песком. Я не мог открыть глаза мгновенно, поэтому уже чуть ли не на автомате включилось Восприятие. Головная боль ударила в ответ так, что намёком это уже не назвать, это предупреждение. Жёлтая, сука, карточка. Всё, извините, Восприятием не пользуюсь! Но тем не менее я успел «увидеть», что справа от меня на корточках сидели два мужских тела, одно отряхивало руки, за ними стояли ещё два человека, судя по отчётливому наклону голов в мою сторону, все четверо смотрели на меня. Все в одежде, то есть не отдыхающие.
Раз телефон молчал, значит часа не прошло. Я сел и начал аккуратно трясти головой, чтобы песок ссыпался с глаз. Открыть их сразу было бы неправильно. При этом пытался понять, что за клоуны ко мне подвалили. Голова болела сильно. Усталость никуда не делась, может, даже усилилась. Настолько хотелось спать, что несмотря на странность ситуации я вполне серьёзно рассматривал вариант прекратить прочищать глаза и снова завалиться на песок. Трясти головой тоже не получалось. Мог только аккуратно покачивать ею. Тело было неспособно на быстрые действия. В итоге я кое-как прочистил веки и посмотрел на хулиганов, которые всё это время сидели молча. Ох. Ну, что за невезуха. Я постарался собраться. Получилось только умственно. Тело отказывалось собираться, напрягаться и вообще всячески намекало, что если я сейчас просто лягу на песок, то это наилучший вариант развития событий. Ситуация меня начала напрягать, мне не нравилось ни моё состояние, ни моё окружение. Когда я волнуюсь, я могу сказать либо обидные, либо глупые вещи. Либо и то, и другое
– О, Николай, приветствую! Ты чего песком кидаешься? – как можно более дружелюбно поприветствовал я, – Я твой совочек и ведёрко не брал. Вон у них иди спроси!
Я вяло кивнул на детишек, которые самозабвенно что-то лепили на берегу.
– Здравствуй, ублюдок, – зло прошипел Николай, – теперь не побегаешь.
– Бегать вообще не хочется. Ты уже показал, что в беге не силён. Двойка тебе по этой дисциплине. Ты что следишь за мной? Тебе мало друзья внимание уделяют? – в одном из стоящих на ногах мужчин я узнал того, что спрашивал меня о пропуске. – Вы что дободались до меня, клоуны? Коля, ты что шипишь, как утюг перегретый? Ты сам ублюдок, я тебе это уже говорил, и сейчас повторяю. Что за наезды? Ну получил ты по морде, так сам же начал. Что ты обижаешься, как проститутка неоплаченная?
Их четверо, я один, но как-то осторожничать в общении с этими придурками не хотелось. Они что вообще о себе думают? Пусть я и чувствовал себя так, что выжатый, а потом высушенный лимон по сравнению со мной – эталон бодрости и свежести, но показывать этим уродам, что я их боюсь, мне не хотелось. Не красиво это. С удивлением, осознал, что действительно не боюсь. Но, наверное, не потому что так уверен в себе, а потому, что мне очень хреново и меня хватает только на злость. Неожиданно даже для себя я зевнул. Чем выбесил Николая даже больше, чем словами.
– Да ты охренел, сука, – Николая прям потряхивало.
– Сам сукааа, – продолжая зевать не напрягся с ответом я.
Блин, да у меня инстинкт самосохранения вообще работает?! Их четверо, я даже не уверен, что могу на ноги встать сам, настолько тело в ауте, а хамить умудряюсь, будто меня взвод спецназа охраняет. Странное состояние, да и ситуация неприятная.
Ситуация тем временем очень быстро сменила статус с «неприятная» на «отвратительная». Белобрысый мужик в зеркальных очках, который стоял позади Николая, как-то очень плавно и грациозно переместился поближе ко мне, наклонился и ударил меня кулаком в скулу. Я упал набок. Мои сверх-супер-мега-способности даже не намекнули на своё присутствие. Николай встал и врезал мне ногой в живот. Нога, ударяющая в живот, – что может быть хуже? Наверное, та же нога, бьющая по яйцам. Но и в живот стрёмно. Стало больно, но даже скрючить тело от боли мышцы отказывались. Да что за хрень со мной происходит?! Тело работало очень и очень плохо. Мышечные волокна превратились в раздавленных дождевых червей и сокращаться категорически отказывались.
– Да он, по ходу, бухой! – предположил хриплым голосом один из коллег Николая, заметив моё неадекватное состояние.
– Берём его. Научим придурка здоровому образу жизни, – зло хихикнул Николай. Вот же человек – абсолютно всё пропитывает злобой. Очень непозитивный тип. Но воспринимать его как источник опасности я отказывался. Я вообще многое воспринимать отказывался.
Меня подняли, быстро и больно заломали руки и куда-то потащили.
– Ты смотри, как нажрался, – отчётливо прокомментировал на публику хриплый, – тащите его в машину
Глава 8
Очень быстро стало понятно, куда именно меня тащили. Чёрный фургон Мерседес Спринтер. Происходящее мне нравилось всё меньше. Как-то не укладывалось в голове, что в отношении моей скромной персоны целая спецоперация осуществляется. Прям, похищают. Ну, получилось так, что в драке я сбил с ног Николая, но ведь это просто драка. После неё кулаками не машут. А тут чуть ли не кровную месть мне устроили. Несправедливо и неадекватно. Так неправильно! Обида и справедливый протест, смешавшись, очень быстро кристаллизовались в чувство бешенства. Вот буквально несколько секунд назад я был относительно спокоен, и вот уже хочу только одного – порвать этих уродов голыми руками. Слишком много я всего пережил за последние дни, хорошего и плохого. Ещё суток не прошло, а я чуть не убил человека, чуть не умер сам, почти научился пользоваться суперспособностью и попал под откат от неё же. Не так давно меня под какой-то наркотой подвергли внушению и пыткам, мою голову засрали какими-то приказами. И тут ещё эти козлы! Ну просто вишенка на торте! Очень нехорошие эмоции меня переполняли и требовали выхода. Моя личная шкала бешенства была заполнена. Вот никогда никого так не ненавидел. Хотя вру. Персонал психушки все-равно лидирует в этом плане. Нельзя сказать, что по жизни не сталкивался с мерзавцами и подонками, но никому из них не удавалось настолько меня разозлить. Убью тварей. Я уже не очень понимал, каких именно тварей: психиатров или Николая и компанию Мне бы заорать, но ненависть туманила разум. Никто из присутствующих никак не попытался помешать происходящему. Видимо их смущало, что в компании тех, кто меня тащил были люди в форме ЧОПа.
Твари тем временем оправдывали весь тот негатив,
