Читаем без скачивания Сдайся мне (СИ) - Росс Софи

У меня немеют губы. Мышцы тянет от слишком сильно раздвинутых ног. Я вцепляюсь в плечи предателя, впиваюсь ногтями в них и чувствую, как его пальцы впиваются в мои бедра еще грубее.

Языком Мирон проводит по моей шее. Спускается к ключицам, прикусывает их и втягивает кожу где-то за ухом. Окончательно разрывает колготки и стягивает по моим ногам остатки. Изорванный капрон летит куда-то в сторону, и теперь все его касания ощущаются еще острее.

Одной рукой Мир снимает с себя футболку, а потом берется за мое платье. Нитки трещат где-то сбоку, он нетерпеливо срывает с меня клочок ткани, и я тут же прикрываю грудь руками. Прячусь от его темного взгляда.

Это все настолько неправильно, что в голове не укладывается.

— Убери, — хрипит Мирон мне в губы, сжав на затылке волосы. — Руки убери, Динь-Динь.

Ладони под властью его глубокого грубого баритона соскальзывают вниз. Я зажмуриваюсь, чтобы не видеть, как он рассматривает меня. Несмотря на то, что окно все еще открыто — мне невероятно жарко. Воздух напоминает раскаленную лаву, я могу осязать эту высокую температуру.

Наклонившись, предатель втягивает в рот напряженный твердый сосок. Обводит его шершавым языком, ударяет по самому центру, и я вздрагиваю, чувствуя, как тело против моей воли наполняется возбуждением.

Слабые отголоски рождаются внизу живота, кончики пальцев покалывает.

— Ты дрожишь, — обжигающими поцелуями он поднимается к ушку, цепляет мочку зубами и слегка оттягивает ее. Жалит губами шею, после зализывая след, который завтра будет темным пятном напоминать мне о случившемся.

— Я хочу уйти…

— Нужно было это делать, когда у тебя еще была такая возможность, — Мирон хватает меня за бедра и буквально насаживает на себя.

Вжимается в сердцевину твердой выпуклостью, рычит мне в волосы. Его ладонь с бедра оказывается на груди. Я взвизгиваю, когда он обхватывает потяжелевшее полушарие, до боли стискивая пальцы.

Он прижимается лбом к моему. В каком-то нежном жесте поглаживает щеку костяшками пальцев. На повязке, которую я наложила несколькими минутами ранее, в некоторых местах уже успела проступить кровь. Но даже это не останавливает Мирона.

— Я хотел тебя так сильно, что теперь не отпущу, — тихо говорит он. — Из головы тебя выкинуть не получается. Постоянно думаю о тебе, Диан, понимаешь?

Растерянно киваю.

Мирон приподнимает меня за бедра, заставляет обвить его талию ногами. Он поддерживает меня под попу и несет к дивану.

Я падаю спиной на ворох подушек и сразу же отползаю к спинке. Наблюдаю.

Вот сейчас он остановится. Возьмет себя в руки, увидит в моих глазах страх. Сейчас…

Вместо этого щелкает пряжка на ремне в его джинсах. Взяв меня за щиколотку, Мирон дергает на себя мое окаменевшее тело и мгновенно оказывается сверху. Наваливается так, что я пошевелиться не могу.

Тут-то меня и отрезвляет. Он пойдет до конца. Если раньше это все было какой-то игрой, то сегодня я очень сильно разозлила предателя, и теперь он не намерен отступать.

Паника подкатывает к горлу. Я хочу закричать, хоть как-то достучаться до Мирона, но у меня не получается и звука из себя выдавить.

А чужие пальцы уже отодвигают мое белье и начинают ласкать нежные складки. С каждой секундой все настойчивее.

Он чувствует, что я не хочу. Чувствует, что я совершенно не готова, но продолжает растягивать меня снизу.

Сначала одним пальцем, потом двумя… Заставляет облизать их, затыкает мне рот поцелуем. Мирон снимает с меня трусы и снова устраивается сверху. Прижимает меня к дивану так, что я пошевелиться не могу.

Он не причиняет мне боли, продолжает целовать шею и губы, ласкает языком разгоряченную кожу. Пальцы все настойчивее пробираются внутрь.

Я царапаю его спину, кусаю в плечо, и предатель тут же ловит мои руки, чтобы стиснуть их одной своей ладонью у меня над головой. Раньше мне это понравилось бы. Меня сводила с ума близость его тела, я умоляла его о прикосновениях, но сейчас мне хочется, чтобы все это быстрее закончилось.

А он будто нарочно тянет. Подушечки его пальцев находят клитор, обводят комок нервов, и я прогибаюсь в пояснице ему навстречу, потому что эти ласки все-таки пробуждают во мне что-то такое… Горячее тягучее томление в каждой клеточке.

Губы касаются моих подрагивающих ресниц, Мирон осыпает поцелуями все мое лицо. Он целует кончик моего носа, я всхлипываю, потому что не могу выносить все это.

Становится трудно дышать, я извиваюсь под предателем, и он переносит вес своего тела на локоть. Больше не давит так на мои едва не хрустнувшие ребра.

— Такая красивая, моя маленькая сексуальная фея, — его шепот заставляет меня кусать губы.

Я бы хотела слышать все это в наш первый раз. При других обстоятельствах. Я хочу гладить его тело и знать, что он весь мой. Хочу отвечать на его поцелуи, хочу стонать, не сдерживаясь, когда он гладит меня между ног.

Но этого уже не будет.

Его затуманенный взгляд больно царапает что-то в глубине моей души. Если честно, я вообще не уверена, что он отдает отчет своим действиям. И что он сейчас может четко анализировать мои реакции в ответ на его грубые настойчивые прикосновения. Мысли путаются в голове, руки меня не слушаются. Я стараюсь расслабиться, но выходит плохо.

Сдернув свои джинсы вместе с бельем пониже, Мирон притягивает мою руку к налитой кровью плоти и вынуждает обхватить пальцами твердый пульсирующий член. Моя ладонь скользит по нему чисто механически, когда два пальца вновь оказываются во мне, я сжимаю свои сильнее, и Мирон взрыкивает мне на ухо. Толкается бедрами в мою руку, гладкая бархатистая головка задевает клитор.

Его неровное дыхание щекочет шею, и я полностью сосредотачиваюсь на этом чувстве. Считаю его вдохи и выдохи про себя, снова зажмуриваюсь, потому что предатель обхватывает под коленкой мою ногу и отводит ее в сторону. Разглядывает меня, как уже делал недавно.

— Нежные у тебя пальчики, — кончиком языка он дотрагивается до моей нижней губы.

Мои руки вновь оказываются над головой. Я лежу под ним полностью голая и раскрытая, а на предателе все еще приспущенные джинсы. Как будто все, что происходит между нами, неважно. Так, рядовой быстрый секс.

Свободной рукой Мирон оглаживает мои изгибы. Начинает с талии, пересчитывает ребра пальцами. Спускается к бедру и сжимает ягодицу, приподнимая меня, чтобы теснее прижать к себе.

Горячий член касается низа живота. Выступившая капля на головке оставляет влажный след на коже.

— Сначала кончишь ты.

Круговые движения возвращаются на клитор. Он выбивает из меня оргазм, играя пальцами между ног и терзая зубами и губами мою грудь.

Слабый удар тока проходит по всему телу. Между ног после этой вспышки все ужасно чувствительно, но Мирон не дает мне прийти в себя. Наваливается, вжимает меня в диван и, обхватив себя кулаком, резко входит до упора одним жестким толчком бедер.

Глаза наполняются слезами от жгучей боли. Он слишком большой по всем параметрам, а я так и не могу расслабиться, вынужденно принимая его. В немом крике я приоткрываю рот, хватаю воздух сухими губами и прикусываю их до крови.

Сердце в груди замирает на первый короткий мир, когда предатель еще не двигается. А затем начинает бешено биться, грозясь вырваться наружу, когда Мирон чуть отводит бедра и толкается снова.

Не так все должно было быть.

Не так…

Это не романтично и не нежно. Кожа покрывается испариной от череды движений внутри, перед глазами все совсем мутно. Остатки короткого оргазма уже стерлись, и теперь со мной осталась лишь натянутость каждой мышцы в теле.

Монотонные толчки, успокаивающие поцелуи предателя, за которыми он не видитменя. Я стараюсь абстрагироваться от боли первого раза, постепенно даже становится лучше. Или я привыкаю, или что-то во мне лопается. Испаряется способность чувствовать в принципе.

Мирон дышит мне в шею, снова называет меня красивой. Присваивает себе. А я смотрю в потолок, на особенно глубоких движениях стискивая ногтями его плечи.