– Как вы об этом узнали? – удивился Веллингтон, явно не слишком довольный.
Торн поклонился с лукавой улыбкой.
– Разве вы не помните старую неуклюжую вдову, сидевшую рядом с вами в конце вечера? Кажется, вы обсуждали перспективы разведения домашней птицы в Сассексе и трудности снабжения войск, находящихся на марше.
– Силы небесные! Так это были вы?
– Собственной персоной. Я хорошо повеселился. Даже Айан Деламер меня не узнал. Верно, вуаль помогла.
– По-моему, Торн, вы переходите все границы. Что, если бы вас узнали? Вся наша работа пошла бы насмарку.
– Но ведь этого не случилось, а я решил, что надо узнать как можно больше слухов в тот вечер. Я теперь точно знаю, кто собирается купить отдельные камушки и кто питает особо горячие чувства к сосланному императору.
– Вы все это выведали за один вечер? Хотелось бы мне знать, как вам это удалось.
– Проще простого. Я просто слушал, ваша светлость. Но поразительно, как много могут рассказать люди старой женщине, которую они считают немного глуховатой и к тому же совершенно выжившей из ума.
– Вы все еще отказываетесь сказать, где поселились после того, как Херрингтон переехал в ваш дом на Белгрейв-сквер?
– Вам вряд ли захочется это узнать, ваша светлость. Давайте просто считать, что я не тот, кем кажусь.
Веллингтон засопел, но видно было, что он восхищен.
– Вы всегда находили особые пути. Помнится, в Испании вы превзошли всех. Я имею в виду ваши переодевания.
Девлин Карлайл перестал улыбаться.
– Мне ничего другого не оставалось.
Он опустил голову, вспоминая свою несчастливую юность – мать, которая о нем не заботилась, непреклонного отца. Он рано научился скрывать свои чувства и надежды. С возрастом это стало его второй натурой. С горечью он наблюдал за тем, как из-за безрассудства и расточительства отца их поместье пришло в упадок. Он один поддерживал всю семью, хотя никто в свете об этом не догадывался. Многие годы он играл роль беззаботного повесы, наделенного всеми модными пороками. И этот маскарад ему удавался.
До той минуты, пока он не встретил женщину с огненно-рыжими волосами и пытливыми глазами. Индия Деламер сразу же поняла, что скрывалось за внешностью скучающего повесы.
– А как восприняла известие о вашей смерти леди Деламер? Плохо, как мне кажется. Но вам не следует видеться с ней до того, как все закончится, Торн. Она очень скоро распознает в Херрингтоне подставную фигуру. – Веллингтон прищурился. – Надеюсь, вы это понимаете?
Торн пожал плечами.
– Леди Деламер скоро меня забудет. В ее распоряжении такая армия поклонников.
– Она собирается в скором времени выйти замуж. Вы знаете об этом?
Торн сжал кулак.
– За Лонгборо?
– Так говорят. Впрочем, на мой взгляд, она не похожа на влюбленную женщину.
– А какое отношение имеет любовь к замужеству? Это всего лишь союз двух родовитых семей. Мы в Англии устраиваем такие партии лучше всех. Я желаю им счастья. Он расчетливый авантюрист, а она избалована мужским вниманием. Они прекрасно подходят друг другу.
Веллингтон хотел было ответить, но Торн уже протянул руку за плащом.
– Я должен идти, а то моя команда начнет беспокоиться.
– Держите меня в курсе. Действуйте быстро, но осторожно. У нас осталось мало времени. Думаю, не более двух недель.
– За две недели рушились царства и делались состояния, – сказал Торн.
«А сердца безвозвратно разбивались», – он, направляясь к выходу по узкому коридору.
Когда Торн появился в то же утро у парадной двери особняка герцогини Крэнфорд, в глазах дворецкого не было и намека на то, что его узнали.
– Желаете встретиться с ее светлостью? Как о вас доложить?
– Торнвуд.
– Вы опоздали, – был ответ.
Опоздал? Неужели всему свету известно, где и когда он должен быть?
– Соблаговолите пройти сюда, а я узнаю, дома ли герцогиня и принимает ли визитеров.
Девлину не удалось поспать после бурных событий прошлой ночи, а на рассвете он отправился на встречу с Веллингтоном. Поэтому он никак не прореагировал на кислую физиономию Бича и последовал за дворецким в освещенный солнцем салон. Там он стал разглядывать экзотические растения и орхидеи, разведение которых было основным хобби герцогини Крэнфорд.
– Герцогиня плохо себя чувствует, – возвестил вернувшийся дворецкий, – и никого не принимает.
Торн не стал настаивать. Он был слишком хорошо воспитан, чтобы спорить со слугой.
Что за игру затеяла эта сварливая старая леди? Будь он проклят, если этого не узнает.
Глава 14
– Мне это не нравится, Индия. Совсем не нравится, – сказала герцогиня Крэнфорд, стоя у окна и глядя вслед удалявшемуся графу Торнвуду. Кружевной чепчик на седых волосах придавал чертам ее лица еще большую хрупкость. – Я велела ему прийти в восемь часов, и он пришел. – Она задумчиво смотрела на улицу, уже полную народа в это необычно теплое сентябрьское утро. – Но ему пойдет на пользу немного унижения, особенно если учесть, что вы, юная леди, мне пока ничего не объяснили. Прошлой ночью ты почти падала от усталости, и я тебя пожалела. – Она пристально посмотрела на внучку своими голубыми глазами, которые смутили не одного английского политического деятеля. – Но сегодня тебе придется рассказать мне все.
Индия улыбнулась. «Что за прелесть моя бабушка», – подумала она.
– Мне просто хотелось поскорее лечь, бабушка. Лорд Торнвуд был очень мил, и его детки замечательные, но ничто не сравнится с домом.
– Ты что-то от меня скрываешь, Индия? Если так, я приволоку этого человека сюда и позабочусь, чтобы…
– Нет, ничего.
Она тоже провела бессонную ночь, терзаясь воспоминаниями о прикосновениях Девлина и своей на них реакции, которая всегда была неизменной. Да, лучше всего больше не иметь никаких дел с Девлином Карлайлом. Она немедленно займется разводом. В конце концов, он ясно выразился по поводу своих чувств.
Но Индия пока не была готова довериться ни бабушке, ни горячо любимому брату Айану. Сначала ей нужно время, чтобы залечить раны.
И чтобы научиться забывать, если такое вообще возможно.
– Что-то ты слишком послушна, девочка моя. – Герцогиня посмотрела на внучку понимающим взглядом.
Индия начала бегать раньше, чем научилась как следует ходить. В свое время бабушка подарила ей куклу, но девочка в сердцах бросила ее, потому что игрушка не подчинялась ее приказам. Позже герцогиня утирала внучке слезы, когда она в первый раз упала с дерева в их поместье в Норфолке. Покорность была не в характере Индии.
– Что ж, ты ничего не хочешь объяснить?
– Право же, бабушка, на сей раз ты преувеличиваешь. Все, что было между нами, уже в прошлом. Просто очередное глупое увлечение. Теперь я это понимаю. Лорд Торнвуд абсолютно меня не интересует. – Она сделала вид, что о чем-то задумалась. – Я хочу сегодня пойти на собрание Общества воздухоплавателей. На нем два приезжих француза будут показывать, как корзина крепится к шару.
