метра. Сейчас оно показывало поверхность Магды. Перед Ло-чан возник зелёный голографический шар, и она стала его вертеть. Вместе с шаром вертелось и изображение. Теперь «небесное око» смотрело в холодный космос. Ло-чан махнула перед собой рукой, и изображение поделилось на сектора, обозначенные зелёными клетками. Один квадратик подсвечивался красным, а другой бледно-зелёным. Ло совместила эти квадратики, потом снова взялась за шар и сделала вращательные движения друг напротив друга, пытаясь как бы открыть шар. Но он не открылся, а изображение увеличилось, показывая нам гостей.
Вытянутый космический объект, весь какой-то угловатый и с надстройками. Совершенно неэстетичный дизайн. За пять лет я на яхте осмотрел множество разрушенных кораблей флота Магды. Они были красивы в визуальном плане, никаких угловатых надстроек, торчащих из корпуса, только плавная поверхность — прямо хоть на планету их бросай — не сгорят. Взять хоть нашу яхту, она больше походила на живое существо, не летающее в космосе, а плавающее в нем. Эта же структура для приземления на планету не предназначалась.
— Ло-чан, каковы размеры этого объекта?
— Четыре километра в длину, около полукилометра в ширину, ближе к хвосту объект немного расширяется, — осведомила меня Ло, а потом добавила, — Какой-то он некрасивый. Может ли раса, что создаёт столь некрасивые корабли, быть миролюбивой?
— Мы скоро об этом узнаем, как только они пройдут наши экзамены. Ты можешь увеличить ещё?
— Да, Пол-сама.
Корабль сделался ещё больше, настолько больше, что я смог разглядеть надпись на его носу.
— Агрипина, написано на латыни, значит, всё же люди. Ло, что за хвост тянется за кораблём?
— Ло-чан! — фыркнула Ло, но на мой вопрос ответила. — След от сжигаемого топлива.
— Топливный двигатель, — я приложил пальцы к переносице. — Они варвары.
Я снова осмотрел корабль.
— Ха-ха-ха, — засмеялся я.
— Пол-сама, что вас так рассмешило?
— Я только что понял предназначение этой массивной антенны, торчащей перед кораблём.
— И какое же?
— Это таран. Он предназначен, чтобы прокалывать собой корпуса других кораблей, а массивный гладкий щиток на носу корабля предназначен для того, чтобы уберечь его от попутных повреждений, если корабль выполнит такой манёвр. Ну, или я что-то не понимаю.
— Пол-сама, не может быть, это же космос, а не водная гладь.
— Ло-чан, я не вижу другого предназначения в такой архитектуре корабля. Может, я скор на суждения, но очевидно, что наши гости — это варвары, а я не жду от варваров миролюбивых намерений.
— Начать будить армию?
— Нет. На Магде карают за поступки, а не за намерения, они ещё ничего плохого не сделали. Понаблюдаем за ними. Что там с Дитой и Клео?
На большом голографическом экране снова возникла поверхность Магды, разделённая на два экрана. Это сразу два спутника, каждый наблюдал за своей целью. С одной стороны летел четырёхместный пассажирский глайдер, а с другой по барханам скакала одетая в герметичный комбинезон Клео, сидя верхом на одноместном глайдере.
— Дита уже возвращается к порталу с братьями, а сэмпай заканчивает посещение поселений. Пол-сама, можно вопрос?
Информацию я усвоил, но про себя отметил, что Ло называет Диту в её присутствии либо Сучка-сан, либо Хрюшка-сан, но когда её рядом нет, исключительно по имени.
— Спрашивай.
— Почему Клео вынуждена лично обходить все липовые поселения? Почему нельзя просто активировать имитирующих людей сексботов?
— Потому что я удалил их средства радиообщения.
— Зачем?
— Чтобы в них было сложнее опознать роботов.
— М-м-м, понятно.
— Хорошо. Когда Клео и Дита вернутся, отключи все порталы, кроме аварийного. И позови меня, когда корабль войдёт в атмосферу.
Когда мои приказания были исполнены, мы снова закапсулировались в бункере и стали наблюдать. Ещё пять лет назад наше маленькое, но свободолюбивое общество решило, что пока всё спокойно, каждый из нас король и его свобода кончается только там, где начинается свобода другого. Никто никому не имеет право приказывать. Этим, кстати, не очень была довольна Клео: навязанная ей амбициозность и честолюбие толкали её на борьбу за первенство. Пройдут ещё годы, прежде чем она перерастёт свою программу. Также мы понимали, что в случае кризиса такое поведение в высшей степени неуместно, наше равноправное «общество» превратится в стадо. Даже шагая в пропасть, стадо должно быть организованным, глядишь, падая в одну кучку, трупы первых создадут подушку или достаточно большую горку, чтобы кто-нибудь выжил. Сейчас у нас ещё не кризис, но мы на его пороге, и я пользовался правами диктатора. Только пользовался я ими пока весьма однотипно — затащил вернувшуюся пораньше с задания Клео в постель и отдавал ей приказы. Она слушалась и даже получала от этого удовольствие, это, кстати, внесло немножко разнообразя в наши будни. Потому что за время пребывания здесь что-то новое в постели придумать уже было сложно. Издеваться над Дитой я не стал. Понятие «моногамности» не особо укладывалось в головы моих соратников, но Геру и Диту я воспринимал как пару. А Клео как свою девушку, что заставляло меня слегка напрягаться, думая о том, как она поступит, когда окажется в цивилизации. А вдруг она захочет уйти к другому? Также пользоваться девушкой Геры для постельных утех я считал низким поступком. Гера хоть и был личностью с причудами в сторону гомосексуализма, но при этом всегда уважал чужое личное пространство, был добр и по-своему благороден. Я уважал его, хоть и моих заморочек по поводу моногамных отношений они просто бы не поняли.
— Пол-сама! Пол-сама!! Корабль вошёл в атмосферу. ОЙ! — Ло-чан тут же закрыла глаза ладошками, правда при этом оставила себе такие щели, что с тем же успехом могла и не закрывать.
Ло-чан вошла в мою комнату тогда, когда мы с Клео отдыхали после нашей постельной борьбы. Ещё даже пот не успел испариться с наших тел.
— Чёрт, — я взял за край простыни и стал оборачиваться в неё, как куколка бабочки в кокон.
В бункере не было замков, даже на ваннах. От кого тут закрываться, ну разве что только от Ло-чан, которую я уже несколько тысяч раз просил стучаться, прежде чем заходить.
— Я тебя понял, Ло-чан, я сейчас буду в пункте. С-па-си-бо, — по слогам и с нажимом проговорил я, намекая на то, что ей пора бы уже уйти.
Ло поклонилась и выбежала. Вот кто-кто не уважает личное пространство, так это она, эта и в чужую ванну может заглянуть в момент моциона.
Первым делом, что сделал корабль гостей, это посбивал наши спутники, что транслировали в космос сигнал о помощи.
— Значит, всё же они пришли сюда с мечом, — задумчиво сказал я, когда спутник показал летящий в него заряд бластера.
— Зачем они
