– Является ли то, что вы мне рассказываете, правдой? – не выдержала Клара – после повествования о кровавой сшибке Кэра с инквизиторами в лесу под Арвестом.
– Увы, сударыня, полной и абсолютной правдой, – вздохнул Анэто.
– Я посылала туда своего доглядчика, – прибавила Мегана. – Мы веруем в Спасителя, но я, например, не слишком одобряю методы Святой Инквизиции. В стремлении взять под свой контроль всю и всяческую волшбу Эвиала они могли пойти и на… фальсификацию. Однако тщательная и скорая проверка показала – на сей раз они не лгут. Во всяком случае, Неясыть нанёс им действительно тяжёлые потери. Более чем тяжёлые.
– Ладно, – проворчала Клара. – Так что же было там дальше?..
…Она услышала, что было там дальше. О вторжении, безумном и бессмысленном, имперской армии Клешней, о страшной резне на улицах города и о том, как Тьма (разумеется, посредством того же самого некроманта Неясыти) нанесла поистине чудовищный удар, истребив и сам город, и нападавших, и всех, кто ещё оставался в пределах городских стен, равно как и тех, кто не успел отбежать достаточно далеко от оных. О чёрной яме, оставшейся на месте богатого торгового Арвеста. И о том, как скрылся в сумрачном Нарне тот, кого и Белый Совет, и Инквизиция считают ответственным за случившееся.
– Хотя, конечно, в деле с Арвестом ещё много неясного, – добавила Мегана, когда Анэто умолк. – Я бы не утверждала столь категорично, что та атака Тьмы была инспирирована именно Неясытью. Это все-таки спорно и требует специального разбирательства.
– Согласен, согласен, – кивнул Анэто. – Дело и впрямь тёмное. Но… нам ничего не остаётся, как попытаться разобраться. Потому что поступки Неясыти в ряде случаев можно трактовать как обычную самозащиту с применением заклятий из арсенала некромантии, а в ряде случаев, как, например, с Арвестом, – это прямое проявление сущности Разрушителя, – ректор сокрушённо развёл руками.
– Тогда где же он сейчас? – с напором спросила Клара.
– Мы не знаем… пока не знаем, – ответила Мегана. – Никто не может уловить его, используя обычные методы магического обнаружения, нам остаётся уповать на дедовские приёмы – на сообщения осведомителей. Инквизиция тоже пытается отыскать Неясыть, они обещали поделиться с нами вестями, как только получат хоть что-то достоверное.
– Может ли он остаться в этом самом лесу и дальше? – спросила Клара.
– В том-то и дело, что может, – вздохнула Мегана. – Эльфы Нарна известны тем, что предоставляют убежище – тем, кто, по их мнению, в нем нуждается. Вообще-то у нас достаточно хорошие отношения с нарнийцами, они учились в Академии, профессора и деканы бывали в Нарне, но… словом, если эльфы заподозрят, что получившему у них убежище что-то угрожает, они ни за что не выдадут его.
– А… говорить на расстоянии… с Нарном… нельзя? – подумала вслух Клара.
Мегана отрицательно покачала головой.
– Мне кажется, – осторожно сказал Анэто, – нам всем следует переместиться ближе к центру событий. Вот сюда… – он указал на светящуюся карту. – Эта область, зажатая между двумя великими лесами, называется Эгест.
Клара молча кивнула.
– Тогда завтра в путь? – предложил Анэто. – Решено, сударыня, решено, Мег.
– Завтра в дорогу, – кивнула хозяйка Волшебного Двора.
Глава вторая
Снова Эгест. Некромант и знамёна тьмы
Ты – волна в бескрайнем океане Тьмы. Сожалеет ли волна, или испытывает ли она боль, разбиваясь о берег?
Трактат «О сущности бытия», Глава «Об упорствующих в заблуждении».
Несмотря на то что он стоял, не пригибаясь и не прячась, из зарослей у подножия холма не вынеслось ни одной стрелы. Царила полная тишина, звенящая и давящая. Фесс не видел врагов, он лишь чувствовал устремлённые на него четыре взгляда. Четыре, а не пять. Джайлз, видимо, просто не счёл нужным обернуться.
– Идём, Рысь, – сказал Фесс, перехватывая поудобнее посох. Если он правильно оценил своих врагов, драться ему предстоит сегодня магией, никак не мечом.
– Они не стреляют, одан… – проговорила Рысь, прищуренными глазами окидывая недвижные заросли. – Это значит, что они хотят честного боя. Очень глупо с их стороны.
– Почему?
– Мы их перебьём, – без тени сомнения бросила Рысь. – Возьмись они все за луки, быть может, тогда у нас возникли бы трудности. А так…
– Я не могу понять, где они, – шёпотом сказал Фесс. – Взгляды чувствую, но не более того. А это плохо. Надо нацеливать заклятье…
– Не дело стража учить рыцаря, но скажу: мне кажется, они ждут магической атаки. И готовы её отразить. Они не верят в наши мечи. Они верят в свои. И, по-моему, одан рыцарь, им придётся за это поплатиться…
Перебросив посох в левую руку, правой Фесс коснулся оголовья рунного меча. Да… соблазн велик. Если эта четвёрка из инквизиторов, то не такие же они глупцы, чтобы лезть под волшбу. Они не могут выйти на бой без должной защиты. Наверняка…
В тот же миг некромант ощутил слабое колебание Силы.
– Рысь! Ложись! – успел он крикнуть, широко размахиваясь посохом. Трава под ногами вспыхнула ярко-рыжим огнём, вверх взметнулись клубы чёрного дыма, жирного и непроглядного. Фесса и Рысь окружило кольцо пламени, не простого пламени – во всяком случае, некромант не рискнул бы прыгать через него просто так. Даже запахнувшись в толстое, мокрое насквозь одеяло.
Посох описывал широкие круги над головой некроманта, крутившего его словно эгестский крестьянин в пьяной драке выдернутый из забора кол. Некромантия не слишком-то родственна Огню, ближе всего она всё-таки к Земной магии, но сейчас ничего лучше под рукой у Фесса не оставалось.
Серый прах соткался в два широких плаща за спинами Фесса и Рыси. Плащи рванулись вперёд и вверх, падая на огонь, прибивая его к земле, вминая пламя в траву и распадаясь сами. Некромант зарычал от боли – ему казалось, что он сам оказался среди бушующего пламени. Хорошо ещё, что длилось это совсем недолго. Может быть, секунду, может, две – пока вызванный его волей прах не пробил в огне неширокий проход.
Рысь в один миг оказалась рядом. Прыжок – и огненное кольцо осталось позади. Впереди – только нагой склон холма и неподвижные заросли.
Некромант и воительница по-прежнему шли по склону холма.
Они оставили позади добрую половину пути, когда ветки бересклета внизу наконец шевельнулись. Четверо в чёрном дружно выступили вперёд, словно и в самом деле предлагая честный бой. Это было странно. Совершенно не в духе славной нашей Инквизиции. Не в духе отца Этлау, выведшего против трёх бойцов полторы сотни своих экзекуторов. Четверо внизу тоже хотели победить, но, в отличие от Этлау, не любой ценой. Что решительно меняло дело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
