А пока он решил проверить входящую почту — вдруг Эрни прислал ему что-нибудь новенькое. После чего проверил почтовый ящик Танзи — кстати, спасибо все тому же Эрни, именно он помог в этом деле. Консультанты по компьютерным афёрам одновременно и лучшие в мире хакеры. Неплохо взглянуть, не прислал ли что Соул-М8 после личной встречи, как говорится, по горячим следам.
Спустя час Райли уже потирал усталые глаза, пытаясь решить, что ему нужно в первую очередь — хороший душ или чашка крепкого кофе. Электронное послание Эрни пролило на дело совершенно новый свет. Известие, что электронный журнал «Мейнлайн» пользовался услугами провайдера «Фишнет» как для своих работников, так и для деловой переписки и доступа в Интернет, само по себе мало о чём говорило. Если не считать того, что список пользователей был просто огромен, едва ли не самый большой в такой начинающей компании, как «Фишнет». Не иначе как «Мейнлайн» получил карт-бланш в том, что касалось количества электронных почтовых ящиков, выделяемых в пользование сотрудникам. А распределял эти ящики не кто иной, как Мартин, он же редактор журнала и непосредственный шеф Танзи.
Мартин — о нём как-то раз обмолвилась Танзи. Кажется, этот самый чувак переживал сейчас нечто вроде кризиса среднего возраста, что часто бывает, когда дети вырастают. Вёл себя как мальчишка. Довольно косо поглядывал на друзей Танзи, в чём Райли имел возможность сегодня вечером лично убедиться. И потом слова о том, что в последнее время Мартин якобы слишком пристально следит за всем, что она себе позволяет. Танзи обозначила это внимание как родительское. Но что, если Мартин смотрит на неё отнюдь не родительским взором? Что, если все его помыслы, его чувства к молодой и — чёрт побери! — такой привлекательной подчинённой отнюдь не отеческие?
Райли бросил взгляд на часы. Кажется, есть смысл отложить дальнейший анализ этого нового направления мыслей до утра. Сейчас же он слишком устал, чтобы рассуждать трезво и чётко. Кстати, Танзи не обманывала его, когда сказала, что рано утром ей ехать записываться на радио. А значит, у него всего два с половиной часа до того. Прощай, наблюдение с почтительного расстояния. Отныне он вместе с ней в одном лимузине, куда бы она ни поехала.
Райли разделся до трусов — смокинг уже давно был сброшен за ненадобностью — и забрался в постель, поставив будильник на четыре утра. Получаса хватит,чтобы принять душ и проверить, не прислал ли Парнелл по электронной почте результаты. Если от полученных им отпечатков не потянется ниточка ни к кому с преступным прошлым, тогда придётся как-то раздобыть пальчики главного редактора и провести сравнение. Вот это будет интересно.
Хотя вечер оказался изматывающим как в личном, так и в профессиональном отношении, Райли тотчас погрузился в сон. На губах его играла лёгкая улыбка — интересно, как Танзи отреагирует, когда утром увидит, что он ждёт её рядом с машиной?
Танзи пыталась сосредоточиться на ведущих и микрофоне и, главное, выбросить из головы Райли, который стоял по другую сторону стеклянной перегородки, отделявшей дикторскую кабину от инженеров, и смотрел на неё в упор. Правда, смотреть особо было не на что.
Танзи уже и раньше получала приглашения на эту радиопередачу, что-то вроде словесной дуэли в прямом эфире. То её доставали расспросами ведущие, то она пыталась на них отыграться, после чего следовали звонки в студию и ответы на вопросы. Приходилось постоянно быть начеку в ожидании каверзных вопросов, но аудитория была просто огромная, и «Мейнлайн» здорово наживался на её участии, потому что благодаря Танзи в карман журналу текли неплохие деньги.
Увы, сегодня её ответы были не столь колкие и остроумные, как ей бы самой хотелось, что означало, что Билли Мак и Йойо быстро взяли инициативу в свои руки. Что не предвещало ничего хорошего. Рассеянность Танзи частично объяснялась полученной накануне запиской, частично — присутствием в студии Райли. Господи, как можно одновременно быть таким отстранённым и таким назойливым?
Танзи до сих пор не могла прийти в себя от того, что ни свет ни заря он уже стоял перед домом на тротуаре и дружески беседовал с шофёром лимузина, присланного студией. Она даже не успела выпить свою первую за день банку кока-колы! И тем не менее ей ничего не оставалось, как позволить Райли сесть рядом с собой в машину, а потом и проследовать вместе с ней в студию. Он ещё сказал, что ему-де всегда было интересно посмотреть, как делаются радиопередачи. Утром, спросонья, Танзи не нашла в этом желании ничего странного. Кроме того, подумалось ей тогда, в какие неприятности способен вляпаться такой, как он?
Тогда ей даже не пришло в голову, что в неприятности вляпалась она сама.
— Танзи, эта твоя теория про волков и агнцев поставила на уши весь Сан-Франциско. Народ только о ней и говорит, — произнёс Билли Мак и расплылся в улыбке, которая никогда не предвещала ничего хорошего.
Танзи моментально напряглась и сделала глоток кока-колы. Уже третья банка за утро, а ведь ещё нет и восьми. И главное, напиток не помогал.
— Это лишь одно из того, Билли, чем мы обязаны моей колонке, а именно диалог между представителями разных полов.
Билли повернулся к своему партнёру по передаче — или, вернее, в данном случае партнёрам — и усмехнулся. Смешок этот наверняка гулким эхом прокатился по стоянкам дальнобойщиков и студенческим общежитиям всего города. Если бы Танзи как следует присмотрелась, то наверняка заметила бы на губах у обоих ведущих пену. Нет, у обоих были классные голоса — словно специально для радио, зато внешность у того и у другого явно подкачала, оба недотягивали до стандартов шоу-бизнеса. Билли Мак скорее напоминал оголтелого болельщика из тех, что раскрашивают себе животы в цвета любимой команды и выкрикивают непристойности в адрес судей. Что до Йойо, то представьте себе Денниса Родмана в женских тряпках, но только без мускулов.
Танзи предпочитала не смотреть на сию сладкую парочку. А ещё ей оставалось разве что тихо скрипеть зубами из-за того, что этим ребятам платили раза в три больше, чем ей.
— Итак, — подал голос Йойо, поправляя микрофон, — ты готова взять на себя ответственность за так называемый диалог, который представительницы прекрасного пола вели со своими овечьими половинами в последние две недели? Все эти женщины читают твою колонку. И вот теперь они подняли глаза, посмотрели на своих мужей и подумали: «Черт, а не поискать ли мне себе Волка?»
Танзи понимала, что должна дать подобным измышлениям хорошую отповедь, но сегодня её реакция была замедленной. Ещё и потому, что она на долю секунды задержала взгляд на собственном Агнце. Увы, это мгновение стало для неё роковым.
