— Да, ты права, Василиса. Впредь я буду сдержан в твоем присутствии. Надеюсь, ты простишь меня? Что возьмешь с монстра? Верно?
Прежде чем, я успела что-то сказать, Алехандро вскочил со своего места и с кривой улыбкой моментально исчез из кухни. Я осталась одна. Только теперь, до меня стало доходить то, как сильно обидела Алехандро. Как помириться с ним я не знала, поэтому продолжала тупо сидеть над остывшей едой. Долго мне скучать не пришлось. Послышался мелодичный звон открываемой двери, взволнованные шаги отца и его гневный окрик:
— Василиса! Иван! Живо ко мне!
XXI
— Класс! Супер! — потрясенно воскликнул Ванька, с интересом рассматривая мои клыки.
Мы сидели вдвоем на диване напротив потрясенных родителей. Братец уже битых пятнадцать минут разглядывал мои зубы, проверяя длину клыков, их остроту и теперешний прикус, приподымая верхнюю губу. Мне было неловко и досадно. Время от времени я бросала встревоженные взгляды на молчаливых родителей, которые с огромным трудом переваривали мой эмоциональный рассказ о походе к Мерраву. Конечно, мне пришлось рассказать все о том, что произошло в старом доме с того момента, как я переступила порог вампирской обители. Скомканный рассказ о сексуальных пристрастиях Меррава и Славентия нисколько не удивил родителей, а скорее разозлил.
— Ванька! — пробурчала я, отодвигаясь от брата. — Ты еще мне в рот свою голову положи.
— Я тоже такие хочу! — заныл братец, оборачиваясь к родителям, словно они могли ему чем-то помочь.
Я не выдержала уморительного вида Ваньки и расхохоталась. Настолько он был смешон в данный момент со своей странной просьбой.
— Заметь, братишка, мне даже готовиться на Хэллоуин не надо — клыки уже есть. Остался только костюм вампирши, и я буду неотразима в следующую пятницу.
— Неее, это не справедливо! — завистливо заныл Ванька. — Ма, па! Ну, что это за дела! Я хочу быть графом Дракулой! Почему у меня нет клыков?! А ведь мы с Васькой близнецы! У нас должно быть все одинаковое.
— Не близнецы, балда! — отрезала я и тут же нравоучительно прибавила. — А двойняшки! Мы разного пола, а это значит, что изначально были разные яйцеклетки и зачали нас тоже разные сперматозоиды! Ты, мелкий, вечно был моим соседом!
— Чего? — прогудел Ванька и густо покраснел.
— Того! Биологию надо было учить в школе, а не прогуливать с Анькой, — наставительно изрекла я.
— Я учил! — упрямо твердил Ванька.
— Угу, я знаю, как ты учил! — отозвалась я и с ухмылкой подколола братца. — На практике? Надеюсь до этого не дошло, чтобы раздавать всем детям нашего района конфеты и жвачки?
Мама густо покраснела и отвела глаза. Отец нахмурился и сверлил мое смеющееся лицо, даже не пытаясь унять нас. Алехандро издал странный смешок. Вообще-то вампир все это время сидел в дальнем углу гостиной с отсутствующим выражением лица. С помощью неимоверных усилий воли мне удалось удержать взгляд на недовольном лице отца и не обернуться в сторону испанца. Я была все еще зла на него, хотя положа руку на сердце, больше досадовала на себя.
— Перестань! — снова заныл Ванька, когда сообразил, что родители не станут за него заступаться.
— Ой, какие мы обидчивые! — продолжала я дразнить брата, правда присутствие Алехандро несколько сдерживало меня.
— Замолчали! Оба! — гаркнул отец и властно стукнул кулаком по подлокотнику дивана. — Тихо, я сказал!
Мы моментально замолчали, выпрямились на диване и удивленно уставились на отца. Папуля еще никогда не разговаривал с нами в подобном тоне. Даже мама это заметила и тихо прошептала:
— Дэн, может не надо так строго с детьми?
— Не надо? — искренне изумился отец. — Лена, дети совсем распоясались. Совершенно нас не слушаются! Дожили!
Мама испуганно вжалась в диван и посмотрела на отца. Его гневный взгляд метал в нас молнии.
— Алекс, — отец обратился к вампиру. — У тебя есть соображения насчет случая с моей дочерью?
— Василиса права насчет зачатия, — отозвался Алехандро. — Не сомневаюсь, что у вас были возможности зачать ребенка, когда ты, Дэн, был еще вампиром.
Я упрямо разглядывала свои ногти, с удовольствием слушая мелодичный баритон вампира. Мама смущенно крякнула и слабо запротестовала:
— Алекс, но не при детях же…
— Елена, прошу прощения, но ваши дети уже все знают и понимают, — вежливо отозвался испанец. — Тем более что двойняшкам скоро по восемнадцать. Верно?
— Да, — сдержанно согласился отец. — Наши дети уже выросли и 31 октября у них День Рождение.
— На День всех святых…, - задумчиво произнес Алехандро.
Я бросила быстрый взгляд на говорившего вампира. Теперь его бледное лицо было встревоженным.
— Это страшный день, — продолжал вампир. — Языческий праздник, который праздновали кельты задолго до того, как появилось христианство. Возможно, Меррав каким-то образом узнал о том, что можно принести в жертву демонам не только животных, а и людей…
— Откуда ты это взял? — суеверно прошептал отец.
— Информаторы, — небрежно заявил вампир. — Они отлично поработали. Правда первоисточник так и не добыли. Меррав его надежно прячет.
— Он хочет принести в жертву моих детей? — срывающимся от волнения голосом прошелестела мама.
— Да, чтобы заручиться поддержкой темных сил в борьбе с Лилит.
Я невольно замерла на месте, охваченная ужасом.
— С целью защитить людей, священники Друидов проводили дьявольские церемонии поклонения тёмным силам, во время которых в жертву приносились лошади, коты, чёрные овцы, буйволы, а также люди. Они помещались в отдельные клетки и сжигались целиком. Это всё делалось с целью ублажить Саману и защитить себя от злых духов, — как по писанному продолжил Алехандро. — Исторически Хэллоуин является языческой традицией и днём оккультного поклонения. В нём нет ничего христианского…
— Возможно, что и Лилит хочет принести в жертву моих детей? — спросил отец.
— Возможно, — эхом подтвердил вампир. — Иначе здесь не было бы Мигеля.
— Самана — очень влиятельный демон, — прошептал отец. — С ним Меррав выиграет битву.
— А что, демоны существуют? — удивленно пропищала я.
— Да! — с жаром ответил отец. — И это не выдумки и сказки.
— Плохо! — вздохнула я. — Очень плохо…
— Да, плохо, — отозвался Алехандро. — Если Меррав доберется до тебя и твоего брата, то… Боюсь даже представить, что будет.
Я резко повернулась к вампиру и в упор взглянула на него.
— Что? Что будет? — требовательно спросила я.
— Демоны вселяться в вампиров, равновесие будет потеряно и это неизбежно повлияет на людей, — ледяным тоном отозвался испанец, а его глаза замерцали странным огнем.
