Его дочь была смелее.
— Я разбила наш корабль, мы подобрались слишком близко к рифу, так и оказались на острове, — она виновато посмотрела на отца. — Когда ты появился, судно было под водой, разбитое надвое.
Ник уже спрашивал их историю, имел на то право. Хоть он знал основу их истории, детали были краткими, невнятными. Теперь он знал больше и верил им. Но кое-чего не хватало.
Ник открыл рот, чтобы задать последний вопрос, но Арманд Артуро опередил его:
— Но какая мотивация? — завопил он. До этого он удивительно молчал во время беседы, но актер не мог сдержаться. — Простите, история интересная, и все элементы на высшем уровне, но не хватает сути, которая все объединяет.
Ник кивнул, согласный с мужчиной. Он повернулся к Коломбо.
— Что вы узнали, что сделало вас угрозой?
Отец и дочь снова напряглись.
— Двор Пэйс Д’Азур всегда смотрел на Кассафорте как старший брат на сестру, которая на десять лет младше него. Они не считают себя равными. Они думают, что Кассафорте слишком маленькое место, чтобы признавать его. Но наша независимость и нежелание делать то, что хочет Пэйс Д’Азур, потому что этого хочет Пэйс Д’Азур, давно раздражало их. Если бы они захватили Кассафорте, стали бы ближе к управлению всеми народами у Лазурного моря.
Дарси перешла к делу:
— Они хотят захватить Кассафорте. Граф Дюмонд поведет флот военных кораблей на город и устроит осаду, как Пэйс Д’Азур делал во время Лазурного вторжения.
Артуро охнули за Ником. Они не видели вторжение своими глазами, но все слышали о нем, воспоминания были как тень на десятки лет. Половину поколения молодых людей потеряли за два года, когда Кассафорте отрезали от всего мира.
— Боюсь, моя дочь права, — сказал Джакопо. Стук на палубе заставил их вздрогнуть, таким было напряжение в комнате. Он опустился. — Боюсь, результаты будут в этот раз хуже. Пэйс Д’Азур узнал на своем опыте, когда Кассафорте был сильнее всего, что наши люди были едины, и у нас был сильный монарх и войско. Теперь они считают нашего короля слабым.
— Глупости!
Ник и Артуро стали возражать, он поднял руку.
— Знаю. Король Алессандро одобрен Оливковой короной и Скипетром с шипами. Даже такой старик как я считает его старым. Стражи Кассафорте ослабели, когда многих прогнали после попытки переворота принца Берто. Когда в Пэйс Д’Азур услышали, что Алессандро назвал своим наследником Мило Сорранто, простолюдина, они посчитали, что он сошел с ума. Что он слаб.
— Но Кассафорте еще стоит благодаря Мило Сорранто и Рисе Волшебнице, — сказал Ник.
— Да, но говорят, что многие из Тридцати предпочли бы видеть мерзкого принца Берто на троне, чем простолюдина. Без обид, — Джакопо посмотрел на собравшихся. Они вежливо прошептали ответы. — Пэйс Д’Азур видит Кассафорте слабой страной, ставшей слабее от внутренних раздоров, и они хотят использовать это. Поверьте, они хотят забрать страну себе. Потому. Никколо, нам нужно вернуться домой как можно скорее. Военные корабли еще там, как и граф Дюмонд. Если мы прибудем в Кассафорте раньше, может, успеем позвать на помощь Веренигтеланде.
— Как мы выживем во время вторжения, Арманд? — синьора почти плакала. Она протерла глаза платком и склонилась к мужу. — Театры закроют. Я не могу снова быть служанкой в таверне. Это было давно, и я слишком то-о-олстая!
— Шш, шш, — актер утешал ее, потирая ее спину. Ник видел тревогу в его глазах.
— Ты должен нам помочь, — сказал Джакопо Нику. — Это срочное дело. Очень.
— Помоги им, Никколо, — всхлипывала синьора.
— Прошу, помоги, — добавила Дарси. Ник оглядел группу, потрясенный. Они перепутали Дрейка, которого он играл, с его настоящим характером. Его губы двигались без слов, и Дарси добавила. — Мы обеспечим тебе награду.
Эти слова добили его.
— Так ты обо мне думаешь? — спросил он, вставая. Маленькие кораблики упали с его колен на пол. Его голос был возмущен, и в этот раз он не подражал чужому голосу. Это был его голос. Он звучал из злого места в нем. Он столько сделал, и как его судили? — Ты думаешь, что я буду рисковать своей жизнью и всеми нами ради золота в кармане? Каким нужно быть человеком, чтобы верить, что только у таких, как ты, у людей с властью и средствами, есть чувство… долга? Порядочности? «О, Ник жалок. Нам нужно дать ему луни, и он все сделает». Это так не работает.
Голубые глаза девушки открылись. Она, наверное, устыдилась того, что сказала. Может, она просто опешила.
— Никколо, я не хотела…
— Мы мало знаем друг друга, Дарси Коломбо, но я притворялся, что после всего, что мы пережили, мы хоть немного сблизились, — он окинул ее взглядом, попытался ожесточить сердце. — Вижу, что я ошибался.
Он развернулся и открыл дверь каюты.
— Никколо? — позвал Джакопо.
— Мне нужно проследить за провизией, — прорычал Ник. — Если мы хотим отплыть как можно скорее, нужно многое сделать. Не переживайте. В Кассафорте мы вернемся, — он замер на миг на пороге. — Это и моя страна, — добавил он и хлопнул дверью.
Он прошел по камбузу, топая так, что несколько оловянных тарелок на столе загремели. Он еще никогда так не злился, казалось, что все сосуды в глазах лопнут. Это была истерика? Если да, Нику не требовались уроки.
Он хотел подняться на палубу, но уловил шум. Кто-то стоял на входе в мужскую каюту.
— Макака, — Ник застыл на месте.
Все было не так. Кровать Макаки в каюте была пустой. Все его вещи были собраны в мешок на его плече. Ник смотрел на него и ждал объяснений. Макака скривил губы.
— Я пойду, если можно, — сказал он.
Ник не отошел от лестницы. Макаке придется оттолкнуть его. Ему не нравилось, что Макака решил уйти именно сейчас.
— Почему?
Макака молчал миг. Наконец, он принял решение признаться.
— Ты знаешь, почему, — улыбнулся он. Он обошел Ника и попал в камбуз. На столе стояли несколько кружек, и он осмотрел их, нашел свою. Он добавил ее в мешок, как и свою тарелку. — Я знаю, что ты прячешь.
— Что я прячу? — голос прозвучал как Ник, а не Дрейк. Он попытался исправить ошибку позой и выражением лица.
— Я знаю твою игру, Дрейк, — Ник начал потеть, Макака закинул мешок на плечо и встал на пороге камбуза. Он был грозным, крупнее Ника. — Оставил девчонку и отца себе. Заберешь награду. Бросишь экипаж и счастливо уплывешь.
Это не было его планом. Ник знал, но подыграл.
— Какую награду?
Смех Макаки был неприятным.
— Я не глупый, а ты не так хорошо играешь в карты, как думает. Может, я не увидел это, когда ты забрался на палубу с ценным грузом, но когда ты говорил с тем графом, позвал его на борт, я заметил блеф. Даже если он не заметил, — он плюнул на пол. — Отойди.
— И куда ты собираешься? — Ник не сдвинулся.
— Забрать награду. Можешь пока быть с ними, но я не дам тебе забрать золото. С дороги.
— Послушай меня, Макака, — Ник полностью стал Дрейком. Он старался звучать убедительно. — Мы можем разобраться с этим. Может, мы договоримся.
Ник пытался придумать, как задержать его. Но Макака не хотел давать ему шанс.
— Мы не будем договариваться.
— Тогда я тебя остановлю, — Ник знал, что почти лепетал.
— Чем? Своими могучими мышцами? — Макака рассмеялся.
— Максл тебя остановит. Максл и остальные.
Макака покачал головой.
— Они меня не остановят, если ты будешь мертв тут.
Ник ощутил огромную ладонь на плече, сжавшую до хруста костей. Он поднял голову, увидел, как глазки Макаки стали щелками. Его другая ладонь стала кулаком и летела к его лицу. Ник сжался, зная, что его ждало.
Звон металла раздался в трюме. Он звенел как маленький гонг. Ник открыл глаза, удивленный и радостный, что его голова еще соединялась с телом. Макака еще стоял перед ним, но его шея была изогнута под странным углом. Его хватка на плече Ника ослабела. Его тело рухнуло на землю без грации, и Ник отскочил, чтобы его не раздавило.
Дарси стояла за ним. Она держала в руках большую железную сковороду, которая еще дрожала от удара по черепу Макаки. Артуро и Джакопо были за ней, потрясенные.
