Читаем без скачивания Идеальное тело Пятачка - Дарья Донцова

– Я только полы помыла, натопчешь. И диван у Тани новый, на него еще чехол не сшили, протрете дорогую обивку.

Так откуда взяться у меня веселому характеру...

Генза внезапно зашевелился. По моим щекам быстро забегала маленькая влажная, но совсем не противная тряпочка – рукохвост языком слизывал слезы, которые полились у меня из глаз. Я прошептала:

– Спасибо, милый.

Гензель заурчал, затем стал тихо пощелкивать языком. Похоже, зверек очень эмоционален, чутко улавливает чужое настроение.

Я погладила Гензу.

– Давай спать, все хорошо. Прошлое переделать нельзя. Да, у меня не было счастливого детства, но и ужасным его нельзя назвать. Зато настоящее и будущее зависят только от меня, я могу стать счастливой сейчас и оставаться такой до конца жизни. Больше не буду рыдать от жалости к себе, лучше потратить время на...

– Пожар! Пожар! Горим! – истошно завопил из коридора чей-то голос.

Завыла сирена, захлопали двери.

– Пожар, пожар, горим! – надрывался кто-то.

Я стряхнула оцепенение, накинула халат и, прикрывая рукой голову Гензы, кинулась из комнаты.

Воющий звук толкал меня в спину, я бежала изо всех сил. Выскочила во двор, перевела дух, оглянулась и увидела, что остальные жители имения столпились у фонтана.

Устыдившись собственной трусости, я постаралась незаметно присоединиться к толпе. Маневр удался, все смотрели на дом.

– Что стоите? Посмотрите, кого нет! – приказал Костя.

– Светланы, – робко сказала горничная Роза.

– Она уволилась, – быстро пояснила Надя.

– Когда? – удивилась Роза.

– Сегодня. Взяла вещи – и адью, – сообщила Надежда.

– Но почему? – воскликнула Роза. – Светке тут нравилось.

– Не о том говорите! – рассердился Костя. – У нас пожарная тревога.

– А где хозяева? – опомнилась Надя.

Костя махнул рукой в глубь сада:

– В беседке.

Похоже, Костю здесь слушались так же, как Лауру Карловну, и он оказался единственным, кто не потерял головы и не впал в панику. Мастер на все руки взял на себя командование людьми и распоряжался, как опытный сотрудник МЧС.

– Женщины, идите в оранжерею, – приказал он. – Сидите там тихо, не высовывайтесь, не истерите. Эй, Игорь, Коля, проводите их!

Нас доставили в небольшой домик, и я не сдержала восторга:

– Красота! Столько цветов!

– Ты еще орхидей не видела, – заметила Роза, – они в другом зале. Я раньше здесь убирала, ну когда на работу пришла. Лаура Карловна сначала человека в подвал отправляет, затем сюда, следом во флигели. А уж если добросовестность продемонстрируешь, тогда пустит на господскую половину. Первое время коридор и лестницы драишь, полгода со щеткой на карачках ползаешь. Там ступеньки дорожка ковровая покрывает.

– Видела, – кивнула я.

Роза подняла ноги на кресло и продолжила:

– На дорожке шерсть от собак и кошек остается, поседеешь, пока каждую ворсинку отцепишь. Еще прутья нужно чистить, которые ковер удерживают, чтобы он не поехал. Следующий этап – библиотека. А в ней книг – офонареть!

– Ты, наверное, дослужилась уже до уборки спален хозяев? – улыбнулась я.

Роза зевнула.

– Я отвечаю за столовую, гостиную и кабинет, к кроватям Надя допущена. Вот если она уволится, меня старшей сделают. Но Надюха не дура, сладкое место не бросают... Она левая рука Лауры.

– А кто правая? – тут же спросила я.

Роза наклонилась к моему уху.

– Неужели не поняла? Костя. Его все боятся даже больше, чем старуху, Лаура Карловна громко ругается, но она отходчивая. Надо только подождать, пока она успокоится, и прощения попросить, всплакнуть, напомнить, что у тебя корни немецкие. Глядь, она все и забыла. А Костя злопамятный, с ним лучше отношения не портить. Подгадит капитально, нашепчет Герману Вольфовичу в уши – и прощай хороший оклад.

– Всегда можно найти другое место, – легкомысленно возразила я.

Роза свернулась калачиком в огромном кресле.

– Не знаю, как у вас, зоопсихологов, а у нас с этим большие проблемы. Кнабе – лучшие хозяева из всех, что бывают.

– Суперские... – скривилась я. – Заставляют руками с ковров ворсинки собирать.

Горничная зевнула.

– Ну и что? Это такая работа. Зато ни хозяин, ни его сын лап не распускают. Поговори с другими девчонками, они тебе расскажут, что многие наниматели к горничным как к секс-рабыням относятся. А здесь ни-ни. Зарплату не задерживают, отпускные выплачивают, с праздниками поздравляют, проживание и питание бесплатное. Я, например, бабки почти не трачу – как и Светка, на однушку коплю. Странно, что она уволилась. Еще утром никуда не собиралась, планировала в следующий понедельник самостоятельно в центральной части дома уборку провести, ее Надька три недели натаскивала. Карьера у Светки в гору поперла, с чего ей убегать?

– Я слышала, у нее муж в больницу попал, – подлила я масла в огонь.

– Враки, – уверенно возразила Роза. – У нее с мужиком полный раскосец. Светка дома в пылесосе нашла чужие трусики и решила разводиться.

– Так это была она, – подпрыгнула я, вспомнив нечаянно подслушанный разговор двух женщин.

– Ты успела познакомиться со Светланой? – прищурилась Роза.

– Видела ее, – обтекаемо ответила я.

– Она хоть красивая, да невезучая, – с жалостью произнесла девушка. – Вышла замуж за обеспеченного мужика, он магазин имел. Но разорился и сидел дома, ни хрена не делал. Светусик уже год о разводе поговаривает, ей Костя нравится. Да уж, губа у нее не дура.

– Симпатичный молодой человек, – одобрила я выбор горничной.

Роза спустила ноги на пол.

– Костик у нас зафрахтован, у него на лбу штамп «Чужая собственность, не мацать».

– И кто же его счастливая избранница? – усмехнулась я. – Надеюсь, не повариха Анна Степановна?

Роза быстро оглянулась по сторонам и понизила голос.

– Эрика. Но ты об этом помалкивай.

– Дочь Кнабе? – поразилась я.

– Верно, – кивнула Роза. – У них амур. Никто не знал, я случайно Ромео с Джульеттой в оранжерее застала, вечером. Когда садовники уходят, туда ни одна собака не заглядывает, а мне смесь для удобрения комнатных цветов понадобилась, Лаура велела герань в гостиной подкормить. Понятно?

– Угу, – сказала я. – Однако Костя рисковый человек, Герману Вольфовичу не придется по душе нищий зять.

Роза положила ногу на ногу и начала откровенничать.

– Я раньше завидовала Эрике. Она внешне приятная, но не Мисс мира, без косметики на белую мышь смахивает. Тихая по характеру, от нее слова лишнего не дождешься: только «да» и «нет». Вот Миша, тот шумный, у него приятелей вагон. Но сейчас он дома сидит, к нему бабы сюда ездят, а хозяин злится. И правильно делает, еще родит какая-нибудь шлюха, младенца признают родным Кнабе, вот где анафема!

– Герман Вольфович богат, ему и двадцать внуков не составит труда прокормить, – легкомысленно сказала я.

Роза потянулась.

– Думай, чего несешь! А наследство? Если родная кровь, то самозванец право имеет на все: на дом, землю, бизнес, деньги. Капитал придется дробить. Вот хозяин и запретил сыну по бабам таскаться, под замок красавчика посадил. А тот вопль поднял: «Я художник, мне натурщицы нужны!» И Герман Вольфович рукой на парня махнул. Вообще-то отец хотел его к бизнесу приставить, да Миша отказался. Я в тот день в гостиной камин чистила, а он огромный, пришлось почти внутрь залезть, потому и услышала спор, который имел место в кабинете. Там ведь тоже печка есть, причем у нее общий дымоход с тем камином, где я сидела. И вот какой у папы с сыном разговор состоялся...

Герман Вольфович конкретно сказал Михаилу:

– Тебе жениться пора.

А Миша в ответ:

– Не желаю превращаться в чмо. Я художник, длительные отношения меня обременяют.

Отец возмутился:

– Надо семью создать! Детей родить!

Миша засмеялся и воскликнул:

– Зачем? Какой смысл в размножении? Признайся, ты мне завидуешь, я живу, как хочу.

И пошел скандал. В конце концов Герман Вольфович объявил:

– Эрика в отличие от тебя имеет правильные ориентиры, она наш род продолжит, я заставлю зятя после свадьбы взять фамилию Кнабе.

Тут-то Миша и брякнул:

– Внимательней за Эрикой смотри! Она от Кости без ума и творит ужасные вещи.

Роза примолкла.

– Дальше что? – полюбопытствовала я.

Горничная закрыла глаза.

– Ничего. Костя по-прежнему в доме верховодит, Михаил из имения почти не выезжает. А Эрика после больницы в трехлетку превратилась, ест, пьет и смотрит мультики. Знаешь, на нее маньяк напал, чуть не убил, она чудом жива осталась. Ее Костя спас.

Глава 20

– Костя? – не сдержала я удивления. – Мне говорили, что Эрику обнаружила в Битцевском парке парочка врачей-патологоанатомов.

Роза открыла глаза.

– Эрика в тот день с Костей поругалась. В доме никого не было, Герман Вольфович на службу отправился, Лаура Карловна в салон подалась, Михаил умчался за красками. Я в гладильной у окна утюгом махала, вдруг слышу из сада голос Эрики: