– Пожалуйста! – снова взмолилась Вивьен. – Я хочу тебя!
Я умираю от желания, хотелось ей сказать, но в этом не было необходимости. Стивен понимал ее без слов.
– Скоро, – шепнул он. – Ты женщина необыкновенных достоинств. Одно из них – терпение… Подожди.
Совсем недавно Вивьен гордо уверяла его, что терпение всегда было сильной стороной ее натуры. Теперь оно стремительно улетело неизвестно куда, словно сухой лист, унесенный стремительным вихрем.
Прикосновение металла к коже вызвало неожиданно мощную волну страсти, до боли нестерпимую. Вивьен, которая всегда считала себя женщиной, умеющей владеть своими эмоциями, почувствовала, что готова полностью отдать себя во власть этому странному человеку, и это ощущение наполнило ее душу восторгом.
Вивьен ни капли не смущало, что Стивен одет, а она, напротив, лежит перед ним полностью обнаженная. Когда Стивен широко раздвинул ее ноги и склонился над ней, Вивьен ощутила гордость своей женской властью над ним. Она видела, как по его обычно непроницаемому лицу пробегает легкая, нетерпеливая судорога, как горят страстью глаза.
– Как ты хороша…
Стивен прикоснулся протезом к ее разметавшимся волосам. Вивьен не шелохнулась, она ждала. Стивен встал на колени на высокий стул у рояля и пальцами правой руки прикоснулся к нежно-розовым лепесткам трепещущей женской плоти. Вивьен глухо застонала.
Он наклонился и повторил ласку, но на этот раз пустил в ход кончик языка. Это вызвало у Вивьен такой взрыв ощущений, что у нее перехватило дыхание и ее затрясло, как в лихорадке.
– Подожди еще немного, – хрипло попросил Стивен, словно не замечая, что Вивьен уже не владеет собой.
Его новое прикосновение возвело ее на вершину экстаза.
Но Стивену этого было мало. Он был неистощим в желании наслаждаться Вивьен – он ласкал, покусывал, теребил, пощипывал нежную плоть, то трогал ее рукой, то приникал к ней жадным ртом. Вивьен металась на крышке рояля, изнывая от страсти, содрогаясь от накатывавших одна за другой конвульсивных сладостных спазм.
Вивьен беспрекословно подчинялась Стивену, и, чем радостнее стремилась отдать себя, тем большее удовольствие она получала.
Ей казалось, что большего наслаждения ныть не может, но Стивен думал иначе. Он еще шире развел в стороны ноги Вивьен и решительно проник языком во влажную теплую и мягкую плоть. Вивьен изумленно ахнула – огненная волна яростным потоком пронеслась через все тело – от кончиков пальцев, через сердце, до корней волос.
Это было невероятно!
Но в то же время этого было недостаточно, потому что, несмотря на полученное сексуальное удовлетворение, Вивьен все еще хотела Стивена. Она хотела почувствовать его истинную мужскую силу.
Стены комнаты расплывались перед ее глазами, в голове кружились туманные обрывки мыслей, в каждой клеточке тела стучало желание, жар струился по телу.
С ранней юности Вивьен сторонилась мужчин, особенно тех, кто старше. Она считала, что у нее впереди еще много лет. Но теперь, рядом со Стивеном Фоссом, она забыла обо всем. Сейчас, наверное, не было ничего на свете, чего бы она не сделала для него. Эта мысль промелькнула и исчезла. Вивьен, всегда гордившаяся своим трезвым рассудком, не хотела сейчас думать.
Потом, после она подумает обо всем.
Ее тело сжималось от лихорадочного желания, перед глазами плясали разноцветные холодные огоньки полярного сияния, дополняемые языками живого горячего янтарного пламени свечей. Одновременно Вивьен чувствовала неустанные движения мужского языка внутри своего рта, и это немыслимое сочетание воспринималось ею как какая-то изысканная и запретная фантазия. За исключением того, что происходящее в реальности возбуждало куда сильнее, чем самые необузданные и запретные фантазии.
Пытка неудовлетворенностью – непереносима. Ее нельзя больше затягивать, поняла Вивьен, иначе я взорвусь. Я нестерпимо хочу его. Хочу получить его прямо сейчас, немедленно. Надо решительно отбросить в сторону все сомнения и предрассудки.
Страсть уже заглушила и подавила в Вивьен все мыслимые страхи. Остатки здравого смысла испарились под напором буйных разгоряченных желаний.
– Стивен, – страстно и сдавленно прошептала Вивьен, – прежде чем мы пойдем дальше, я хочу предупредить тебя…
Он поднял голову и недоуменно посмотрел на Вивьен.
– В чем дело?
– Я не… – Вивьен задумалась, не зная, как точнее и понятнее сформулировать. – Я не такая, как другие женщины.
– Конечно, радость моя, – с явным облегчением согласился Стивен. – Конечно, ты не такая, как все. Ты гораздо лучше. Ты просто потрясающая.
Ом опять склонился над ее лоном, но Вивьен прикрылась ладонью.
– Подожди. Я не это имела в виду.
Стивен слегка отодвинулся от нее, чтобы видеть выражение ее лица и глаз, и серьезно сказал:
– Я внимательно слушаю.
– Я никогда…
Вивьен запнулась. Она не любила откровений в интимных вопросах, как не любила и признаваться в своих слабостях и недостатках – сказывалось воспитание в монастырской школе. Так зачем же раскрывать этому мужчине свои тайны? Наверное, затем, что она видела в нем единственного человека, способного ее зажечь? Поняв, что не сможет сделать признание, Вивьен убрала свою руку, открывая Стивену доступ к своему лону.
Стивен почувствовал, что добился своего. Разум Вивьен, ее страстное сердце, ее прекрасное и желанное тело теперь в его власти. Когда он просил ее довериться ему, прежде всего это было продиктовано желанием разрушить те барьеры, которые мешают иногда обнажить подлинные чувства человека. Теперь Стивен знал, что Вивьен будет не просто подчиняться ему, а станет нетерпеливым партнером в любовной игре.
Его тело исполнилось решимости утолить желание, но в сердце разлилась непривычная и тревожащая мягкая теплота. Вивьен удалось растопить лед его многолетних разочарований! Стивен боялся даже думать о том, чем ему это может грозить.
Потом, после он подумает обо всем.
Сейчас его любовный пыл был сильнее, чем все другие мысли и чувства, Стивен возвышался над ними подобно тем крутым скалам, возле которых стоял его дом. Стивен так долго сдерживал себя ради Вивьен, что теперь нетерпеливо рвался дать волю своему желанию.
Стивен не мог уже бороться с собой, не в состоянии был держать себя под контролем. Он хотел овладеть Вивьен немедленно, хотел устроить ей настоящую скачку, как в диких прериях на необъезженном мустанге. До полного изнеможения и до полного экстаза. Пока не начнется половодье оргазмов, один за другим, волна за волной, и каждая все выше, и выше, и выше, пока они не утонут в них с головой, пока не захлебнутся и не охрипнут от собственных криков в пароксизме неземной, не-ьы налой страсти.
