– Все в порядке.
Собрав волю в кулак, она встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.
– Думаю, что у тебя найдется подходящая лошадь для меня?
Он нахмурился, но не стал настаивать на ответе.
– Твой отец прислал Дестини вчера вечером.
– Как чудесно! Тогда увидимся за завтраком.
Фальшиво улыбаясь, она выскочила из комнаты и закрыла за собой дверь, оставив его наедине с вопросами, на которые он так и не получил ответа.
Он мчался верхом, и ветер взъерошивал его волосы: Роган ощущал себя в своей стихии. Он и его молодая жена скакали через поля. Роган позволил Гефесту вести, и окружающий пейзаж смешался в пеструю ленту из зеленых деревьев и травы. Дестини не отставала от вороного жеребца, и Кэролайн запрокинула голову и засмеялась, наслаждаясь свободой и скоростью.
Роган повернул голову, очарованный ее смехом и счастливым лицом. Ее карие глаза светились, а на щеках разлился румянец. Она была опытной наездницей и держалась в седле с грацией, которой можно было позавидовать. Двигаясь в такт с лошадью, она без боязни смотрела вперед.
Она никогда не была более прекрасной. И более желанной.
Они проскакали через холм и направились к главной дороге, ведущей в город. Они не имели четкого маршрута, им было просто хорошо вдвоем. Когда копыта лошадей коснулись земли, до них вдруг донесся громкий звук, прозвеневший в воздухе угрожающим эхом. Гефест дернул головой и потерял скорость, бросившись на отчаянное лошадиное ржание. Дестини отреагировала точно так же, в нерешительности переступая и шевеля ушами. Она мотала головой из стороны в сторону.
Ржание повторилось снова. Кэролайн взглянула на Рогана, и он кивнул. Одновременно они пустили своих лошадей вскачь, чтобы спасти несчастное животное.
Спустя несколько минут их взорам открылась ужасающая картина. Молодой человек, судя по его одежде принадлежавший к благородному сословию, стоял у обочины дороги. Он привязал лошадь к дереву и нещадно бил животное рукояткой кнута. Лошадь снова заржала, пытаясь высвободить голову, опущенную к земле так, чтобы она не могла видеть, что делает ее хозяин. На гнедом боку виднелась кровь.
Кэролайн натянула поводья: вид животного, терпящего такие муки, привел ее в ужас. Роган же пришел в неистовство – он едва не наехал своим вороным на мучителя. Он спрыгнул с Гефеста еще до того, как тот успел остановиться. Роган схватил обидчика за кисть, выбив у него из рук кнут.
– Какого черта, что вы себе позволяете? – воскликнул незнакомец, резко разворачиваясь к Рогану. – Немедленно верните мой кнут.
Роган схватил мужчину за горло и отбросил его к дереву, другой рукой хватая кнут.
– Только после того, как я пройдусь им по тебе.
– Роган! – воскликнула Кэролайн.
– Вы с ума сошли! – прохрипел мужчина.
– Нет, это вы сошли с ума, если решили, что можете безнаказанно избивать беззащитное животное.
Роган ударил кнутом о дерево, и хлыст прошелся всего и нескольких сантиметрах от лица мужчины.
– Назовите хоть одну причину, почему я не могу поступить точно так же с вами.
– Нет, остановись! – Избавившись от шока, Кэролайн быстро спешилась и рванулась к ним. – Роган, отпусти его.
– Только после того, как он ответит на мой вопрос. – В его глазах был гнев, он склонил лицо близко к незнакомцу. – Назовите хоть одну причину, почему я не могу поступить точно так же, – он снова ударил кнутом о дерево, заставив незнакомца часто заморгать, – с вами.
Мужчина попытался ответить, но, очевидно, он не мог этого сделать, так как пальцы Рогана лежали на его горле железной хваткой. Его лицо приобретало угрожающе красный оттенок, и он цеплялся за руку Рогана, впрочем, без иен кого успеха.
Кэролайн обошла дерево так, чтобы она могла видеть глаза своего мужа. Ярость, овладевшая им, приводила ее в трепет. Ее сердце стучало так громко, что ей казалось, этот звук слышен за милю.
– Роган, прошу тебя, отпусти его.
– Ты видела, что он делал с этим животным? – требовательно спросил он, и его голос звучал низко и угрожающе.
– Я вижу, что ты делаешь сейчас с ним. – Она протянула дрожащую руку и, боясь, что его гнев сейчас обратится на нее, коснулась его рукава.
– Прошу тебя, Роган, ради меня. Он бросил на нее косой взгляд, а затем вдруг отбросил мужчину в сторону. Тот согнулся, кашляя.
– Я проверю, как чувствует себя кобыла. – Роган направился к лошади.
Кэролайн воспользовалась моментом, чтобы прийти в себя: она закрыла глаза и попыталась утихомирить бешеный стук своего сердца. У нее дрожали руки и подгибались колени. Ей казалось, что она сейчас рухнет без сознания, но самым главным было то, что ей удалось отвлечь внимание Рогана.
Она подумает о последствиях позже.
Какой-то посторонний звук напомнил ей, что они здесь не одни. Она повернулась к обидчику лошади.
– С вами все в порядке?
– Он безумец, – все еще кашляя, произнес незнакомец; и указал пальцем в направлении Рогана. – Я могу заявить о его поведении в магистратуру.
– Тогда сразу заявите и о себе, – ответила Кэролайн, не скрывая раздражения. – Только чудовище может так обращаться с лошадью.
Мужчина замер и прищурил глаза.
– Мадам, я смотрю, вам храбрости не занимать! Ваш муж оскорбил меня, но при этом вы еще называете меня чудовищем.
– Мой муж не позволяет себе жестокого обращения с беззащитными животными.
– Он предпочитает демонстрировать жестокое обращение; своим человеческим собратьям. – Незнакомец бросил в ее сторону высокомерный взгляд, вздернув свой тонкий заостренный нос. – Могу ли я узнать ваше имя, мадам?
– Я леди Кэролайн Хант, дочь герцога Белвингема, – отмстила она в таком же высокомерном тоне.
Мужчина побледнел.
– Дочь Белвингема? – прошептал он.
– Не говоря уже о том, что она моя жена, – прорычал Роган, возвращаясь к ним. – Помните об этом, прежде чем решите высказать какое-то замечание.
Кэролайн повернулась и встала между незнакомцем и своим мужем.
– Роган, успокойся. Мы не решим вопрос в ссоре.
Он одарил ее холодной белозубой улыбкой.
– Я решу его сам.
Он попытался обойти Кэролайн, но она шагнула к нему и остановила его, положив руки ему на грудь.
Он замер и взглянул на ее пальцы, коснувшиеся его темно-синего сюртука.
– Кэролайн, не стой у меня на пути.
– Нет. – Она заставила себя взглянуть в его глаза, серые прекрасные глаза, которые сейчас были словно затуманены грозой. Ей было достаточно заметить их выражение, чтобы у нее пересохло во рту от волнения. Ее сердце снова начало бешено стучать.
– Я не сдвинусь с места.
Он опустил голову так, чтобы их взгляды встретились.
