они не умеют понимать слова, не умеют передавать картинки, собственно, они мало что умеют, особенно пока не дорастут до самосознания. И здесь еще не такой случай. Но вот то, что сюда даже не смотрят демоны, пожаловавшие в этот мир, тот, для кого шпионили, уже наверняка знает. И выводы из этого может сделать какие угодно.
