Были и курьезные случаи. Отец Саши Волкова, военный врач-педиатр, выйдя на пенсию, купил участок со стареньким домом и полуразвалившимся сараем. Его мечтой стало восстановление заброшенного хозяйства. Начать планировалось с сарая. Зимой он завез стройматериал, но вскоре слег в больницу на несколько месяцев. Желая сделать ему приятное и отплатить за ту неоценимую помощь, которую он оказывал нашим детям, мы решили возвести сарай к его выздоровлению. Размеры и архитектурное решение были выбраны исходя из объема имевшегося материала и последних достижений советской архитектуры, воплощенных в конструкции советского павильона на Всемирной выставке в Монреале. Старый сарайчик физики-экспериментаторы смели с лица земли практически мгновенно.
Процесс созидания не был таким скорым, но, поскольку мы работали усердно и слаженно, к вечеру каркас сарая уже возвышался над огородом. Потом Саша самостоятельно обил его досками. Выглядел сарай гораздо солиднее дома, и сходство с советским павильоном, привезенным с монреальской выставки, было поразительным. Саша был доволен и с нетерпением ждал приезда на дачу отца, от которого для усиления положительного эффекта вся стройка держалась в тайне.
Эффект превзошел все ожидания. Отец был просто потрясен и чуть снова не слег. В своих замыслах он видел куда более скромный сарайчик, а доски, брус и шифер купил с учетом ремонта дома. Но уж зато на сарай действительно не стыдно было смотреть.
Весной каждого года мы устраивали спортивные праздники, включающие соревнования по стрельбе, городкам, боксу, велосипеду, толканию ядра и, конечно, футболу и волейболу. Победители каждого вида получали красивые деревянные медали на шелковых лентах.
Понятно, что наиболее эмоциональными и зрелищными были соревнования по боксу. Самая тяжелая участь ждала соперников Саши – разрядника и большого энтузиаста данного вида. Однажды жребий свел его с гонористым аспирантом, тоже имевшим в боксе определенные навыки. Бой был жесткий и имел явную воспитательную направленность. Минут через пять у аспиранта был разбит нос, а уважение к своему научному руководителю существенно повысилось.
В 1985 году вместо традиционного многоборья было решено организовать велопробег. Маршрут длиною в сто километров брал начало в Калинине и вел в деревню Савельево, где один наш сотрудник купил старый крестьянский дом.
Непосредственно в велокоманду вошло шесть человек, а остальные отправились к месту финиша на более быстром автомобильном транспорте. Выехать из Москвы в Калинин намечено было электричкой в шесть часов утра, с таким расчетом, чтобы прибыть в деревню часам к пяти вечера. Накануне я отправился на дачу за велосипедом, планируя присоединиться ко всей компании прямо в электричке.
Ранним утром я занял место на платформе у остановки назначенного вагона. Вскоре подошла электричка, и из нее навстречу мне вышли три наших велогонщика, что было не совсем по плану. Остальные, как выяснилось, опоздали, и их предстояло подождать. Приехали они на следующей электричке буквально через пятнадцать минут, но электричка была ближнего сообщения, а до калининской оставалось почти два часа.
Для придания динамизма возникшей паузе мы решили не торчать бессмысленно на платформе, а продвигаться в нужном направлении на ближних электричках, которые были к тому же не столь забитыми, как калининские.
Так и поступили. Электричка попалась клинская, но до конечного пункта мы на ней не поехали, так как в дороге возникло еще одно интересное решение – выйти где-нибудь на тихой станции, чтобы спокойней сесть в калининскую электричку с нашими громоздкими велосипедами.
Замысел «более чем удался». Долгожданная электричка просвистела мимо нас и станции без остановки. Снова образовался двухчасовой антракт. Но и здесь творческий подход не иссяк. Было решено противопоставить превратностям организации движения на железной дороге еще более активные ответные действия. Внимательно изучив расписание и выяснив, что все калининские электрички точно останавливаются в Покровке, мы отправились туда на велосипедах.
Расстояние до Покровки, судя по карте, было порядка десяти километров. Какой велосипедист не покроет его за два часа? Однако то ли со сборкой велосипедов провозились долго, то ли дорога оказалась существенно длиннее, только на станцию мы вкатили в тот самый момент, когда следующая калининская электричка неспешно от нее отходила. Теперь уже двенадцатичасовая. С учетом очередного антракта, наше отставание от графика приблизилось к шести часам.
Как и подобает научным сотрудникам, мы внимательно проанализировали причины предыдущих неудач и приняли решение изменить тактику, отказавшись в своих действиях от излишней суеты. За появившееся в нашем распоряжении время нам удалось не только спокойно поесть, но и передохнуть.
К приходу двухчасовой электрички мы были готовы заранее. Двери открылись, но народ, битком заполняющий тамбур, выходить вовсе не собирался, а с сочувствием и умилением смотрел на нашу дружную компанию с громоздкими железными конями. Наши жалобные просьбы потесниться и пройти в вагон не возымели никакого действия. Пришлось отступить.
Не скажу, что очередная неудача совсем не отразилась на нашем настроении, но духом мы не пали. Следующую, четырехчасовую электричку мы встретили, рассредоточившись по платформе, каждый у своего вагона. Такая тактика оказалась настолько верной, что четверо сумели сесть, и только двое остались.
В Калинине мы воссоединились в восемь вечера, добравшись туда за какие-то четырнадцать часов. Чем не сюжет для Книги рекордов Гиннесса? Настроение у нас, скажем прямо, было противоречивое, но мы нашли в себе резервные силы и от плана решили не отступать, несмотря на приближающуюся ночь.
Первый час пути все шло как нельзя лучше. Жара спала, низкое солнце окрашивало весеннюю зелень леса в приятные для глаза золотистые тона. Застоявшиеся, а точнее, засидевшиеся ноги с удовольствием крутили педали. Приятный встречный ветерок быстро развеял впечатления от недавних неурядиц.
Вечерняя прохлада сначала приятно освежала, но постепенно тепло ушло куда-то глубоко внутрь тела, а руки и лицо начали мерзнуть. В дополнение к этому ноги от неожиданной сверхурочной работы стали какими-то ватными и тяжелыми. Мягкое кожаное сиденье превратилось в жесткую палку, на которой организм просто отказывался сидеть. К тому же стемнело. Без фар ехать было страшновато. Остановились посовещаться, как быть, а заодно и поужинать. Совещание результатов не дало, а вот ужин подействовал положительно, вселил уверенность и открыл второе дыхание. Через пару часов и Старица осталась позади, докрутили до поворота, свернули в лес, а за полем и деревня рядом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
