– Я не сдвинусь с места.
Он опустил голову так, чтобы их взгляды встретились.
– Я не хочу причинять тебе боль.
Его тон заставил ее на секунду усомниться в правильности своих действий, но она решила идти до конца.
– Тогда не причиняй мне боли. Прошу тебя, позаботься о лошади. Позволь мне самой уладить вопрос с этим джентльменом.
– Лошадь меня и близко к себе не подпускает. – Он послал гневный взгляд в сторону мужчины за спиной Кэролайн. – Этот подлец испортил животное.
Мужчина попытался возмутиться, но Кэролайн посмотрела на него столь выразительно, что он благоразумно промолчал.
– Что ты хочешь сказать, Роган?
– Я хочу сказать, что она и близко меня к себе не подпускает. Я не могу помочь ей. Она в шоке.
Он снова злобно взглянул на джентльмена.
– Она не подпускает тебя? – Кэролайн поджала губы. – Тогда это дело серьезное. Мистер… Простите, но, по-моему, вы не представились.
Хозяин лошади часто заморгал своими водянистыми голубыми глазами, удивившись перемене темы.
– Меня зовут мистер Джером Петерсон.
– Джером Петерсон, – медленно повторил Роган, словно желая навсегда запомнить это имя.
– Вы слышали, что сказал Роган, мистер Петерсон? Вы настолько дурно обошлись с животным, что оно никого к себе не подпускает.
Петерсон надул губы.
– Эта проклятая кобыла никого не слушает. Что мне оставалось делать?
Роган ткнул мужчину кнутом в ребра.
– В присутствии моей жены следите за своим языком, Петерсон.
– Примите мои извинения. – Петерсон вытащил носовой платок и вытер лицо. – Я выиграл эту лошадь, но это был худший выигрыш, который только можно было получить. Она не подчиняется ни одной из моих команд, разве вы не видите этого сами?
– Битьем покорность не получишь, – прорычал Роган.
Кэролайн все еще упиралась руками в его грудь. Хотя он не пытался броситься на обидчика, она ощутила, как напряглись его мышцы.
– О? – Петерсон с пренебрежением посмотрел на Рогана. – И вы, как я полагаю, имеете право так говорить, потому что являетесь признанным экспертом, сэр?
– Я Роган Хант из Хант-Чейз, – процедил сквозь зубы Роган.
Петерсон побледнел как полотно.
– Хант из Хант-Чейз? – повторил он ослабевшим голосом. – Тогда вы действительно должны кое-что знать о лошадях.
– Да, кое-что, – согласился Роган, нетерпеливо стуча кнутом по сапогу.
– Послушай меня, Роган, – сказала Кэролайн, пытаясь успокоить мужа. – Мистер Петерсон, может, нам удастся договориться?
– Договориться? – повторил Петерсон.
– Как договориться? – спросил Роган, прищурив глаза и обратив взгляд на свою жену.
– Мистер Петерсон выиграл эту лошадь, и он не доволен своим приобретением. Мы бы могли заключить сделку и выкупить эту лошадь. Он получит выигрыш в той форме, которая его удовлетворит в гораздо большей степени… – Она дипломатично улыбнулась Петерсону. – А мы приобретем новую лошадь для наших конюшен.
Как только речь зашла о деньгах, глаза Петерсона разгорелись.
– О, я был бы счастлив продать вам эту лошадь.
Роган несколько минут хранил молчание, только выразительно глядя на Петерсона.
Кэролайн гладила его по руке, пытаясь отвлечь его внимание. Она хотела улыбнуться ему, хотела растопить лед ярости, который отбирал у нее знакомого и родного ей Рогана.
– Это хорошее решение, Роган, прошу тебя.
После нескольких минут раздумий Роган резко кивнул.
– Я делаю вам предложение, Петерсон, – с угрозой в голосе сказал он. – И я советую вам принять его, после чего вы покинете это место со всей возможной поспешностью, если не хотите, чтобы я прошелся хлыстом по вашей спине.
– Приезжайте к нам домой вечером, и мы уладим все финансовые вопросы, – сказала Кэролайн, когда сделка была озвучена. – Мы живем в Риверсайде, сразу за холмом. Мой муж выпишет вам чек.
– Да, – согласился Роган, но его улыбка была скорее невежливой, чем угрожающей.
– Прекрасно, – сказал Петерсон, попытавшись приблизиться к кобылке, но Роган встал между ним и раненым животным.
Кэролайн все еще не отпускала руку мужа.
– Петерсон, вы больше не будете ездить на этой лошади.
Тот перевел взгляд с Гефеста на Дестини.
– Как и ни на одной из лошадей, принадлежащих мне, – заключил Роган. – Я не допущу плохого обращения с моими животными.
Гнев исказил черты джентльмена.
– Да кто вы такой…
Роган шагнул к нему навстречу, стряхнув руку Кэролайн, и наклонился к Петерсону.
– Ты пойдешь пешком, понятно? Ты получишь свои деньги, но больше ты никогда не обидишь ни одно животное.
Петерсон открыл было рот, но затем передумал спорить. Повернувшись на каблуках, он отправился прочь, всем своим видом демонстрируя негодование.
Роган наблюдал за тем, как удалялся этот господин, а затем резко повернулся к Кэролайн.
– Почему ты встала между нами? У тебя нет благоразумия!
Она открыла от удивления рот.
– Но я не могла позволить тебе убить его.
– Я бы не убил его, лишь проучил бы немного за то, как он обращается с лошадьми. Он заслуживает хорошей порки.
Кэролайн все еще не могла прийти в себя от того, как легко Рогана охватывает ярость.
– Существуют другие способы решения проблем. Не обязательно сразу пускать в ход кулаки.
– Может, мне надо было обратиться к нему с петицией? – язвительно спросил Роган. – Так решает свои проблемы герцог?
– Нет, мой отец задал бы хорошую взбучку этому господину, а потом бы применил свои связи для того, чтобы закрыть ему доступ в свет.
– У меня нет такой силы влияния, – горько заметил он. – Без лошадей, которыми мы были знамениты, я никто.
– Это не дает тебе права обрушивать свой гнев на всякого, кто тебе не угоден. Так реагируют дети. Взрослые пытаются договориться. Ты не ребенок.
Он напрягся.
– Нет необходимости мне об этом напоминать.
– Тогда докажи это. – Она покачала головой, испуганная тем, какие перспективы ей открывало будущее. – Роган, я замужем за тобой всего один день и уже задаю себе вопрос, а смогу ли я выдержать твой характер.
– У нас нет выбора. Дело сделано.
Она встретила его взгляд с решительностью, которой уже долго не ощущала в своем сердце.
– Выбор есть всегда.
Она отвернулась, желая положить конец спорам.
– Итак, что ты сказал о лошади?
До ее слуха донесся резкий щелчок. Она испуганно повернулась. Роган разломал кнут пополам. Она в напряжении замерла, и повисшее между ними молчание было красноречивее слов. Наконец он взглянул на сломанный хлыст, и на его лице отразилось отвращение. Он отбросил обломки в заросли.
Кэролайн выдохнула так, словно она только что чудом избежала опасности.
