Читаем без скачивания Жизнь после брака - Мария Жукова-Гладкова

Потом мы поехали в гараж Родионова и забрали единственную машину, которая там оставалась.

– Она в отличном состоянии, – сказала мне Лариса. – Механики по моей просьбе проверили все три. Моя и бабушкина по крайней мере отлично бегают!

Глава 23

За воскресенье Игорь так и не позвонил, а я надеялась… Или закрутился с похоронами родственницы и прочими делами? Ведь шурин-то, наверное, отошел от дел. Игорю одному приходится решать все вопросы. Не до меня… Или позвонить самой? Ну не пошлет же он меня подальше? Если занят, скажет, что занят.

Перед работой в понедельник зашла к Норке, сообщила, что наш оздоровительный центр пользуется огромной популярностью. Народ его и отдельные процедуры обсуждает в магазинах.

– Где это его обсуждали?

Я сказала, что, когда покупала вчера плащ в торговом центре, мне рассказали, как покупательницы обсуждали обертывания и бочку. И реклама наша там лежит. Услышав, что я работаю в «Радуге», продавщицы со мной консультировались.

– Ты дала нам соответствующую рекламу? – улыбнулась Норка.

– Ну конечно!

– Открою тебе небольшой секрет, – сказала директриса. – Подобные обсуждения – это рекламная акция.

– Что?!

Норка кивнула и пояснила, что не она одна такая умная. Нанимаются женщины (или мужчины, или молодые парни, девчонки, бабушки – в зависимости от товара и того, на кого он ориентирован), они ходят по торговым точкам, центрам, рынкам, еще каким-то местам, вроде как случайно встречаются и начинают обсуждать товар, сервис, процедуры. Что угодно – только бы привлечь клиентов. Потом в этот торговый центр поступает рекламный проспект. Иногда рекламный проспект привозят до обсуждения, тетки (мужчины, парни, девчонки) берут проспект в руки, вспоминают, как были в магазине, оздоровительном центре или еще где-то, как там хорошо – и далее по заученному репертуару.

– Такая реклама очень хорошо срабатывает, – сказала Норка. – Наш народ больше всего доверяет сарафанному радио. А тут вроде бы такие же покупатели, как ты, простые люди, и им понравилось. Нужно сходить.

Я отправилась работать, а в перерыве между клиентками зашла к девочкам, занимающимся обертываниями, и поинтересовалась, нет ли противопоказаний.

– Варвара Игоревна, вы сами хотите обернуться? – спросила сотрудница центра. – Вы же вроде их делали…

– Нет, одна моя знакомая, возраст – под пятьдесят. Небольшие проблемы с сердцем. Девочки, на самом деле не опасно? Она не хочет на фитнес, боится, что физические упражнения пойдут во вред. И в баню не ходит. Вот решила попробовать обертывания, но просила меня узнать.

– Морскими водорослями можно, – сказала вторая. – Без проблем. И аллергии я на них никогда не видела.

– А бывает аллергия на обертывания?

– Чаще всего на мед встречается. На мяту видела. Но мы все это обговариваем с клиентками, проверяем на небольшом участке кожи. Если есть реакция, не делаем. Варвара, вы же сами знаете, что у нас индивидуальный подход? Или забыли, как были нашей клиенткой?

Она улыбнулась.

– Так что пусть приходит. Цель – похудение, как я понимаю?

Я кивнула.

– Кардинально не обещаю, но сантиметра четыре с бедер скинуть можно. Это если делать только обертывания. Если комплексный подход – результат другой.

Я поблагодарила девочек и отправилась работать.

Вечером меня опять ждал следователь. Влюбился, что ли? Может, забыть про Игоря и внимательно посмотреть на этого мужчину? Или этот за мной бегает исключительно из деловых соображений? Я ведь на самом деле ему хорошо помогла.

Следователь просил меня снова проехать в стриптиз-клуб.

– Вы же знаете владельца, – улыбнулся он. – И умеете разговорить людей. С вами, возможно, там будут более откровенны.

– Но вроде понедельник… Они работают?

– У них как раз больше работы по будням, – заявил следователь. – Я сам удивился. Но тетки, которые туда ходят, ходят именно на неделе. Субботу и воскресенье они в семье или на каких-то мероприятиях с законными мужьями-импотентами или не интересующимися ими, но берущими на какие-то тусовки законных жен. В пятницу когда как. А в будни мужья делами заняты допоздна или у любовниц. Бизнес-леди тоже предпочитают будни. В выходные – с семьей, у кого она есть. А если нет, то заказывают мальчиков на дом или с подругами встречаются. Лень ехать в стриптиз-клуб. Так что рабочие дни – они и в мужском стриптизе рабочие.

– Век живи – век учись, – сказала я и поведала следователю то, что сегодня узнала про рекламу.

– У вас новая машина? – уставился он на мое наследство от Родионова.

Я объяснила, откуда она, и порулила к стриптиз-клубу.

– О чем мы будем там говорить?

– О Варламове. Муж его сестры сказал, что Варламов занимался шантажом. Я не знаю, можно ли ему верить – он родственника на дух не переносил, но все может быть. А у вас в оздоровительном центре занимаются дамочки, бывшие клиентки Варламова. Одна ему физиономию попортила именно у вас в центре.

Я повернулась и удивленно посмотрела на следователя.

– На дорогу смотрите, Варвара Игоревна!

– Она была у нас в центре в тот вечер?

– Нет. Ее вообще сейчас в стране нет. Но были две другие. Я с ними побеседовал. Характеристику Варламову дали нелестную. Красавчик обожал деньги.

– Вообще-то деньги все любят, – заметила я. – И я их люблю. И вы, наверное, тоже.

– Но не все идут на шантаж!

– А чем он шантажировал этих дам?

– Тех, с которыми я говорил, ему было нечем шантажировать. Обе – бизнес-леди. Снимали мальчика. Платили за услуги определенного рода. Куда он пойдет с этой информацией? К деловым партнерам? Так для тех обычное дело пользоваться платными сексуальными услугами. У одной есть муж-иждивенец, ровесник дамы. Так тот на все глаза закрывает и готов все терпеть, только бы не идти работать. А вот та, которая за границей, как раз замужем за богатеньким. Конечно, ничего не доказано. И навряд ли кто-то согласится в чем-то признаться. Но это одно из направлений расследования. Варламова могли убить как шантажиста, а способ избрали как показательный для других шантажистов.

Однако в клубе оказалось, что близких друзей у Варламова не было. Да, приятельствовал, но при вопросе о шантаже все делали большие круглые глаза. Я ожидала этого. Кто признается? Не исключено, что и другие парни этим грешат или теперь будут, получив подсказку.

В общем, зря потратив время, мы снова сели в машину, и я повезла следователя домой, но на ближайшем светофоре вдруг поняла, что машина меня не слушается…

– Что случилось?! – воскликнул следователь в панике.

Хорошо, что я ехала в крайнем правом ряду… и скорость уже была низкой… Я направила машину на клумбу.

Звук удара, какой-то скрежет, треск… Следователь грязно ругался, но мы оба остались живы и, можно сказать, не пострадали.

Я вытерла со лба выступивший холодный пот.

– Варвара…

– Коллегам своим звоните. По-моему, что-то тут с тормозами…

Сама я позвонила Ларисе и уточнила, точно ли проверяли эту машину. Моя старшая обалдела, услышав, что со мной произошло, и обещала приехать к месту аварии, а также вызвать туда одного из автослесарей, который занимался тремя унаследованными нами машинами.

Я передала содержание разговора следователю.

Вскоре у несчастной клумбы собралось множество народу. Автослесарь давал показания под руководством Ларисы, бегавшей вокруг машины, как разъяренная фурия. Затем мужики всей толпой стали обсуждать, что могло произойти с машиной. В это время работал один автослесарь, которого привезла и опять же заставила работать Лариса. Остальных она заставить не могла, потому что они не находились у нее на содержании, если только опосредованно, через налоги.

Обсуждение становилось все более громким, подходили простые граждане (не из органов) и тоже подключались. Работать продолжал один автослесарь. Версий было великое множество. Тем, кто не знал ситуацию в нашей семье, рассказывали в подробностях.

Все считали, что хотели убить Родионова. Ну не меня же? Кто знал, что я вообще сяду в эту машину? Я сделала это вчера, в воскресенье, сегодня на ней приехала на работу. Но ведь приехала же. И до стриптиз-клуба доехала. Тормоза работали! А вот потом…

– Нашел! – оповестил всех автослесарь.

Мужики по очереди бросились смотреть тормозные шланги. Автослесарь тем временем объяснял, что все сделано специально, причем очень хитро – чтобы не сразу дало результат. Сколько-то я могла ездить на этой машине и на самом деле ездила – и ничего не происходило. А потом должна была случиться авария – и случилась.

– То есть «сюрприз» могли готовить для Родионова? – уточнил следователь.

– Нет, – твердо заявил автослесарь. – Я лично проверял машину. Это сделали после. Думаю, что сегодня.

– Где сегодня находился этот автомобиль? – спросили меня сотрудники органов.

Я пояснила, что он целый день стоял на стоянке перед оздоровительным центром, после работы мы со следователем поехали в стриптиз-клуб, а когда я повезла его домой, отказали тормоза. К счастью, поблизости оказалась клумба.