Вон, Шэйтассс вообще не захотел ждать, пока мать Лейшшшара восстановится после первых родов, и слишком рано воспользовался вторым правом. Поэтому она и малыш в ее утробе не выжили. Узнала, что у ниида осталось еще восемь попыток.
Осознание этого меня тяготило. В мире нааганитов, чтобы дать жизнь, нужно было умереть. И без вариантов. Я у моего ньера была седьмой. Шесть загубленных жизней…
А еще меня раздражал и пугал повышенный интерес черного нага. Ужины в его обществе, прогулки, постоянные просьбы потрогать мой живот, потому что ему так нравится чувствовать малышку своего арри, откровенные комплименты и ухмылки. И с каждым днем все более жадные и голодные глаза, особенно когда от меня пахло иссаэром и нашей страстью. Я понимала, что это внимание вызвано только спортивным интересом. Меня хотели попробовать как что-то экзотическое, новое, неизведанное, и все. Но от этого легче не было, наоборот… Анаишшшу со своими людьми приходилось строго за мной следить, не оставляя ни на минуту без присмотра, не давая и шанса на задуманное. А насилие ко мне Шэйтассс применить не мог. Вот и смотрел ниид на иссаэра, как на досадную помеху, которую ему очень хотелось убрать. Это стало меня тревожить.
Я поделилась опасениями с блондином. Оскалившись, змей коротко ответил: «Контракт не позволит. Кровь за кровь, Шэйтассс не захочет терять сына». Посоветовал успокоиться, напомнив еще раз, что без разрешения ньера меня никто не имеет права трогать, иначе можно и войну между домами развязать.
А еще за эти дни Анаишшш, как и обещал, полностью сменил мой гардероб и научил пользоваться нуаром, подстроив его под мой голос. Забив параметры, показал, как через информационную консоль делать покупки (правда, только под его контролем и наблюдением). Я не противилась, чувствуя себя в их системе неандертальцем, которого посадили за компьютер. Все не как у нас! Но я дала себе зарок потихоньку вникнуть и научиться, ведь мне в этом мире теперь жить…
Пару раз поговорила с Дэйрашшшем, который как раз достиг границ своей системы. Ньер интересовался моим здоровьем и здоровьем своих малышей. Спрашивал, как ко мне относятся в доме черных ниидов и нет ли у меня жалоб на его ши-ара. Я его успокоила, заверив, что все хорошо и претензий не имею: все с честью выполняют свой долг, заботясь о моем благополучии. Попросила быть самому поосторожнее, сказав, что очень беспокоюсь и жду его возвращения (я не лгала). На лице нааганита расцвела довольная улыбка. Снова «обозвал» меня своим нежным цветком и, пообещав быстро темнеющими глазами привезти своей маленькой со-рин подарок, отключился.
Странно, а я-то чего улыбаюсь? Стоящий за спиной Анаишшш насмешливо фыркнул и, развернув меня к себе, жадно поцеловал.
А потом на Адаманарр прибыли корабли лорда Раисса из дома фиолетовых линхов, и корабли лорда Даирра из дома серебряных нарров. И я поняла, что Шэйтассс не такое уж и зло…
Вот уже два дня, как в систему черных ниидов вошли корабли линхов и нарров. Я этих нааганитов пока еще не видела, как и перестала видеть Шэйтассса, который занимался гостями и их размещением. А меня посадили под домашний арест! Разрешалось только навещать Лейшшшара и все. Никакого парка или прогулок. Кстати, малыша тоже перестали выпускать на свежий воздух, хотя чего панику наводить? Ну, прибыли чужие и прибыли. Вон, какая у нас охрана: раянки, нииды, нитхи – кто тронет? Странно…
Да и Анаишшш стал каким-то раздражительным и мрачным, морщась, каждый раз, когда речь заходила о Даирре. Причем я заметила, что к Раиссу блондин относился более менее нормально, а вот при имени серебряного, чуть ядом не плевался. При этом, не давая никаких объяснений, хоть я пару раз и попросила. А после грубого ответа, что это не мое дело и нааганит не обязан отчитываться перед глупой самкой, вообще заткнулась, чувствуя боль. Анаишшш впервые указал мое место и при этом, видя, что реально обидел, не извинился. Из-за этого, спать я легла в ужасном настроении. И даже когда меня молча обняли и прижали к себе, легче не стало. Между нами словно трещинка пробежала, а я так и не поняла за что. Засыпая, с трудом сдерживала слезы.
Поэтому проснулась я в очень плохом расположении духа, да еще и мутило так, как никогда. Еле успела добежать до туалета…
Умывшись, я вернулась в спальню и, не глядя на проснувшегося мужчину, легла в постель. Укутавшись в одеяло, как в кокон, повернулась к змею спиной. Слабость. Апатия. Почему-то не могла согреться. В висках стучали молотки. Даже голову от подушки не хотелось отрывать, а просто лежать и ни о чем не думать. Нервы или первые признаки нааганитской беременности? Вроде еще рановато…
- Нуарр, код ноль пять, диагностика уровня токсинов и общего состояния организма, – вспомнив о «волшебном» чуде техники, я тихо отдала приказ браслету. – И, если можно, подбор болеутоляющего.
- Лена?! – Тревога в голосе блондина, меня обняли сильные руки.
Даже не отреагировала.
Привычный укол в запястье. Пара секунд, и нуарр засветился голубым светом.
- Все жизненные показатели носителя в пределах допустимой нормы. Уровень токсинов на пять процентов ниже среднего. Патологии в развитии зародышей не выявлено. Небольшое физическое и нервное истощение. Рекомендован атик и отдых. – В кровь что-то впрыснули. Отчитавшись мелодичным женским голосом и выполнив свою функцию, браслет погас.
Я прикрыла глаза, чувствуя сонливость и мягкое тепло, разливающееся по телу. Да пошли они все… и лорды их туда же! Не встану, если кто и войдёт. Значит, «глупая самка, носящая их потомство»?! Что ж, так и буду себя вести – быстро поймут разницу. Только почему так больно?
- Надин, посмотри на меня, – прозвучал мягкий голос иссаэра, и меня повернули к себе, убрав с лица непослушные пряди.
Посмотрела, стараясь казаться равнодушной и спокойной, скрывая свои чувства и разбитое сердце. Он тоже твой хозяин, Лена, как и Дэйрашшш, а ты об этом забыла… дурочка.
- Ты же слышал, нааганит, с вашим потомством все хорошо, инкубатор работает в штатном режиме. А вот грелкой быть больше не смогу, прости. Но ничего страшного, вокруг полно глупых самок для этой функции – что-нибудь да подберешь. – Сама удивилась, как мой голос при этом не дрогнул. Попыталась отвернуться, чтобы не видеть его сиреневых глаз…
- Первое предложение о моей покупке пришло в наш дом, когда мне исполнилось пятнадцать лет. Отец отказал… Хоть я и родился иссаэром, меня воспитывали равным брату, ни разу не дав понять, что я другой. Обычно так не делают… – В раздавшемся тихом голосе Анаишшша звучала горечь и глухая боль. – Я рос, и предложений с каждым годом становилось все больше и больше, особенно из дома серебряных нарров. После того как их наследник увидел и почувствовал меня на ежегодном балу двенадцати, у него ко мне проснулся особый интерес. Болезненный… Тебе объяснить, какой?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
