домами, по которой я «удирал», посветили фонариком.
– Никого, – ещё один мужской голос.
– Тут никого нет. Заявление писать будете? – поинтересовался голос со скептическими интонациями.
– Да, нет, обойдёмся, – отказался Елисей. – Отцу не рассказывайте, пожалуйста. Может, это пранк был…
– Что было?
– Ну, розыгрыш. Он махнул два раза прутом, не попал ни разу, потом повалил и пытался душить, но у меня даже следов на горле не осталось. Он резко ослаб или сделал вид, что ослаб, мне удалось вырваться, и я убежал. Скорее всего, кто-то так подшутить решил.
– Чьи-то шутки нашим ногам покоя не дают. Ладно, пойдём отсюда. Ещё у охранников спросим, может они кого видели.
Полиция с Елисеем ушли. Я сидел, прислонившись к стене, кое-как дыша и кое-как оставаясь в живых. Ползти на четвереньках до дома или гостиницы – так себе идея. Место, где я прятался, показалось мне достаточно заброшенным, чтобы кто-то случайно мог сюда забрести, поэтому я решил провести ночь здесь. Лёг на спину и постарался прислушаться к состоянию тела. Состояние так себе. Сердце работало странно, дыхание тоже работало странно. В каком-то искусственном режиме. При этом я ощущал в теле странную эмоцию недовольства. Типа «какого чёрта ты со мной это творишь?» Как-то вменяемо объяснить происходящее я не мог. Даже думать толком я не мог. Да и не хотел. Странные дела. Очень странные. Надо как-то переждать ночь. Что-то мне подсказывало, что сейчас минимум движения – это максимум пользы. Незаметно для самого себя я отрубился.
Глава 7
Утром я проснулся там же, где заснул, – на потрескавшемся асфальте между двух полуразвалившихся зданий возле каких-то разломанных ящиков. Совсем недалеко от моей несостоявшейся попытки нападения. Ну, или состоявшейся. Из ночного приключения выполненной согласно плану была только засада. Остальное под вопросом. Под кучей вопросов. Но все вопросы по поводу произошедшего оставим на потом. Есть текущие задачи. Их и будем решать в первую очередь. Итак, как я себя чувствую? Я прислушался к ощущениям тела. Вроде, всё работает как надо. Никакого странного дыхания и замедленного сердцебиения не наблюдалось. Полностью здоров и даже бодр. Осторожно встал. Первым делом снял с головы балаклаву, потом стянул кофту и повязал её на пояс. Перчатки тоже ни к чему. Снял. Лицо мокрое от пота, да и вся футболка им пропиталась. Самый важный вопрос отвечен: я жив и здоров. Второй вопрос: сколько времени? Не знаю, но утро уже не раннее. Да уж, не задалась суббота. Елисея не убил, сам чуть не сдох, на работу опоздал… Так, надо возвращаться в гостиницу. Меня, скорее всего, уже ищут. Я осторожно двинулся к выходу с территории завода. Вышел через проходную, которая располагалась на противоположном от «Снежной королевы» краю территории. Никто на меня внимания не обращал. Рабочий день был в разгаре, ворота открыты настежь. Посмотреть время негде, так как нет телефона. Но понятно, что уже ближе к двенадцати.
Пока шёл, решил отложить анализ произошедшего этой ночью на потом. Сейчас казалось суперважным придумать убедительную легенду для своей бригады, где я был этим утром и почему опоздал. Надо было как-то оправдываться перед коллегами. Учитывая, что после Семёныча в бригаде главным был я, то такая неявка на работу вовремя и без предупреждения была серьёзным залётом.
Наконец я добрался до гостиницы, сразу пошёл в номер и переоделся. На часах было одиннадцать тридцать. Ну, не так страшно. Потом пошёл в подсобку и переоделся ещё раз уже в рабочую одежду, после чего вышел к Димону во внутренний двор гостиницы.
– Привет, Дим. Семёныч тут?
– Здорово, Маугли! Да, тут, ходит о тебе беспокоится, называет тебя плохим подонком, придумывает тебе всё новые и новые виды интима. Даже интересно, что из озвученного тебе придётся осуществить, я бы на твоём месте поставил вопрос на голосование, так как всех вариантов тебе не исполнить, дай бог первые три, – порадовал меня радужными перспективами Димон.
– Интим – штука не публичная. Так что не жди большого шоу, но как друга тебя прошу, набери знакомому проктологу и хорошему слесарю, могут понадобиться оба. Я иду к Семёнычу. Запомни, как я выгляжу, Димон! Может быть, придётся потом собирать меня по частям, хоть будешь совет давать, что к чему прикручивать.
– Давай иди, все остальные тоже там, верхний этаж достраивают.
– Ладно, интима бояться – без зарплаты остаться. Пойду.
– Тебя этой мудрости не Крокодил с Экскаватором научили? – усмехнулся Димон и повернулся к бетономешалке.
Семёныч, увидев меня, поступил неожиданно. Я ожидал громкого нагоняя, приготовился импровизировать в ответ, но не пришлось. Босс молча спустился с лесов, причём в манере очень похожей на мою – по наружной стороне, игнорируя все правила техники безопасности, подошёл ко мне, мотнул головой, приглашая отойти подальше.
– Рассказывай, Маугли. Что происходит? – серьёзно посмотрел на меня Семёныч.
Захотелось рассказать всё как есть, но если происходящее вызывало вопросы у меня самого, то чего ждать от относительно постороннего человека. Нет, рассказывать вообще всё я был не готов. Буду врать. К счастью, это у меня неплохо получается. Мне верят.
– Семёныч, помнишь ту историю с психушкой? – босс кивнул. – Так вот, у меня всё ещё отходняк. Я стал залипать как раз после неё. Меня чем-то накачали. Они не распознали, что я под алкоголем и думали, что я сумасшедший. Мне кажется, то, чем меня обкололи, сработало как-то не так. Я с тех пор и туплю. Но уже меньше. Чувствую, что всё проходит.
– А нам сказали, что витаминками тебя напоили и всё…
– Не знаю, что там за витаминки, но отходняк у меня продолжался долго. Память вообще о том, что было, отрубило полностью. Да и восстановиться всё никак толком не получается.
– А сегодня почему опоздал? Телефон в номере, дома тебя нет. Никого не предупредил. На тебя непохоже.
– Что не предупредил, косяк. Я бегал. Просто решил пробежаться, чтобы вся дурь вышла, – врал я. Но от меня чего-то такого могли ожидать. Семёныч признаков недоверия не выказывал. Просто внимательно слушал. – Ну, вот я с полвосьмого утра и побежал. Думал, пробегусь и даже не опоздаю. Но что-то нашло, думаю, надо ещё бежать. И бегал, пока себя более-менее здоровым не почувствовал. Телефон не брал, за временем не следил.
– Так ты что, три часа бегал?! Это же примерно
