Читаем без скачивания Резервный космодром - Андрей Ливадный

На самом деле Инга испытывала оторопь.

Ей впервые пришлось что называется «вживую» столкнуться с космическим кораблем иной цивилизации, – эпоха великих открытий, связанных с расами логриан, инсектов, харамминов, и канувших в лету дельфонов пронеслась серией потрясающих находок еще за полтора века до ее рождения, и вот, похоже, наступала новая эра откровений, теперь уже связанная с освоением Вертикалей гиперсферы.

Сознание девушки, погруженное в киберпространство, постепенно отсеивало сигнатуры различных обломков, формируя истинный облик инопланетного корабля.

Никто еще не видел ее такой, смертельно-бледной, погруженной в себя саму, а на самом деле распахнувшей сознание, связанное с сотнями датчиков разведывательного корабля навстречу открытому космосу и пылающей разноцветьем энергий конструкции, созданной существами чуждой расы.

Внутреннее напряжение Инги сложно передать словами. Она, преодолев секундную оторопь, мысленно потянулась в бездну пространства и растворилась в нем, стала частью фрагмента мироздания, будто уподобилась Эволгу – древнему существу, не имеющему привычного для нас «физического тела», а состоящего исключительно из энергий.

Тайна девушки, являвшаяся одновременно и ее приговором, сейчас позволила ей увидеть и понять многое.

К примеру, она знала все характеристики сигнатур основных боевых кораблей, как объединенного флота Совета Безопасности, так и космической техники иных, известных на сегодняшний день космических рас, то есть в данный момент она не просто фиксировала увиденное, но и проводила первичный анализ, отсеивала вероятности, приходя к единственному убеждению – корабль, к которому приближалась «Тень», являлся детищем абсолютно чуждого, незнакомого людям разума.

В его основу был положен тридцатикилометровый диск.

Рациональная конструкция с ярко выраженной клиновидной сегментацией обшивки, поделенная внутри на сотни палуб и десятки тысяч отсеков.

Однако, выгодная во многих отношения дискообразная геометрия корпуса была нарушена, причем анализ данных показывал, что конструкция достраивалась – изначально корабль являлся именно той центральной, легко распознаваемой формой, а уже затем по внешнему периметру диска в наиболее тонкой его части, на специальных креплениях монтировались и постепенно наращивались пятнадцать спиралевидных, как будто свисающих вниз образований, в точности повторяющих друг друга по длине и форме, но не по внутреннему наполнению.

Различные спирали состояли из разных по конфигурации отсеков, внутри которых позиционировались совершенно не похожие друг на друга сигнатуры работающих в данный момент механизмов и устройств.

Один из спиралевидных отростков, надломленный примерно в первой трети своей длины (считая от крепления к основному корпусу корабля) сочился смертельно-опасным для всего живого радиационным фоном, остальные, по первому впечатлению, не несли повреждений.

Инга уже не ощущала себя человеком.

Ее сознание как будто обволакивало инопланетный корабль, окутывало его аурой восприятия различных энергий, пытаясь распознать их источники.

Кроме прочего она, конечно, воспринимала формы и любые механические действия, происходящие с ними.

«Тень» приблизилась к инопланетному кораблю на критическое расстояние.

Фрич по-прежнему демонстрировал недюжинный опыт в вопросах маскировки, фактически ежесекундно меняя настройки фантом-генераторов[46], в соответствии с требованиями текущего момента.

Вадим, управляя «Тенью» вел разведчика на дистанции всего в сотню километров от исследуемого объекта. С такого расстояния, даже он, не принимавший участия в непосредственном изучении инопланетной конструкции, воспринимал множество излучаемых ею сигнатур.

Кроме того, Рощин постоянно держал инопланетный корабль в поле обычного для человека зрения, различая при помощи оптических умножителей огромное количество деталей внешних форм.

Наиболее примечательными конечно были пробоины обшивки центрального диска, полученные вследствие плотного огня средств противокосмической обороны Пятого Резервного.

Дыра в семь с половиной квадратных километров, с частично изломанными, частично оплавленными краями буквально выплескивала потоки энергии – именно в районе пробоины в глубинах инопланетной конструкции работал контур генератора низкой частоты, не позволяющий ни отправить сигнал бедствия на гиперсферных частотах, ни осуществить погружение в гиперсферу в границах системы Алексия.

Вывод казалось бы напрашивается сам собой – гиперпривод исполина поврежден, контур низкой частоты продолжает работу и остается лишь выждать небольшое количество времени, пока неисправное устройство исчерпает все бортовые энергоресурсы. После этого поле, препятствующее погружению в гиперсферу, исчезнет, а противник окажется фактически беззащитным.

Рощин зафиксировал повреждения, сделав подробную запись на бортовые носители информации «Тени», для последующего изучения, когда корпус космического странника вдруг начал трансформироваться: четыре клинообразных сегмента основной обшивки попарно приподнялись относительно поверхности диска и начали смещаться в стороны, открывая огромные многокилометровые шлюзы, через которые в космос медленно выдвинулись две платформы непонятного предназначения.

– Капитан, пора уходить. – Раздался хриплый от напряжения голос кибрайкера.

– Согласен. Приготовься, я сброшу контейнеры с нанопылью.

– Побыстрее.

– Продержись еще минуту. Подготовь мне «столкновение» с ближайшим обломком, чтобы изменение курса и появление новых фрагментов вещества выглядело естественным.

– Понял… Сейчас сделаю…

– Инга?

– Все записано. – Ее голос как будто обесцветился, потерял все интонации.

…

Через минуту, когда обе платформы плавно отделились от дискообразного корпуса космического корабля, оставаясь рядом, в непосредственной близости от фрагмента поврежденной обшивки, два обломка, захваченные гравитационным полем корабля, столкнулись; один от соударения резко изменил курс, уходя к планете, от второго откололось несколько тут же рассеявшихся в пыль фрагментов.

Некоторое время спустя, когда «Тень» уже находилась в границах стратосферы Алексии, Вадим вызвал Положенцева:

– Как дела, Саша?

– Вышел на связь майор Сабуров. – Мгновенно отозвался Александр. – С ним двенадцать пилотов. Выдвигаются к космодрому, прибудут примерно через четверть часа.

– Ты хорошо знаешь Сабурова? Он боевой офицер?

– Мы с ним почти незнакомы. В отличие от Балкашина он больше занимался строительством.

– Понятно. – Рощина такая новость не порадовала.

– Ты доложил ему о событиях?

– Да, по форме.

– И как он отреагировал?

– Похоже, он зол и растерян. Ничего конструктивного я от него не услышал.

– Спасибо, что предупредил. У меня к тебе просьба – загляни к Фричу, забери от него кибермодули. И отправь Ингу с Иваном в колониальный форт, к остальным. Дай им всепланетный вездеход. Справишься?

– Справлюсь.

Рощин мысленно переключил канал мнемонической связи.

– Инга?

Она откликнулась не сразу, прошла долгая пауза, прежде чем Рощин услышал ее мысленный ответ:

– Да, Вадим?

– Ты все записала?

– Конечно.

– В таком случае у тебя есть еще минут пять. Сделай резервные копии кристаллодисков. Заберешь их с собой. Сейчас Саша выделит тебе и Ивану всепланетный вездеход.

– Мы уезжаем?

– Да. Так будет лучше. Передашь резервные копии информации Илье Степановичу.

– Хорошо. Я сделаю. Только непонятно – зачем нам покидать космодром?

– Ради твоей безопасности, Инга. Тебе ведь не захочется отвечать на неудобные вопросы, верно?

Она промолчала.

– Мы увидимся? – Раздался, наконец, ее мысленный голос.

Вопрос прозвучал риторически, но Вадим ответил:

– Да. Обязательно. Когда все завершиться.

Минут через пять Вадим осуществил посадку, и только в момент, когда «Тень» коснулась опорами исковерканного стартопосадочного поля, почувствовал внезапно нахлынувшую, смертельную усталость.

Все.

Пока все…

С трудом подавив негативные ощущения, он отстегнулся от кресла, встал, спустился по выдвинувшимся ступеням открывшейся капсулы пилот-ложемента, и направился в кормовую часть машины, где располагалась аппарель.

Ступив на земную твердь, он отошел в сторону и остановился, наблюдая, как буксировщики убирают «Тень» в подземный ангар.

В рассудке галакткапитана теснились впечатления от завершившегося разведывательного вылета. Краем глаза он видел, как со стороны разрушенных построек наземного командного пункта к нему спешит человек.

Майор Сабуров… – Догадался он.

Галакткапитан повернулся, одновременно с движением стряхивая усталость, поднял забрало гермошлема, готовясь к знакомству со старшим офицером Пятого Резервного.