Она посмотрела отцу прямо в глаза.
– Отец, но я люблю его! Некоторые женщины выходят замуж еще раньше, чем я! Пожалуйста, дай согласие!
От отчаяния у нее на глазах выступили слезы. Гальвес поднялся из-за стола.
– Тебе не следует обсуждать со мной подобные вещи, Хуанита. Мы с Томом сами разберемся. Я понимаю твои чувства, но ты не так давно знаешь его, чтобы быть полностью уверенной в том, что любишь его. Через год…
Его слова были прерваны стрельбой. Он нахмурился и поспешил к окну.
– Рамон! Что это? – окликнул он одного из своих работников. Гальвесу показалось, что Рамон не спешит с ответом.
– Не знаю, хозяин, – наконец выдавил он. – Пойду посмотрю.
– Давай и побыстрее! – Гальвес отвернулся от окна и не увидел, как Рамон, взяв наперевес ружье, направился в дом.
– Возвращайся в свою комнату, Хуанита! Как бы не было беды.
Не успела девушка сделать и шага, как дверь с шумом отворилась и на пороге возник Эмануэль Идальго с ружьем в руках.
– Эмануэль! – Гальвес подошел ближе. – Что происходит?
В глазах Идальго появился хищный огонек. Он злобно улыбнулся, и у Хуаниты по спине пробежал холодок.
– Я решил, что мне надоело ждать еще год или, возможно, дольше. Мне сейчас нужна твоя дочь и твоя земля!
Он вошел в комнату, целясь прямо в грудь Галь-веса. Позади него показались на пороге еще два человека.
У Хуаниты от волнения и страха затряслись ноги и зазвенело в ушах. Эмануэль с вожделением пожирал ее глазами.
– Я ничего не понимаю, Эмануэль, – сказал Гальвес. – Убери ружье.
Тот окинул его презрительным взглядом.
– Ты уже достаточно командовал мной, сеньор Гальвес, – процедил он. – Я понял, что ты не посчитал меня достойным быть членом твоей семьи. Тогда я сказал себе, что, возможно, из этой заварухи с «американос» я извлеку для себя выгоду. И я договорился с ними: я дам им кое-какую информацию, а в награду получу кусок твоей земли и твою дочь. Они с радостью согласились. Ведь у Антонио Гальвеса много земли, много скота и лошадей, и вот я здесь, чтобы помочь покончить с богатыми.
Наступила напряженная тишина, и все услышали отдаленные выстрелы, доносившиеся с окрестных холмов. Внезапно где-то в доме раздался пронзительный крик Луизы. Женщина в панике бежала по коридору, пытаясь найти Хуаниту.
– Заткнись, толстуха, – послышался чей-то окрик. Кто-то сильно ударил Луизу, и крики стихли. Хуанита вся покрылась холодным потом и затравленно осмотрелась, не зная, куда бежать. Антонио Гальвес потянулся к открытому ящику стола, и тут же раздался выстрел Эмануэля. Гальвес грузно осел и стал медленно сползать по стене.
– Отец! – Хуанита не могла поверить в случившееся. Она склонилась над окровавленным телом. – Отец! Отец!
– Ты… ты была права… дочка, – прохрипел Гальвес. – Том, он придет… Беги с ним.
Он дернулся всем телом. Хуанита протянула к нему руки, но кто-то грубо схватил ее и заставил выпрямиться. Эмануэль приставил к ее горлу все еще горячее дуло ружья, плотоядная улыбка не покидала его лица.
– Теперь ты наконец моя, донна Хуанита Розанна Гальвес де Сонома.
Хуанита попыталась вырваться, но он еще крепче сжал ее руку.
– Но сначала я должен кое-что сделать, дорогая Хуанита. Мои люди отведут тебя в спальню дожидаться меня. – Идальго передал ружье одному из своих сопровождающих, заломил ей руки за спину и впился в ее губы жадным поцелуем.
Она отчаянно сопротивлялась, но Идальго прижался к ней ртом так, что зубами прокусил ей губы. Наконец он отпустил ее и отшвырнул от себя на пол.
– Уведите ее наверх, – приказал он. – Разденьте и привяжите к кровати. – Он грозно зыркнул глазами. – Не прикасайтесь к ней! Я буду первым. Того, кто тронет ее, я убью на месте!
Хуанита попыталась встать.
– Том Сакс… придет, – прорыдала она. – Он убьет тебя за это!
– Твой возлюбленный не сможет успеть вовремя, – скривил губы Эмануэль. – Кроме того, он тебя не любит. Единственное, что ему надо – это залезть тебе под юбку. Но только, первым буду я! Когда он узнает об этом, то больше тебя не захочет.
До Хуаниты с трудом доходил смысл его слов. Том! Как он сможет спасти ее? Неужели он не придет, чтобы помочь ей, неужели откажется от нее? Она никогда не поверит этому. Конечно же, Том придет и не допустит, чтобы эти люди прикоснулись к ней. Ее охватил животный страх при мысли о том, что может произойти. Ведь это должно быть с Томом, а не так…
Она бросилась бежать, но помощники Эмануэля схватили ее и поволокли из комнаты. Эмануэль холодно смотрел на эту сцену, чувствуя почти физическую боль от того, как сильно он хотел обладать ею. Он проучит эту высокомерную девчонку! Теперь власть у него в руках.
Он подхватил ружье и быстро пошел по коридору, прислушиваясь к крикам Хуаниты. Как все просто – часть земли Гальвеса теперь принадлежит ему, молодая наследница – тоже. Он теперь свободен, и все благодаря войне с мексиканцами. Скоро Хуанита Гальвес узнает, какой он мужчина. Она пожалеет, что раньше отвергала его. Хуанита заплатит ему за это, заплатит за то, что предпочла индейца!
Он быстро вышел из дома. Несколько американцев согнали в кучу людей Гальвеса. Их всех арестуют и будут держать под стражей, пока не пройдет угроза восстаний против американских поселенцев.
Эмануэль подошел к Джону Хьюго, который руководил отрядом американцев. Эмануэлю особенно нравилось, что Хьюго был неразборчив в средствах для достижения своих целей. Они с ним быстро столковались. При помощи Эмануэля американцам удалось моментально захватить ранчо. Теперь Идальго не боялся Тома Сакса. Индейцу ничего не достанется: ни дома, ни денег, ни даже его драгоценной Хуаниты.
Хьюго приветствовал Эмануэля победным криком. Нападение на владения Гальвеса увенчалось полным успехом. Этот разбой не был санкционирован сверху, но Хьюго и его сторонники решили проявить инициативу и хорошенько поживиться за счет богатых мексиканских землевладельцев.
Жажда власти привела Эмануэля в Соному, где он и нашел желающих напасть на ранчо Гальвеса. Им очень пригодилась его информация о том, где расставлены посты. Захват ранчо обошелся без потерь со стороны американцев.
– Сеньор Гальвес мертв, – сообщил Эмануэль.
– Ты нашел его дочь? Эмануэль кивнул.
– Берите все, что хотите, а мне оставьте только дом и девушку.
– Ты был прав. Они почти не оказали сопротивления.
– Это потому, что они глупцы. Думали, что американцы будут с ними дружить, если они не окажут сопротивления. Сеньор Гальвес тоже так думал. И оказался в дураках!
Хьюго засмеялся.
– Мы погоним всех этих людей в форт Саттер. Фремон решит, как поступить с ними. Нужно забрать скот и лошадей.
