Читаем без скачивания Ловушка для невесты - Светлана Богданова

— А за какой помощью она обратилась к тебе? — поинтересовался Анатолий.

— У нее стал развиваться синдром жертвы. Ей стало казаться, что все, без исключения, поддерживали с ней только корыстные отношения, а как только потребность в ее предсказаниях отпадала, про нее бессовестно забывали.

— А я глубоко убежден, что во многом повальное увлечение магами и экстрасенсами определяет мода. Пока это явление популярно, такие специалисты будут плодиться, как грибы.

— Абсолютно с тобой согласна, — поддержала возлюбленного Ангелина. — Мода многие вещи определяет. Я когда-то даже научную работу на эту тему написала, раскладывая по полочкам причины неослабевающего интереса общества к блатному шансону. Я вывела теорию, научно подтверждающую тот факт, что всплески роста преступности напрямую зависят от появления на эстраде звезд, воспевающих тюремную романтику. В начале перестройки, когда разрешили все, что запрещали раньше, кривая преступности полезла вверх, следуя за внедряющимся в сознание образом нового русского в малиновом пиджаке и килограммовой цепью на шее. Над этим образом потешались юмористы, из уст в уста передавались байки и анекдоты, с эстрады соловьями разливались певцы.

— А в результате целое поколение школьников мечтало стать либо новыми русскими, либо братками, которым сам черт не брат, и море по колено. Столько фильмов о них поснимали, столько книг понаписали, как будто кроме разборок и перестрелок в стране больше ничего примечательного не происходило. А ведь последствия попустительства подобной идеологии еще долго будут проявляться на генном уровне последующих поколений, как последствия ядерного взрыва в Хиросиме и Нагасаки или Чернобыльской катастрофы.

— Так ты, оказывается, великий гуманист!

— Все врачи — великие гуманисты! Мы ведь клятву Гиппократа даем, а это все равно что присяга на верность Родине.

— «Наш» доктор наверняка не давал такую клятву, — Ангелина снова вспомнила об источнике их бед. — Мне так жаль моего платья, сорвавшейся свадьбы… А теперь вот у Илюхи такой сюрприз в багажнике. Я только одного никак не пойму — почему все шишки посыпались на наши головы? Ведь мы же ни в чем не виноваты… Почему преступникам понадобились именно мы?

— Хороший вопрос, — оживился Анатолий. — Представь себе, что я бьюсь над ответом уже вторые сутки и пока, кроме ничем не обоснованных версий, в голову ничего не приходит. Может, эти преступники — особые изощренные клептоманы, крадущие свадебные платья для собственного удовольствия.

— Вряд ли, — Лина чихнула, не успев прикрыть ладонью рот. — Видишь, правду говорю.

— Угу, — буркнул Анатолий, — тогда у нас в больнице все гриппозники на инфекционном отделении правду говорят.

— Я поправилась! Я вообще больше одного дня не болею. Так вот о клептоманах. По статистике большинство клептоманов — женщины, средний возраст около 36 лет. Клептоманы никогда не ходят на дело группами, для них невозможен факт совместного сотрудничества. Клептомания — это патологическое стремление к краже, возникающее импульсивно, как любовь с первого взгляда. А воровство — действие продуманное, направленное на приобретение материальных ценностей. Клептоманическая кража обычно не преследует материальной выгоды: украденный предмет клептоману абсолютно не нужен. Их порыв стянуть — спонтанный, неодолимый, причем при акте воровства клептоман испытывает почти что сексуальное удовольствие. Потом он может сгорать со стыда или мучиться от чувства вины, но в те доли секунды, пока длится момент кражи, он — на вершине блаженства. В общем, вору интересен результат, а клептоману — процесс.

— А может, они фетишисты? — новая версия также показалась интересной.

— Эта версия подтвердится только при наличии статистики о подобного рода кражах в городе. Как правило, фетишисты «заклинены» на предметах одной направленности. В моей практике был клептоман, ориентированный на мужские меховые шапки. Ушанки были связаны у него с определенными переживаниями сексуального толка. Когда к нему в дом пришли с обыском, то обнаружили в шкафу целую коллекцию. Фетишист не продал ни одной шапки. Он их складировал, разглядывал и получал удовольствие…

— Несчастный человек, — посочувствовал Толик. — Надеюсь, что в скором будущем медицина достигнет таких высот, что преступников будут лечить таблетками, а не отлавливать и сажать за решетку. Если верить британским ученым, за все преступления отвечает определенный ген. Люди, у которых в организме имеется этот ген, связанный с низким уровнем энзима моноаминоксидаза, потенциально гораздо более опасны для общества. Моноаминоксидаза расщепляет вещества мозга, которые, по мнению исследователей, задействованы в появлении некоторых поведенческих модулей, в том числе агрессии. Один из исследователей — Терри Моффитт считает, что треть населения планеты имеет генетическую структуру, связанную с пониженным уровнем активности моноаминоксидазы.

— Треть населения планеты! — Лина от удивления чуть руль не выпустила. — Это же тридцать процентов! То есть каждый третий, по его мнению, потенциальный преступник! Нет, от такой статистики самому впору свихнуться. Правильно я сделала, что завязала с психологией. Чтобы сохранить адекватное восприятие жизни, лучше общаться с нормальными людьми.

— Прекрасно, — порадовался за нее Анатолий. — Но ты не учла того, что эти тридцать процентов, или каждый третий, будут сами стремиться к общению с тобой и в покое тебя не оставят ни за какие коврижки!

— Да! — печально вздохнула Ангелина. — Нельзя жить в обществе и быть от него свободным. У-у-у, как мне все это надоело!

— Не страдай, мой ангел. Люди ко всему привыкают, и ты — не исключение. Хочешь, я тебя насмешу?.. Хочешь?..

— Хочу! — неожиданно согласилась она. — Я как подумаю о трупе в багажнике, меня сразу истерический хохот пробирать начинает. Боюсь не совладать с эмоциями, и боюсь, что Голубев меня не поймет. Нужно заранее посмеяться, чтобы потом не прорвало.

— Вполне нормальная реакция, — успокоил ее доктор. — Обратный рефлекс называется, кстати, не такая редкая штука в наше время. Однако указывает на оригинальность индивида.

И Анатолий рассказал Ангелине историю из жизни своего друга, врача из небольшого белорусского городка.

В травматологическое отделение поступил больной, которого проезжающие мимо врачи скорой помощи с трудом отбили у разъяренной толпы. Когда пациент очнулся, то поведал, что накануне Дня Победы они с друзьями всю ночь отмечали великий праздник и к утру допились до зеленых чертей. А у этого патриота была довольно экстравагантная внешность: сам здоровый, а голова лысая и гладкая, как бильярдный шар. Прозвище у него было — Глобус, одевался по последней молодежной моде — во все черное и кожаное. Ну вот, когда он заснул, друзья над ним решили подшутить и размалевали фломастерами его лысую голову. На лбу, висках и затылке они понаписали лозунги: «Смерть партизанам!», «Да здравствует Адольф Гитлер!», «Смерть советским гадам!» Закончив работу, довольные шутники улеглись спать. Так уж получилось, что разрисованный товарищ проснулся раньше всех и решил отправиться в ближайший гастроном. Войдя в троллейбус, Глобус мирно встал у задних дверей. Но в троллейбусе ехали местные ветераны на утренний митинг по случаю Дня Победы. Они стали возмущаться и оскорблять мужика. Поднялся шум, затем началась потасовка. Ничего не понимающего Глобуса ударили по разрисованной голове, кто-то плюнул ему в лицо. Изумление его было настолько велико, что он какое-то время не реагировал и не отвечал на удары и оскорбления, но потом из самообороны вынужден был вступить в драку. Ветераны приняли его за чернорубашечника и совместно с подоспевшей молодежью избили до синевы и выбросили из троллейбуса. Но и на тротуаре к нему нескончаемым потоком подходили и женщины, и мужчины, и девушки, и юноши. Все в один голос корили его и норовили пнуть. Несчастный Глобус с профашистскими лозунгами на голове беспомощно озирался по сторонам и отбивался от растущей негодующей толпы. Могло бы и до самосуда дойти, но проезжавшие мимо врачи спасли его от избиения. В больнице, в приемном покое у зеркала над раковиной он увидел свою покрытую надписями и синяками голову и все понял. Но самое странное, что своих друзей этот добряк простил и зла на них не держал.

Ангелина, как и обещала, хохотала до слез.

— Я все поняла, — всхлипывала она. — Ты специально рассказал такую историю, чтобы меня разжалобить. Но я ведь на Илюху зла не держу и не запрещаю тебе ему помогать. Я понимаю, что он не виноват в том, что труп подбросили в его машину, а не в нашу. По большому счету, мы ему еще и благодарны должны быть за то, что он принял удар на себя.

— Спасибо, добрая женщина, — поцеловал ее руку Толик. — Но, пожалуйста, держи покрепче руль. А то, когда ты хохочешь, машину вправо уводит. Не ровен час, в кювет улетим.