Читаем без скачивания Маг моего сердца - Марина Дробкова

Девушка ахнула.

– Какое красивое! Это мне, шеф?

– Почти. Вернее, – тут же поправился он, когда Линда вскинула на него удивленный взгляд, – оно будет твоим, как только ты им воспользуешься.

– А как? – она захлопала ресницами.

– Я объясню тебе, куда ехать и что там нужно будет сделать с кольцом. Но помни: ты должна выполнить все в точности!

– О, не сомневайтесь, шеф! Для вас я сделаю все что угодно!

«Надеюсь», – подумал Ральф.

– А сейчас – одевайся! – распорядился он.

И тут же потеряв к девушке интерес, уселся за стол писать инструкции.

Пока Линда натягивала брюки и застегивала жакет, он как раз закончил. Вложив записку в узкий конверт, он протянул его девушке.

– Это письмо ты вскроешь не раньше, чем попадешь в тот мир, куда я собираюсь тебя отправить. Запомнила?

Линда с готовностью кивнула.

– Выезжаешь сегодня же. А теперь слушай, как добраться.

Потянулись длинные однообразные дни. Ральф почему-то не давал мне заданий, и я маялась бездельем. С утра совершала пробежку, плавала в озере, чтобы быть в хорошей форме и не растолстеть от сидения на месте. Потом либо торчала в библиотеке, либо занималась танцами – сейчас это модно среди креадоров. Всех охватило танцевальное безумие. И не просто дергаться под музыку предпочитали маги, о нет! В почете были сложные фигуры, быстрые движения, огненный темперамент! Фламенко, самба, танго – вот что здесь танцевали в свободное от работы время. Впрочем, первые два танца меня не слишком увлекли – попробовала, поняла, что в принципе получается, и бросила. Не мое, наверное. А вот танго… Оно необыкновенное. Волшебное. В нем я нашла утешение. Особенно после того, как все попытки отыскать хоть какие-то следы моего случайного знакомого из поезда оказались тщетными.

Сначала я никак не могла заглянуть в реестр: комната с документами вечно оказывалась закрытой, ключ приходилось искать по всей резиденции, и ни у кого его не находилось: ни у архивариусов, ни у дежурных магов. Просить же второй ключ у Ральфа – означало в открытую заявить о своих намерениях. А мне было неудобно перед ним.

Наконец однажды, войдя в кабинет и не застав там Верховного, я с удивлением обнаружила ключ просто лежащим на столе – обычно Ральф не забывает убирать такие вещи с глаз долой. Не то чтобы в реестре содержалась сверхсекретная информация, да и при необходимости у любого контролера моего ранга был доступ к информации, но это было признаком беспорядка. А Верховный предпочитал строгий порядок во всем. Однако мне было не до раздумий: схватив ключ, я кинулась вон из кабинета, по коридору, вверх по лестнице – в то крыло, где находилась комната с документами.

Увы, можно было не торопиться.

Все, что лежит на виду, не имеет ценности – так обычно говорил Ральф, и мне стоило бы запомнить это.

Я перерыла все папки со снимками. Просмотрела каталоги аур. Отдельно заглянула в каждое досье на лекарей, аналитиков, духоборцев… Ничего и нигде. Искать по фамилии я не могла, поскольку не знала ее. Оставалось наугад тыкаться в неисчислимые описания миров и их хозяев. Но, во-первых, даже после всех этих неудачных поисков я сильно сомневалась, что тот, кто мне нужен, может быть креадором – слишком уж большой риск. А во-вторых…

Часть банка данных по мирам куда-то исчезла.

Я собиралась было подключить к поискам Линду, рассудив, что секретарь лучше меня разберется в документах. Тем более удачный результат поиска полностью отвечал бы ее интересам. Но, как назло, и Линда куда-то запропастилась. Позже я узнала, что Ральф отпустил ее отдохнуть – вот уж никогда не подумала бы, что она согласится. Я бы добровольно не оставила мужчину, испытывая к нему такой интерес, как она к Ральфу.

Совершенно расстроенная и разбитая, я бросилась в океан танго, ища в нем забытье и успокоение. Ральф не танцевал со мной – во-первых, был занят, во-вторых, стал заметно прохладнее. Что ж, я ведь сама этого добивалась. Постоянного партнера в танце у меня не было, им становился либо кто-нибудь из контролеров, в перерывах между поездками, либо наш здешний «офисный планктон», а чаще это были архивариусы – два степенных мага в годах, но удивительно галантные. Особенно поражал один из них. Он очень плохо видел – говорят, в работе он ориентировался на ощупь и по ауре. В танго же он как будто жил. Ему не нужны были глаза, хватало ощущений. Это было удивительно.

– Танец может много сказать о человеке, Неумолимая, – говорил архивариус, и на губах его играла мечтательная улыбка. – Больше, чем слова. Чем аура даже.

– А о креадоре? – однажды спросила я, и так зная ответ. И он не разочаровал меня.

– Креадор в танце совершенно открыт. Практически обнажен. Ему не спрятаться, не ввести никого в заблуждение. Танец для креадора – как зеркало души.

Зеркало… Я вспомнила зеркало в нашей академии. Мне так и не удалось посмотреться в него после того, как я ее закончила.

– А что вы можете сказать обо мне, магистр? – грустно спросила я после того, как мы закончили тур.

– О Неумолимых я предпочел бы помалкивать, – пытался отшутиться архивариус, но потом все-таки добавил: – Вы не очень счастливы, Бренна. Но это временно.

Больше я не задавала ему вопросов.

Прошел месяц. Второй. Третий. Успела вернуться Линда – и очень скоро я поняла, что уж она-то точно нашла свое счастье. Да и искать далеко не надо было: Ральф всегда поблизости. Она ведь не контролер, в разъездах не бывает. Ральф будто перестал меня замечать – смотрел мимо, с вопросами не обращался, поручений не давал. Испытывая недоумение: почему же он держит меня в резиденции, если не хочет видеть, я несколько раз намекала ему, что неплохо бы отправить меня с миссией. Но он попросту игнорировал любые намеки. Лишь однажды попросил освежить навыки владения артефактами. Я с радостью ухватилась за это занятие: от полного бездействия становилась раздражительной и чувствовала себя пустым местом.

В резиденции имелась собственная площадка для миротворения. Правда, миры здесь не возводились: в нашем округе почти полностью отсутствовала мана. Это место специально было выбрано для резиденции контролеров, дабы не создавать помехи, – в отличие от главного офиса, где маны было в избытке. Ибо как же обойтись без нее главным магам-творцам. В основном площадку использовали как раз в тренировочных целях.

Воздействий, которые оказывают артефакты, мы знаем всего четыре. Предметы и делятся по характеру действий. Первые, и главные, – созидающие. С их помощью можно творить – строить, например. Или создавать существ, если нет матриц. Вторые – защитные. Это всевозможные тотемы и талисманы, они известны каждому ребенку-магу и действуют сами по себе (никто, даже ведущие маги не знают – как). Третьи – усиливающие. О, с одним из таких артефактов мне пришлось столкнуться в академии. И я хорошо запомнила, насколько действие такого предмета может быть опасным. Они, пожалуй, самые сложные в обращении, тут необходимы навыки и недюжинная смелость. А вот последние – самые простые. Артефакты-разрушители. Практически не требуют дополнительных знаний, действие их молниеносно, но, увы, необратимо.

За несколько недель я потренировалась работать и с созидателями – того клочка маны, которым располагала резиденция, для артефакта хватило, – и с разрушителями, уничтожая то, что построила. Усилителей Ральф мне не выдал. В тот день я как раз собиралась напомнить ему о них, как вдруг он вызвал меня к себе, даже оторвав от танго.

Извинившись перед архивариусом, я, как была – в облегающем синем платье с разрезом на боку, удобном для танцев, предстала перед начальником.

Ральф сидел за столом, перелистывая какие-то бумаги, и на меня не взглянул.

– Бренна, – бесцветным голосом проговорил он, и я вздрогнула. В кабинете он никогда не обращался ко мне иначе как Неумолимая. – Есть задание для тебя. Был бы признателен, если бы ты занялась им немедленно.

– Разумеется, – осторожно ответила я. – А что за задание? Плановая проверка?

– Да нет… – скучающе протянул Ральф и поднял взгляд.

Увидев, как я одета, он усмехнулся и некоторое время молчал.

Я почувствовала себя неуютно, как когда-то – в академии, вот так же стоя перед ним. Будто и не было последних лет.

– В одном из горных миров какие-то проблемы. Съезди посмотри, пожалуйста.

– Конечно, – кивнула я. – Отправлюсь как можно быстрее. Креадор на что-то жалуется?

Лицо Ральфа на мгновение исказила странная гримаса: не то ухмылка, не то отвращение.

– Да, жалобы есть. Но не от хозяина мира, а от соседей.

– От соседей?!

Я не поверила своим ушам. Чтобы миры каким-то образом стали мешать друг другу – такое в принципе невозможно, ведь места творения каждый раз выбираются очень тщательно и как можно дальше друг от друга.

– Чем же мир мешает соседним? – слетел с моего языка вопрос.

– Фонит сильно, – ответил Ральф с полным равнодушием, глядя на меня в упор ледяными, как наше озеро зимой, глазами.