цивилизованном Ильшане. Выписавшись, юная омра оказалась в прямом смысле слова на улице, никто не спешил протягивать ей руку помощи, хотя предложения 'работы' и поступали. Амина благоразумно решила, что, чудом избавившись от одного извращенца, нет резона связываться с другими, а потому весь свой пыл бросила на получение документов и права покинуть Ильшан. Спустя год юная омра вернулась на родную Элегию, добилась получения сиротского пенсиона, выучилась на секретаря, а спустя три года с момента памятного, оставившего следы на теле, вдовства снова стала анди. Правда, открывать своё сердце нежным чувствам Амина не спешила, решив, что после всех испытаний имеет полное право пожить для себя. Прошлое вспоминать девушка не любила, о себе рассказывала крайне неохотно, зато была способна за короткий срок проанализировать, переработать и рассортировать по папкам огромный объём информации, причём любой: от текстовых документов до анкет и даже графиков. А ещё умела параллельно, ни разу не перепутав направление беседы и имена собеседников, вести сразу три разговора, в ходе которых, если позволяли условия, также могла что-то просматривать, классифицировать и печатать. Амина считалась идеальной секретаршей, а потому её уход в молодое, пусть и перспективное брачное агентство 'Дом судьбы' многие корпорации сочли едва ли не личным оскорблением. К счастью, омра Алина и анди Амина смогли кого-то успокоить, кого-то задобрить, с кем-то стать партнёрами, а некоторых и вовсе проигнорировать, между собой даже посмеявшись над раздутыми сверх меры претензиями, за которыми не стояло ничего, кроме гипертрофированного самомнения.
- Позволь... - Алина кашлянула, спеша сменить официальный тон на более простой, - представить тебе (проклятое обращение ты никак не хотело свободно слетать с языка, так и норовя смениться более чопорным и отстранённым) мою помощницу, анди Амину. Амина, это мой, - вот уже почти десять минут как не вдова смешалась и закашлялась, с трудом выдавливая, - муж, Габриэль Сантьяго.
Габриэль вежливо поклонился молодой девушке, всё ещё пребывающей в глубоком шоке и машинально прикрывающей шею, на которой проступал бледно-розовый чуть заметный рубец. Опытный аналитик быстро понял, что это след от осколочного ранения, и чуть приподнял бровь. Интересные тут в брачном агентстве сотрудники: одна непонятно за кого замуж вышла, а потом весьма своевременно овдовела, у второй след от взрыва на шее. И ведь обе не ильшанки, что интересно!
- Весьма рад знакомству, анди, - эрдеец вежливо улыбнулся и добавил, вовремя выудив из недр памяти подходящую случаю фразу. - Уверен, оно станет началом крепкой дружбы.
Разница между тёплыми словами приветствия и холодным изучающим взором Габриэля помогла Амине собраться с силами. Анди выпрямилась, одарила мужчину ослепительной и формальной до дрожи улыбкой и отчеканила:
- Рада знакомству, юрл Сантьяго. Надеюсь, вы простите меня, если я отниму у вас супругу на пару минут, нам нужно решить ряд вопросов.
Эрдеец неопределённо пожал плечами, понимая, что двум дамам жизненно необходимо посплетничать наедине, дабы не только перемыть кости свалившемуся как снег на голову супругу, но ещё и выработать совместный план действий. Логика подсказывала, что направлен план будет исключительно против Габриэля, а потому стоит проявить активность первым, пока война не развязана.
- Одну минуту, - Габриэль решительно поймал за руку уже направившуюся прочь от своего 'любимого' супруга Алину, - надеюсь, дорогая, - эрдеец специально выделил это обращение, напоминая о своих правах, - твоя помощница простит меня, если я первый побеседую с тобой. Полагаю, как твой муж, тем более, появившийся так внезапно, в прямом смысле слова восставший из праха, я могу претендовать на твоё внимание.
В голубых глазах Алины отчётливо отразилось пожелание вернуться в прах и больше не отсвечивать, но Сантьяго решил не обращать внимания на женские хотелки. В конце концов он не для того преодолел половину галактики, чтобы оказаться выставленным за дверь женой в первый же день знакомства!
- Не стоит так угрожающе сверкать глазами, любимая, - прошипел эрдеец, подтягивая жену к себе поближе, - между прочим, вы сами вышли за меня замуж, никто вас под венец силой не тащил.
Алина глубоко вздохнула, укрощая вспыхнувшее в глубине души кровожадное желание снова овдоветь, на этот раз с гарантией, и приказала, изо всех стараясь, чтобы её голос звучал спокойно, а не срывался на звериный хрип:
- Амина, будь добра, собери, пожалуйста, разбросанные бумаги. К нам скоро посетители начнут приходить, нехорошо встречать их беспорядком в холле. Я побеседую со своим супругом и приду.
Анди послушно кивнула, присела на корточки и принялась собирать разлетевшиеся листы, время от времени встряхивая головой в тщетной попытке избавиться от неприятных, а потому особенно сильных и назойливых, воспоминаний.
Алина. Своего воскресшего, чёрные дыры бы его побрали, супруга я отвела в свой кабинет, подальше от любопытных глаз и ушей. Села в глубокое кресло за массивным тёмного дерева столом, словно в норку спряталась, и кивнула эрдейцу на светлый стул-трасформер для посетителей:
- Присаживайтесь.
Эрдеец покосился на стул и покачал головой, отчего пряди его тёмных волос упали на глаза:
- Я постою.
Я хмуро посмотрела на возвышающегося в центре кабинета, словно галактический маяк, мужчину, вроде бы худощавого, но при этом давящего своей силой и мощью, как та недоброй памяти каюта, в которой меня везли навстречу семейной жизни. Я передёрнула плечами и предупредила:
- Пока вы стоите, я с вами разговаривать не буду.
Эрдеец фыркнул, даже не попытавшись скрыть насмешки:
- Я не собираюсь вас убивать, мне это не выгодно.
Уже хорошо. А что ему выгодно? Я так и спросила, решив не размениваться на длительные любезности и непременное обсуждение новостей. Во-первых, он не элегианец, а во-вторых, мой муж, так что в особых церемониях надобности нет. Габриэль прошёл по кабинету, вдумчиво так, словно вознамерился ремонт делать, я даже успела представить, как он достаёт из кармана рулетку и лихо закладывает за ухо карандаш, помолчал, с видом прораба оценивая пейзаж за окном, и ответил:
- Мне выгодно быть вашим супругом и жить вместе с вами.
Моя челюсть рухнула вниз, ударилась о столешницу и вернулась на место, а глаза выпрыгнули из орбит и, судя по ощущениям, повисли на пружинках, как в детском мультике. Нет, честность - это, конечно, очень хорошо, но я
