часы, его светлость, она поняла лишь одно — человек, слушающий приказы других и безропотно их выполняющий, не достоин ни такой жены, ни процветания, ни жизни. Она уже видела, что будет с ним впоследствии, и оставалось лишь самой сделать ход, как бы тяжело ей ни было его делать.
— Удачи, милая. — Она коснулась герцогини, и та начала бледнеть на глазах, теряя краски. Истончаясь с каждой секундой всё больше и больше, спустя минуту она исчезла полностью, оставив после себя лишь смятую постель да грязные тряпки.
Осторожно взяв на руки спящего малыша, спустя мгновение исчезла и Богиня, оставляя герцога без долгожданного наследника.
Глава 14
Лайонель. Утро после бала, несколько месяцев назад
Просыпаться было тяжело, как и обычно после празднования.
— Ты ещё здесь? — Лайонель положил руку на соседнюю подушку, обнимая белокурую голову лежащей на ней девушки. — Забыла правило?
— М-м-м, голова. — Зарывшись под подушку, девушка лишь вытянула изящную ножку из-под одеяла.
— И хорошо, что забыла. — Он уже было потянул руку вслед за исчезнувшей в скомканной после ночи простыне лодыжкой, как в дверь постучали. — Никого нет, приходите позже.
— Позже не получится. — В дверь вошёл одетый по парадному мужчина и, сев в кресло напротив кровати, с любопытством осматривал открывшуюся перед ним картину.
— Вот умеешь ты портить веселье, Викто́р. — Герцог нехотя поднялся и потянулся за лежащим на полу халатом.
— Судя по твоему виду, испортить я ничего не успел.
— Графиня, вам, кажется, пора. — Хозяин комнаты стянул с девушки одеяло, оставляя её лежать лишь в облегающей полупрозрачной сорочке, спущенной на одно плечо. А затем лениво присел рядом.
Девушка молча встала и, несмотря на потрёпанный вид, не спеша и тщательно скрывая своё недовольство, оделась в платье, кое-как наполовину зашнуровав корсет сзади. Послав воздушный поцелуй сидевшему на кровати мужчине, выскользнула из комнаты.
Молчание продолжалось до момента, пока дверь за девушкой не закрылась и мужчины не остались наедине.
— Судя по тому, что ты не переоделся с вечера, разговор будет не из лёгких. — Герцог Лайонель подошёл к скрытому в стене трюмо и достал оттуда бутылку с искрящейся на солнечном свете жидкостью.
— Ты прав, поступило задание. — Виктор взял бокал с напитком и, пригубив, продолжил: — надо отправиться на границу, проверить, как поживает герцог Андорский и его жена.
— Которая вчера не смогла присутствовать на балу из-за своего положения?
— Верно, поступила информация, что не всё так гладко с их метками.
— И отправиться туда я должен сегодня. — Лайонель говорил не спрашивая, а скорее утверждая. — Ехать придётся лошадьми, портал могут отследить. Заодно и послушаю, о чём говорят на переправах.
Сейчас посреди комнаты стоял человек, полный решимости действовать, собранный и готовый исполнить приказ его величества. Должность дипломата при дворе была лишь прикрытием для второго наследника, но давала возможность уезжать из королевства по особым распоряжениям короля. На Лайонеля у короля были особые надежды. Взращивая с каждым годом в нём любовь к отчему дому, ответственность за соблюдение законов, желание покарать врагов, что сеют смуту, он готовил его к роли второго лица в государстве. Как только трон займёт первый сын короля Рональд, второму, отрёкшемуся от престола, уготована роль цепного пса, хранителя власти брата. Но до этого момента ему ещё расти и расти.
— Девок много не порть, а то замучаешься бастардов пересчитывать.
— Так они сами, — герцог развёл руками в сторону, — приходят, остаются на ночь, ты сам всё с утра видел. Неслыханная дерзость.
— Ну точно, о чём это я. Трудно же заметить в постели женщину, тем более с такими выдающимися формами, как у графини. Кстати, и давно тебе стали нравиться блондинки?
— Обсудим по возвращении. — Всё время разговора герцог был занят сборами. Основные вещи всегда были готовы и лежали в саквояже, защищённом от взоров других магией. Достав из секретера необходимые бумаги, а из шкафа уже приготовленные для незапланированной поездки костюмы, он вышел из комнаты, отсалютовав на прощание другу.
— И правда, почему блондинка? — Виктор не стал задерживаться в покоях второго наследника и вышел, запирая комнату от посторонних до возвращения герцога.
***
Лайонель знал, что путь до первого герцогства будет далёкий. Открыв подтверждающие его полномочия документы, ещё раз прошёлся по основным пунктам. Пока для всех он будет находиться на дипломатической миссии у людей, здесь его никто не хватится. Проверив артефакт, меняющий внешность, снова вернулся к документам. Разведка сообщала, что замечена подозрительная активность старших сынов кланов, частые перемещения, не всегда контролируемые порталы. Иногда люди короля просто-напросто теряли их из виду, словно те пропадали куда-то, где их не могла достать никакая магия. А потом вновь появлялись в самых неожиданных местах. Всё это можно было бы списать на простое совпадение, если бы не одна маленькая деталь. Наблюдение велось за семьями несколько столетий, и всё происходящее повторялось с определённой периодичностью.
Из отчёта следовало, что если бы не фраза, брошенная одним из придворных, который часто бывал в гостях у семьи о том, что в очередной раз прощаются с истинной, никто бы и не обратил на это внимания. Подняв документы о клане, герцог был искренне удивлён, что за последние триста лет все истинные, все девушки, отмеченные знаком Богини, погибли в послеродовой горячке. Поначалу все решили, что они слабы здоровьем, такое и правда бывало. Не всегда дракон мог похвастаться здоровой парой, а лекари не всегда могли найти лекарство от болезни. Как говорится, один раз — случайность, а два — закономерность.
Имя герцога Бедфордского тоже было в списке для проверки, но его он решил оставить напоследок, так как, судя по тем же данным, предоставленным шпионами, герцогиня не была на сносях.
От воспоминаний о девушке на душе стало тепло. Касание руки, нежная бархатная кожа, которую хочется ласкать, запах спелой вишни с привкусом корицы. Герцог не мог признаться в этом даже самому себе, но выбирая, с кем провести ночь, он неосознанно искал в каждой девушке черты герцогини. Взмах ресниц, полуулыбка и такое поспешное бегство, когда он в очередной раз попрал все нормы этикета и коснулся
