Жаль, что совсем скоро нужно будет слезать с его колен, выбираться из теплого кольца рук, переставать дышать его запахом и начинать как-то жить. Без всего этого, без Ария.
Потому что он дракон, принц и у него гарем.
А я невнятная попаданка с подозрительной татуировкой на спине и неопределенным будущим. И единственное, что у меня есть ценного, это магический ромб, спрятанный под подушкой.
Глава 37
Мне снова снилась мама. Я сижу у нее на коленях, обнимая за шею, и рассказываю о каких-то своих детских печалях.
Мама слушает и гладит меня по голове, утешая:
— Не переживай, моя маленькая принцесса. Я тебе очень сочувствую, но поверь, это все пустяки. Пройдет немного времени, и ты сама будешь смеяться над этим.
Я всхлипываю, сердясь и обижаясь на ее слова, потому что мои беды кажутся мне самыми серьезными в мире. А потом заявляю, с детской категоричностью и непримиримостью:
— Ты злая! Я уйду от тебя! Улечу в свою красивую страну, в…
— Регина, просыпайся. Вставай!
Я недовольно мычу и лезу головой под подушку — какое вставать, если я только-только заснула? И сон про маму хочу досмотреть.
— Региночка, снимай повязку и поднимайся! Скоро завтрак невест с женихами и приглашенными гостями, тебе надо к нему подготовиться. Сейчас твоя горничная придет, а мне еще поболтать с тобой надо, ящерка.
С трудом принимаю вертикальное положение и, содрав с глаз повязку, осоловело таращусь на Станисласа. Вот ведь зараза жизнерадостная — такая рань, а он свеж, бодр и сияет, как новогодняя елка.
— Претемнейший, — бурчу я, — ты так часто врываешься в мою спальню, что однажды тебе придется на мне жениться. И пять тысяч гостей на свадьбу позвать.
— Не-не-не, ящерка, ты не в моем вкусе, я тебе уже говорил. И почему именно я на тебе должен жениться? — возмутился он. — Почему не Арагес?… Или Арий? Они тоже к тебе по ночам заглядывают.
— Но-но, без пошлых намеков, демон! — я грозно сдвинули брови. — Арагес мне вообще в отцы годится.
— Скорее в дедушки, — хмыкнул Станислас и перевел тему:
— Лучше скажи, ты нашего общего друга Аметиуса давно видела?
Я попыталась сконцентрироваться на событиях последних дней:
— Да, незадолго до взрыва, когда была в библиотеке.
— О чем беседовали? — равнодушно поинтересовался Станислас. На мой взгляд слишком равнодушно.
Я неприлично широко зевнула, и так же равнодушно ответила:
— О разном.
— А подробнее, ящерка? — все-таки не удержал свою заинтересованность демон.
Я подняла глаза к потолку, изображая кипучую мозговую деятельность:
— Мы говорили….говорили мы…с ним мы говорили…..А, вспомнила — о разном! — и довольная результатами своих умственных усилий, уставилась на демона честными глазами.
— Регина-с-с. — зашипел демон, меняясь в лице.
«Ого, он и так тоже может?» — восхитилась я, рассматривая переменившуюся внешность Станисласа.
Он резко раздался в плечах, черты лица сменились на… демонические, по-другому и не назовешь. И цвет кожи из приятно-смуглого стал светло-синим. Глаза тоже поменялись, став кошачьими, примерно как у Арагеса вчера. Необычно, но красиво, ничего не скажешь. Но, если он меня напугать своим видом хотел, то зря старался.
— Ты мне тут фильмы ужасов не показывай, Станислас, — заявила я сурово. — Ты передо мной виноват по всем статьям, законам и подзаконным актам.
Я потянулась к стопочке аккуратно сложенных книг, вытащила тонкую брошюрку с законами о попаданцах и потрясла ею перед носом демона:
— Вот! Тут все написано о моих правах и твоих обязанностях, Станиславчик! Гони мне дом, карету и две лошади. И прочее по списку, что положено.
— Это что? — демон выхватил у меня книжицу и начал вертеть в руках.
— Не что, а мое обеспеченное будущее, дорогуша. Раз я по твоей вине застряла тут на черт знает сколько лет, то мне нужно как-то обустраиваться. И я собираюсь делать это с комфортом и максимальным удовольствием!
Нет, я не меркантильная, жадная и расчетливая особа. Но за ночь успела худо-бедно примириться с мыслью, что попала всерьез и надолго. И хочу или нет, но придется брать свою жизнь в собственные руки. А для этого мне нужен стартовый капитал, и я не я буду, но Претемнейший мне его даст.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Демон принял нормальный облик и с интересом на меня уставился:
— О, ящерка, ты решила начать использовать мужчин по прямому назначению, и запустить свои лапки в их тугие кошельки?
— В твой кошелек я залезу по самые локти и сделаю это без зазрения совести, — мило улыбнулась я, а Станислас начал листать брошюру с законом.
— Так что тебе сказал Аметиус? — как бы между прочим демон опять вернулся к интересующей его теме.
— Что ты разглядывал у меня на спине? Что за проблема, о которой ты тогда говорил? И для чего тебе нужно, чтобы я подружилась с библиотекарем мастером Блеми? — сформулировала свои вопросы Претемнейшему и уперлась в него взглядом, намекая, что наши с ним товарно-денежные отношения уже вступили в силу.
— Торговаться решила…? — довольно протянул Станислас. — Растешь, ящерка. И что я получу взамен, если отвечу на твои вопросы?
— Расскажу, о чем мы говорили с Аметиусом. — пообещала я.
Станислас еще пару минут поизучал брошюрку с законами:
— Это законы для жителей Катвейка. А я подданый другого государства. Так что, пролетаешь, Региночка.
— Вай-вай, дорогой, — я укоризненно покачала головой — надо же, какой жадный. — Ты сейчас живешь в Катвейке и призвал меня на территорию именно этого государства. Так что, пролетаешь ты — в законе все черным по белому прописано. Готовься раскошеливаться, демонидзе.
Станислас засунул книжку себе за пазуху и принялся буравить меня глазами.
— Ладно, отвечу на твои вопросы, а ты расскажешь мне про Аметиуса.
Так вот, начну с третьего вопроса: мастер Блеми — существо с большой магией и немалыми знаниями. И если ты ему понравишься, то он может стать твоим незаменимым помощником в этом дворце и даже за его пределами. Мало кто знает, но это, с виду милое, существо обладает такой силой, мстительность и злопамятность, что даже мы, демоны остерегаемся его обижать.
А вот помогать псиокаль будет только тому, кто ему искренне понравится. Так что твое земное добросердечие, плюс мои пирожки должны были сделать из него твоего друга. И, судя по этой дурацкой книжке, которую он тебе подсунул по личной инициативе, мой план удался. Даже слишком, — мрачно добавил Претемнейший и сердито замолчал.
Надо же, как сильно кое-кто денежки платить не хочет. Я думала, только драконы со своими сокровищами расставаться не любят, а оказывается демоны тоже скряги.
— Закон суров, но это закон. Ты ведь не обеднеешь, Станислас, а мне тоже как-то здесь выживать надо. И ты мне в этом поможешь. Вернее, твои деньги, — утешила его, ободряюще похлопав по плечу. — Дальше рассказывай.
Демон скривился, но продолжил:
— В карете у тебя магия проявилась, вот я и полез смотреть, нет ли у тебя магической печати. Ее обычно на спину ставят.
— И что? — не выдержала я.
— А то, — передразнил меня обиженный демон. — Сорвана оказалась твоя печать. И это ответ на твой третий вопрос — проблема в том, что у тебя есть магия, а пользоваться ею ты не умеешь и можешь дел наворотить по глупости и неразумению.
— Все, я ответил на твои вопросы. Давай рассказывай, что тебе этот выжига Аметиус сказал.
— Подожди, Станислас, — попросила я, — как печати выглядят? Ну, магические…
— А что у тебя на спине было? — спросил он вместо ответа.
— У меня под правой лопаткой овальное родимое пятно.
— Вот оно и есть. Если сейчас посмотришь, то его уже совсем не будет. Или оно стало бледным и не таким большим — это если печать не до конца сорвало. Давай, рассказывай про Аметиуса, Регина.
— Да подожди ты! — нетерпеливо отмахнулась я. — Какая у меня магия?
— Не знаю, — слишком быстро ответил демон. — Больше ни слова не произнесу, пока не расскажешь, о чем с этим подлюкой разговаривала.
